Человек из Кемерово (СИ)
Поэтому орка уважают и при случае раскланиваются. Он — правильный снага, серьезный и злопамятный. Я не застал момент, когда ему после первого «ты меня уважаешь» попытались магазин спалить. Он тогда пожар из огнетушителей залил, потом позвонил и дождался приезда двух старух. После чего втроем прогулялись по Дунайской до реки. Шесть подворий сожгли к чертям, измордовав обитателей. Бабки оказались не простыми, серьезными магами. Судя по всему, Хадже задолжали за десять лет среди разрытых могил.
Вот после той прогулки и наступила рядом с торговым центром благодать и армейский порядок.
— Хо-хо, пацаны-ять! Решала-нах пришел! Пиво-нах будешь-ять?
Снага. Десять процентов населения Кемерово — это они, зеленые орки. Главная головная боль властей. И основной костяк чернорабочих на Кузбасских разрезах. Кстати, забавно. Кемерово — земский город, даже Кедровка входит в его зону ответственности. А вот Берёзовский и сам разрез — это уже опричнина. Ну и Юрга к доменным землям Харченко относится. И своих магических умников по контрактам клан Харченко поставляет по первой просьбе, получая за это скидки на отличный кокс. Одним словом — в этом треугольнике все друг с другом давно уже договорились и живут, загребая звонку монету. Только снага приходится корячиться на самых грязных работах.
— Спасибо, пиво сейчас не буду. Хотя в шашлычную зайду. С утра как забрали меня в холодную, так только сейчас отпустили.
— О-нах! Крысы помойные-ять тебя видели! Говорят, менты, дерьма им-врот, дубинами махали, нах!
Махали. Хотя мне повезло, что брал местный наряд. Они меня худо-бедно знают, примелькался. Будь из центрального района, там бы запросто отрихтовали до фиолетового состояния. Кстати, крысы помойные — это не крысы, это гоблины. Их граффити с мордой грызуна на всех ближайших заборах болтаются.
— Точно. Сбросьте им весточку, что у меня можно бесплатно все разломанное забрать. Пусть через полчаса подтягиваются.
— Не вопрос-нах! Уроды-ять тебе и хату-нах разберут!
— Без меня пусть не заходят даже. Обижусь… А вы, если подработать хотите, найдите грузовик какой-нибудь. Посмотрим, что там у меня целого осталось и на Шахтерку съездим. Боюсь, придется заново мебель закупать. — Оценив загоревшиеся в предвкушении заработка глаза шпаны, придавил внутреннюю жабу и добавил: — Полтинник каждому по итогам. Ну и оплата грузовика с меня. Плюс пиво, как закончим.
— Найденыч-нах! Ты реальный мужик-нах, правильный! Ща, все найдем-ять! Шашлык жуй-нах, а мы тут мигом-ять!
Соседи, можно сказать. И я для них свой — человек в серой зоне, между законом и полным беззаконием. Разин из Кемерова. Человек для решения сложных вопросов.
Глава 2
Я успел перекусить за двадцать минут и вернулся обратно к пивной. Там уже стоял ЗИС-сто-восьмидесятый. Кургузая кабина, деревянные борта. Когда я обживался на местных просторах, очень много времени провел в библиотеке. У меня дома похожих агрегатов не было. Для нищих и забитых работяг поставляли сугубо утилитарную технику — угловатую, работавшую на дизельном топливе или комбинации жидких масел. И местные маго-механические приспособления очень понравились. А когда я столкнулся с хайтеком, роботами и мелькающими в Кемерово новинками автопрома — то влюбился в местный мир окончательно.
Так вот — ЗИСы сначала изготавливали на небольшом заводе имени Сапунова в Подмосковье, который и дал название этой линейке. Позже неприхотливую железку начали клепать на крохотной фабрике в Магнитке, в анклаве кхазадов. Власти спохватились, что вот-вот и прошляпят конкурентов. Поднатужились и построили еще два автомобильных завода. Один рядом с Татарском, другой уволокли аж под Читу. Но там больше использовали отверточную сборку, выпуская разные модели грузового транспорта. А вот власти Татарска сначала загрустили. Потому что ЗИС — это подобие орка на местных просторах. Уродливый, косой-кривой и никому не нравится. В отличие от того же ГАЗа-семерки. Или ЗИЛа-пятнашки. Красавцы, с неплохо утепленной кабиной, удобным управлением и хорошей надежностью. Кривая поделка из Татарска, куда перевели по итогам завод, не могла состязаться с новыми доработанными грузовиками. Но неожиданно на помощь пришли бескрайние земские просторы и та самая нелюдь, кто был готов удавиться за лишнюю деньгу. Примитивная машина с хорошей проходимостью и минимальной оснасткой, почти в два раза дешевле, чем ее более продвинутые аналоги? Ха — дайте две и на скидку мы еще запчастей наберем! Это богатая опричнина на ГАЗАх рассекает или юридики на ЗИЛах гремят. Мы же ребята простые, и войлок на двери присобачим, и деревянный кузов укрепим. В итоге в Татарске теперь огромный завод, где треть цехов отданы именно под «сосисочку», как ласково называет кормильца большинство клыкастых водителей.
