Демон-император

– Если господин меня украдет, случится беда. Мамаша Фуми пошлет за нами железных обезьян.
– Уедем, что тебе здесь делать? – настаивал Николай. – У меня много золота, я держу два корабля, лавку в Хабаровске и лавку у китайцев. Я выкуплю тебя… сколько ты стоишь?..
Камико ублажила его еще раз, всеми способами, известными со времен древних империй. Она чувствовала себя абсолютно счастливой, но не могла сказать ему «да».
– К вам сюда трудно попасть, – пожаловался торговец, когда девушка снова усадила его в цветочную ванну. – Про ваши постоялые дворы многие слышали, но никто не берется проводить. Я отдал пять золотых йен, это очень много. За эти деньги в Хабаровске я могу купить трех женщин! Почему вас так охраняют? Почему нас привезли сюда в закрытой карете?
– Кажется, идет война, – Камико нахмурилась. Она не очень-то хотела рассуждать на всякие неприятные темы. Гораздо приятнее было думать о том, кто из мужчин будет следующим. Ей стало интересно, окажется ли второй русский таким же сильным и проворным, как этот. И будут ли у него такие же восхитительные шрамы, которые так приятно ласкать ртом…
Но ласк второго русского изведать не пришлось.
 
23
Правило теплой крови
Снизу раздались крики и свист, что-то загрохотало по крыше, во дворе ударили в гонг. Николай подскочил на месте, как лягушка, схватился за одежду, выругался так сложно, что Камико не поняла. Его вмиг не стало.
Девушка подбежала к окну, отодвинула штору и… едва успела пригнуться. О наружную решетку ударился горящий тряпичный мяч, пропитанный смолой. Через колья забора перелезали люди с черными лицами. Стражники мамаши Фуми подстрелили троих, но не могли сдержать натиск. Бой уже велся в доме.
Камико накинула теплую куртку.
– Потрошители! – завопили внизу. – Мамаша, спаси нас!
Рухнула бамбуковая перегородка. Полуголый чиновник, который был с Азалией, отбивался сразу от троих налетчиков. Но силы оказались слишком неравны. Одного разбойника японец оглушил ударом в висок, но другой ударил его в спину ножом. Еще двое потрошителей спрыгнули через дыру в крыше и накинулись на Азалию.
Та защищалась веером. Ей удалось проткнуть одному из нападавших глаз, другому девушка ударила в пах и кинулась в коридор.
– Хватайте демоницу! – завопил раненый, закрыв руками окровавленное лицо.
– Потрошители! – неслось отовсюду. – Спасайся!
Когда измазанный сажей человек бросился за Азалией, Камико схватила с подноса гребень, свободной рукой сорвала занавеску и швырнула врагу в лицо. Пока потрошитель сражался с плотной тканью, костяные иглы гребня глубоко вошли ему в горло.
Лезвие меча просвистело совсем рядом, разлетелась в щепки разукрашенная ширма. Камико едва успела отпрыгнуть и схватилась за бамбуковый шест, спрятанный в углу. Вращая шестом, она отступила в коридор. Двое с мечами мешали друг другу в узком проходе. Один с рычанием кинулся вперед и немедленно получил тычок прямо в рот. Камико выбила налетчику несколько зубов. Однако его товарищ одним ударом перерубил бамбуковый шест.
Камико побежала вниз. На лестнице истекали кровью еще двое клиентов мамаши Фуми.
Камико перемахнула через трупы, в три прыжка преодолела лестницу. Враги с топотом настигали ее. В нижней гостевой зале полыхало пламя, кто-то опрокинул светильники. Охранники обороняли окна, двое лежали мертвые. Под упавшим шкафом визжал толстяк, стрела насквозь пробила ему бедро. У котла с перевернутым рисом вздрагивала одна из девушек. Кто-то вспорол ей живот до самой шеи. Мамаша Фуми притаилась в углу, за изящной шелковой ширмой, с дымящимися пистолетами в руках. В нее стреляли из коридора, но пули с визгом отскакивали от блестящего шелка. Хозяйка смеялась – ведь под тонкой тканью прятались стальные пластины!
Старуха сумела пристрелить троих, но нападение с тыла внесло сумятицу в ряды защитников постоялого двора. Видимо, мамаша никак не ожидала, что потрошители проберутся через крышу. В верхних коридорах орали и катались по полу. Те двое, что гнались за Камико, спрыгнули в зал. Первый тут же получил пулю в лоб, зато второй успел метнуть нож и ранил охранника. Вторым ножом разбойник только замахнулся, как из его груди вылезло багровое лезвие дайто.
 
