Человек из Кемерово (СИ)

— Ага.
— Отлично. Да, если по пути мороженное где найдешь, захвати ребятне. Я же за тот дурацкий бабах так и не проставился.
Открыл дверь «жука» и остановился, ошарашенный следующим вопросом.
— Найденыч, а ты голову на холодец взял? Или череп из нее добывать будешь?
— Зачем — череп?
— Ну, южане из черепов врагов себе чаши делают.
Чертовы снага. Все у них, как не у людей.
— Не знаю пока, Ефимыч. Пусть лежит. Может, лампочки вставлю и на столб у входа приделаю, чтобы никто больше без спроса не лез… Только детям ее не давай, начнут в футбол играть и не найдешь потом, куда закатится.
Уезжал под довольный хохот соседа:
— Ха, лампочки! Это да, это хорошо! Только красные надо ставить, чтобы смотрелось лучше.
Возвращался домой через контору. У меня теперь колеса, мне сто вест не крюк. Ну и заодно отловил гоблинов, кто шабашит на стройке. Закупился у них старыми ящиками, более-менее приличными досками и железным уголком. Припарковался рядом с конторой, пошел дверь открывать. У меня давно мысль зрела еще два стеллажа в углу закутка сделать. А то понабрал разного, не сразу и найдешь, что где лежит. Поэтому придется наводить порядок. Когда вернулся к машине, там уже крутилась знакомая троица — Сиплый и два малолетних обормота.
— Привет, Найденыч-нах.
— День добрый, молодые люди.
Кстати, надо будет у соседа спросить, как он умудрился от всех этих словечек избавиться. Говорит — будто недавно университет закончил. А ведь рыбам хвосты на сейнере крутил. По мне — там обычную речь давно забыли и пользуются исключительно матерной.
— Что-на делаешь-ять?
— Мастерить завтра буду, пока материалы прикупил.
— Гроб-врот?
— Нет, Сиплый. Я не каждый день с неприятными людьми встречаюсь. Поэтому буду делать стеллажи. Под коробки, ящички, артефакты разные и мелочь. Еще надо будет к каждой вещи картонку добавить — у кого брал, на какой аукцион подавать стану или просто на продажу отложено. А вы куда собирались?
— Малые-на за крупой в магазин-нах. Я рядом попался-на… Им бежать-врот пора… А я могу-на помочь?
— Таскать? Можешь. Пойдем, сразу покажу, куда станем складывать. В четыре руки быстро управимся.
В самом деле, за полчаса уложились. Потом еще чуть-чуть барахло с места на место переставляли, чтобы проход удобный остался. По итогам я протянул Сиплому полушку:
— Держи, твои честно заработанные. Ставка за час, как и договаривались.
— Спасибо-на…
Пока дверь закрывал, развернулся и застыл от неожиданности. Рядом с сыном стояла Лайкосса, приглаживая вихры сыну. В светлом платье, приятно оттенявшим загорелую смуглую кожу.
— Добрый день.
— Здравствуйте.
— Илья Найденович, я хотела у вас прощенья попросить. За вчерашнее.
Вот этого не ожидал, даже смутился. Их за мои проблемы собирались на куски порубить, а она извиняется.
— Да ладно, это я вам должен. Столько неприятностей от меня заполучили… Хотя следователь сказал, что все закончилось и больше никто из одаренных цепляться не будет.
Кивнула, приняв к сведению. И чуть-чуть улыбнулась:
— А еще вы с нашими ухарями разобрались, теперь шпана не цепляется. Раньше или какие глупости в спину кричали, или свистели. Кое-кто лапы пытался распускать. Сейчас — как отрезало. Даже соседки судачить в мою сторону перестали… А вы что, решили переехать куда-то? Вон какой грузовик пригнали.
— Нет, мелкий ремонт хочу затеять. Если ваш сын захочет поучаствовать, буду рад. Инструменты есть, материалы тоже. Вдвоем веселее… И это не грузовик. Это я у кхазадов на распродаже купил. Говорят, на охоту кататься больше не модно, а мне в самый раз. Осенью как дожди пойдут и дороги развезет, я без боязни по Нахаловке ездить смогу.
Мне показалось, или она облегченно выдохнула?