В итоге, если вы где-то услышали «крути-нах, дундук зеленый!» — можно быть уверенным, что снага помотали на шабашку, набившись в кузов ЗИСа под завязку.
Но мне — перпендикулярно. Особенно, если до дома подбросят, а потом и на барахолку смотаемся на колесах. Таскать новую кровать и матрас вместо угробленных при обыске — извините, это к оркам. Я по физическим кондициям ближе к гоблинам. Да и не любитель особо физкультурой заниматься.
К четырем дня я добрался, наконец-то, домой. И что с того, что хату снимаю? В любом случае — это мое место, где можно вечером закрыть дверь на щеколду и спокойно сесть поужинать. Одному. Не в бараке на нарах, а за нормальным деревянным столом, под лампой с абажуром. Под звук тихо пыхтящего самовара.
Стоя посреди двора, с грустью смотрел на перевернутую кверх ногами кастрюлю. Бедолагу еще и сапогом шандарахнули, судя по внешнему виду. Плакал мой супчик с потрошками и наваристой косточкой. Вот уроды — чем им приготовленной мной обед не угодил?
— Найденыч-нах, а шуровали чужие-ять! И ты был прав-врот, все разломали-ять! И стулья-нах, и кровать. И стол-врот. У него даже ножки раскрошили-ять!
Да. Это шмонали уже явно привлеченные специалисты. Свои бы тупо полазали по полкам. Ну и с коробок муку-крупы высыпали. А вот до щепочки мебель разбирать и в стенах дыры натыкать — это Приказ отличился. Не сам следователь, а махнул корочками в том же Березовском, они и рады стараться. Опричникам тоже надо опыт набирать.
— Наваха, ты меня не первый год знаешь. Соседствуем, дела иногда решаем рядом. Так вот — я человек мирный и добрый. Но сегодня кое-кто перешел черту. Не так жалко кровать, стол и стулья. Но это были — моя кровать. Мой стол. И мои стулья! — я не кричал, нет, я еле слышно шипел. И от моего голоса у снаги волосы на затылке приподнялись, перекособочив кепку. — Мало того, что тварь навела на чужой товар ментов. Так меня выставили дураком, изгадив тут все хуже гоблинов. А кому разрешено в Кемерово срать на чужом крыльце? Только оркам, а не долбаным мещанам!..
Да. Я жил очень скромно. Семь долгих лет — а из имущества собранная дубовая широкая кровать с мягким матрасом. И стол со стульями на кухне. Все. Я даже одежду держал на плечиках и развешивал на крючки на стене. Мне так нравилось — видеть сразу оба темных костюма, три светлых рубашки и тонкие полоски галстуков. Абсолютно одинаковых — черных, как ночь. Каюсь, не смог удержаться на распродаже. Пять штук. И каждый раз, когда мой взгляд падал на них, ощущал себя Крезом.
Сейчас же я стоял в костюме, который надел утром. И сжимал в руке трость, которой очень хотелось кое-кому переломать все ребра.
— Э, Найденыч-нах, чо делать будем-ять? Крысы уже забор-нах готовы снять-ять.
— Не, забор не надо. А вот все, что во дворе, могут забирать. Еще. У тебя вроде головастые парни были на подхвате? Подмазать-подкрасить?
Если кому нужно нормальный ремонт — это надо человеческую бригаду искать. Если совсем круто — тогда гномов. Кхазады забабашат по высшим меркам и с таким же ценником. А вот когда просто побелкой повазюкать или бурой краской с военных складов пол подмазать — это вполне и снаги справятся. Не каждый, но умельцы среди них есть. Жрать захочешь — и не так раскорячишься.