Это была Азалия, следом за ней сверху торопились еще две девушки. Камико заметила – Азалии кто-то отрубил левую кисть.
– Возьмите оружие! – присев за ширму, скомандовала хозяйка.
Стена над ее головой тут же покрылась дырками от автоматных пуль. Шелковые драконы превратились в лохмотья.
Непрерывно гремевший гонг вдруг смолк. В тишине стало слышно, как тараном пробили ворота. Сквозь пороховой дым Камико метнулась в угол, где на подушках тускло блестело оружие посетителей. Камико схватила то, что удобно пришлось по руке – короткий меч и длинный танто. В коридоре она заметила обоих русских – Николай лежа стрелял из ружья, его товарищ бинтовал себе ногу.
Тут в комнату влетел еще один огненный мяч и с грохотом взорвался. Оконную решетку вырвали снаружи, в проем стали запрыгивать мужчины в черном. Стрельба стихла, охранники все погибли. Камико, Азалия и еще одна девушка сгрудились в углу, ощетинившись металлом.
– Не стрелять в демониц! – повелительный окрик остановил нападавших. – Тащите их сюда! Где старая ведьма?
Повалили ширму в углу, под ней обнаружился тайный лаз. Мамаша Фуми успела сбежать. В зале появился коренастый мужчина, в повязке с иероглифами, с дорогим мечом в ножнах. Очевидно, он был самый главный среди налетчиков.
– Проклятье! Эта чертовка Фуми опять сбежала! – проворчал главарь. – Эй, вы трое, живо полезайте за ней!
Его послушные воины сорвались с места, протиснулись в темный лаз. Из коридора снова донеслись выстрелы и крики. Другие солдаты скопом набросились на девушек. Против алебард и тяжелых мечей устоять было невозможно. Безоружную Камико вдавили в угол.
– Господин Дзиро, двое варваров от нас скрылись! – вжав голову в плечи, доложил вбежавший разбойник. – Если господин прикажет, мы пустим по следу псов!
Камико втайне обрадовалась. Значит, Николаю и его другу удалось уйти! Хоть бы они добрались до своего корабля…
– Нет, не надо, – повелел тот, кого называли Дзиро. – В Токио они погибнут и без нас. А в поле их поймают.
– Я спрятала нож. Когда я взмахну ножом, беги за мной! – шепнула Азалия прямо в ухо Камико. – Или нас разрежут и вывернут наизнанку!
Камико только кивнула. Сверху под конвоем привели еще троих девушек, среди них – Вишню, и связанного гостя. Разбойники наставили на девушек ружья и арбалеты, но не стреляли.
– Что мы сделаем с ними? – сегун зловеще оглядел пленниц.
– Правило теплой крови… – подсказал кто-то.
– Верно, правило теплой крови! – начальник лязгнул доспехами. – Каждый, кто надумал купить женщину с постоялого двора, должен вначале пустить ей кровь. Если у нее течет теплая кровь, то это настоящий человек. Если же крови нет, то это – живой мертвец, ее надо разрезать на части и сжечь! А хозяина постоялого двора надо забить палками! И того, кто лег с демоницей! Все вы знаете, что пустые женщины не родят детей, но завлекают все больше мужчин. Все вы знаете, что приказал император…
– Императору-Солнце нужны солдаты! – проскрипел высокий мужчина в черном. – А проклятые пустотелые куклы забирают семя наших мужчин! В животах их всегда пусто, а родящие женщины из-за них не могут понести…
Сегун посмотрел на Камико с Азалией и оскалился. Его солдаты заржали следом за начальником. Они целились в девушек, но близко не подходили.
– Эй, не спускайте с них глаз, – велел потрошитель. – Если попробуют бежать – стреляйте. А вы – тащите сюда демониц сверху и того шпиона Асахи!
Сегун махнул своим людям. Первой повалили девушку по имени Персик. Четверо мужчин навалились на нее, поймали руки и ноги в ременные петли. Камико всю трясло. Она хотела отвернуться, но не могла, потому что остальные смотрели. Страшный Дзиро сказал, что кто не будет смотреть, тому пусть выколют глаза.