— Понятно… Я не против, если Сиплый вам поможет… И, Илья Найденович… Мы хотели вас на ужин позвать, посидеть чуть-чуть вместе. Ничего такого, вы не подумайте. Просто, по-соседски.
Я посмотрел на солнышко над головой, на остатки облаков у горизонта. И понял, что жизнь вроде как налаживается.
 
— Вас мой внешний вид не пугает? Народ обычно шарахается, как увидит.
— Это кто, с Кировки? Так они малахольные. И что — вид? Можно подумать, вы утром снага с перепоя не видели. Там все куда хуже.
— Да? Тогда могу вас подвезти до дома. Заодно адрес узнаю. И можно в магазин по дороге заехать, докупить к ужину чего-нибудь. Тот же тортик…
* * *
Заехав в гараж, поставил «жука» на место. Мне несколько раз сказали, что не нужно в парадное переодеваться. Рубашка и брюки — более чем достаточно. Поэтому я практически готов на званный ужин.
Присел на любимое место на завалинке и задумался. Благо, времени еще было предостаточно. У пруда мелюзга с Чубарем играла в пиратов. Большая лодка лежала на берегу, пацанва бегала вокруг нее с наломанными крапивными прутьями и орала «это мои сокровища-нах!». Ефимыча не было видно. Не удивлюсь, если он кого-то сдернул с воскресного отдыха и припахал ремонтировать свежекупленный прицеп.
В лопухах возилась саламандра, догрызая усатую мелочь. Пусть жует, я успел заехать к бабке в другом конце улицы, закупился молочкой. И договорился, что на меня будут бидончик каждое утро брать и домашний творог с мягким сыром и сметаной. Порадую шестилапую.
Откинувшись на спину, я посмотрел на яркую синеву над головой. Может, в самом деле мне повезло? Стараюсь жить по-совести, помогаю слабым по мере возможностей и пытаюсь сильно не грешить. Соседи меня за своего давно считают, ни в какие столицы и даром не тянет. Надеюсь, смогу в самом деле здесь корни пустить. Дом этот выкуплю у хозяйки или свой поставлю. Семьей обзаведусь. И перестану в одиночестве вечерами таращиться на горящую свечу. Ведь не надо врать самому себе — в пустоте сидеть каждый раз все тоскливее. Еще год-другой и Хтонь начнет жрать изнутри, высушивая и оставляя после себя гнилую оболочку. А ведь я — человек. Хочется не только глотки кромсать, но в самом деле найти свое место в Кемерово. Возродиться для нормальной жизни.
Заодно с Сиплым поближе сойдусь. Умный парень, соображающий. То, что через слово «нах» вставляет — так это мелочи жизни. Может, захочет следом за многими парнями по контракту на службу записаться. А в армии другой язык зачастую не понимают. Или наоборот, в университет пойдет. На механо-магический факультет. Я с кхазадами договорюсь, поднатаскают его по сложным вопросам. И сам подскажу, что знаю и помню.
Увидев меня, Жучка проглотила остатки кузнечика и бодро поскакала поближе. Запыхтела, пытаясь взобраться на высокую для нее деревянную опалубку завалинки. Подцепив за шкирку, посадил рядом. Покрутилась, пристраивая хвост, распушила шерсть мохнатым одуванчиком и прикрыла глаза, подставив морду солнцу. Да, зубастая. Вроде как серая полоса в жизни закончилась. Теперь главное — не облажаться.
Человек из Кемерово сидел на заднем дворе и поглаживал задремавшую саламандру. Впервые за долгие годы он улыбался и от этой улыбки не хотелось развернуться и дать деру. Мужчине было хорошо и в нем было больше от Разина Ильи Найденовича, чем от бездушного палача, приводившего приговор в исполнение.
Его ждал ужин и женщина, которая устала в одиночку бороться за себя и сына. В маленьком сибирском городе осторожно трепетал на холодном ветру огонек надежды. И мне кажется, что даже морозные вьюги не смогут его потушить. Потому что Человек из Кемерово не позволит другим разрушить его счастье.
Карма у него такая. Жить по справедливости, и вставать на сторону слабых. Не жалея сил, умирая и возрождаясь снова и снова.
Человек из Кемерово.