Демон-император

– Что ты видишь теперь?
– Мне трудно измениться в один час.
– Это застава без ворот.
– Как вы сказали?
– Это фраза из Мумонкан. Священный текст переводится как «Застава без ворот», он написан в древние времена, когда дзен из Китая пришел в Японию. Там сказано: «Великое дао не имеет ворот». Ты можешь увидеть себя тысячью разных способов. Войти несложно, но следует преодолеть ворота, которые ты сам захлопнул. Что ты еще хочешь мне сказать? – проницательно глянул колдун.
– Вы обманули меня насчет Киото?
– Киото пуст. Так велик страх перед армией Проснувшегося Демона, что вымирают провинции. Если желаешь воевать с пылью – отдай приказ своим войскам. Знаешь, что произойдет, когда пыль столкнется с пылью? Она осядет на дорогу. Потом ее прибьет дождем. Потом ее впитает земля.
– Вы называете пылью людей, которые пришли со мной?
– Дай всем нам иное имя. Если имеешь право давать имена.
Кузнец потряс головой. Слова химика застревали в мозгу, их хотелось вытряхнуть, как лишнюю воду после купания. Но вытряхнуть не получалось.
– Вы действительно воспитывали императора в детстве?
– Не все ученики преуспевают.
– Теперь я понял. Вы отдали им драконов Асахи! Чтобы император успел сбежать? Значит, брат Обо и другие… они не дали мне драконов, потому что уже получили приказ от вас?!
Химик молча рассмеялся.
– И они заранее знали, что я потребую золото и грузовик!
– У нас сохранилось несколько отличных машин.
– Но тогда… я не понимаю, на чьей вы стороне! Вы снабдили нас деньгами, а теперь помогаете нашему врагу!
– Ты забыл – нет своих и чужих.
– Насчет Камико… – вздохнул Артур.
– Возобновить ее оперативную матрицу невозможно. Ранение слишком серьезное.
– Я понимаю, – Артур сглотнул, – и… я верю вам. Наверное, так даже к лучшему. Я нуждался в ней, потому что потерял свое назначение. Точнее, мне казалось, что потерял. А потом… когда ее не стало… мне захотелось заполнить пустоту.
Старший химик легко поднялся с кресла.
– Пойдем со мной. Тебе следует кое-что увидеть глазами, чтобы ощутить правоту моих слов. Возьми с собой твой дайто. У тебя хороший меч.
На плоской крыше зеленела трава. Гейша-переводчица уселась в уголке в позу лотоса.
– Ты слышал об искусстве иайдзюцу? Это вершина боевых искусств прошлого, умение убивать одним ударом. Возьми оружие.
Артур внутренне собрался. Как-то не верилось, что бледный старичок способен поднять тяжелый меч, но, с другой стороны, Кузнец повидал немало бойцов. Многие пожилые качальщики тоже творили чудеса с одной палкой против четверки юных богатырей.
– Постарайся задеть меня.
Артур действовал молниеносно. Про себя он решил, что будет рубить свисавшие с пояса Асахи концы шнура. Однако еще до того, как меч выскользнул из ножен, острие уперлось Кузнецу в горло.
– Еще раз, бей как тебе удобно, – химик вернул катану в ножны, отвернулся и вытянул руки по швам. Ветер развевал его седую гриву.
Артур сделал шесть попыток. Ни разу он не успел даже вытащить меч полностью. Старик передвигался с непостижимой скоростью. Со стороны казалось – он вообще не переступает и не заносит руку. Доля мгновения – и сверкающее лезвие замирало в сантиметре от горла Артура. В узком изогнутом зеркале он видел свой налившийся кровью, испуганный черный глаз.
– Как вы это делаете? Это гипноз?
Гейша запнулась при переводе. Но старший Асахи понял, отрицательно покачал головой.
– Нет, я не использую тайных сил. Как ты догадался, я вообще не владею магией. Мое тело действует до того, как тебе приходит мысль. Это происходит потому, что у меня нет мыслей. А ты теряешь время на обдумывание, ты всегда будешь отставать.
– Но у меня тоже нет мыслей.
– Это неправда. Хотя бы одна неверная мысль у тебя есть всегда. Она звучит так: вот я, а вот мой меч. Надо, чтобы тебя не было. Обдумай, что я сказал. Сегодня у нас много работы, надо откачивать воду из колодцев. Завтра я буду занят. Если ты не передумаешь, увидимся на третий день. Можешь ночевать здесь.
– Это тоже застава без ворот?
 
– Она повсюду, – улыбнулся в усы колдун. – Ты все еще хочешь встретиться с братом Кристианом?
– Вы вынуждаете меня распустить армию по домам? Они не будут ждать меня еще двое суток.
– Если не будут ждать – значит, ты им не нужен. Твоя мысль тебе мешает. Помнишь, я говорил – вот я, а вот мой меч. Если ты уберешь себя, искусство иайдзюцу станет подвластно.
– Убрать себя от армии? Убрать себя от людей, которые мне поверили?
– Я слышал, ты сварил восхитительное мыло, – невозмутимо произнес химик. – Еще я слышал, ты сварил такой крепкий и вкусный сакэ, что слава о нем дошла до императорского двора.
– А зачем мне это искусство? – Кузнец провел ногтем по сияющему лезвию.
– А зачем тебе пятьдесят танков и дирижабли? Они не помогут тебе открыть ворота.
– Вы не скажете, где нам искать императора и его министров?
– У них свой путь, у тебя – свой. Разве можно смешать вино с молоком?
– Значит, пока я не научусь быстро вынимать меч, вы мне память не вернете?
– Это все равно что впустить тебя в клетку к тигру. Ты еще слишком слаб, чтобы бороться со зверем.
В ставку повстанцев полетело донесение, что командующий задержится еще на три дня. Два дня Артур как проклятый вкалывал по колено в воде вместе с чернорабочими. На третий день его разбудили невежливым пинком до рассвета. Старший химик принимал донесения от своих инженеров и купцов. Он управлял торговой империей с тем же умиротворенным видом, что и молился.
– Как нападает волк? Он чует кровь, он видит слабую жертву, он не думает, как надо прыгнуть. Просто прыгает и грызет вену… – старший Асахи стоял над бездной на тоненьком шесте, но кажется, не испытывал малейшего неудобства. – Как нападает самый лучший боец, которого ты встречал? Он намечает, в какую точку бить, он выбирает постановку ног, он меняет дыхание. Он готовится к тому, что противник тоже хорошо сражается. Он готовится изменить план на ходу. Потом он нападает, порой быстрее волка. Кажется, все это происходит очень быстро, быстрее зарницы, но человека ведет вот что… – японец постучал пальцем себе по виску. – Если ты захочешь научиться этому, возможно, не хватит всей жизни.
– Мастер, подаривший мне эту катану, предупреждал меня, что в бою с вами она не понадобится.
– Ты говоришь о кузнеце из секты Соко Гаккай? – прищурился химик. – Да, у них есть несколько человек, которые могли бы достичь сатори. Но не достигнут. Очень жаль.
– Почему же? Мне показалось, что они искренне верят и соблюдают обряды.
– Их секта подобна человеку, который ищет что-то под крышей дома, стоя на стопках старых книг. Они изучают сутры, вместо того чтобы постигать живой опыт.
– Это слишком сложно для меня, – признался Артур.
– Я постараюсь объяснить проще. Ты умеешь читать, наверное, не на одном языке, ты образованный человек. Те уважаемые люди, кто учил тебя чтению и языкам, были уверены, что опыт передается через страницы и эти значки. А мы считаем, что опыт везде.
Артур не нашелся что ответить. Выходило как-то… слишком просто.
– Ты ищешь логику даже в том, как я управляюсь с мечом. Логики нет. Хочешь научиться иайдзюцу?
– Да. И не думаю, что найдется тот, кто бы отказался.
– Ты уже умеешь. Но не видишь. Ты слепой.
– Я понимаю, это иносказательно… – Артур покусал губы. – Но почему вы не хотите мне помочь?
– Я уже помогаю. Я ждал тебя в Киото. Но мы оба приехали сюда, имея разные причины. Ты появился здесь, чтобы убить своего врага. А тебе нужно увидеть себя.
– Увидеть себя? – Артур вконец запутался.
– Прозреть собственную природу – это цель дзен. Неважно, в какого бога ты веришь. Кажется, у вас это называется «спасением в Боге». Пусть будет так. Вернемся к фехтованию. Вся твоя предыдущая жизнь – бой. Истинный мастер не допустит боя. Если ты намерен продолжать войну, ты не достиг самореализации. Там внизу… – старик ткнул пальцем в крышу дворца, – сидит человек, прилетевший за тобой на драконе. Мы зовем его брат Кристиан, он принес тебя мертвого. Теперь он прилетел за тобой.