Замуж за монстра, или Любви все чудища покорны

– Нет. Ему будет очень больно, и ты выиграешь время, чтобы удрать, – заверил меня Гастон.
Что ж, он охотник. Знает, о чём говорит.
– Поняла. Но буду надеяться, что с волками встречи у меня никогда не состоится. У меня аллергия на шерсть собак.
Прощание выдалось коротким, каким-то скомканным, но зато я всех заверила, что скоро вернусь.
Мне ведь нужно предстать перед министром и позволить ему самому доставить меня к графу.
  
Пока буду ехать, решила подумать, какое бы платье я хотела на свою свадьбу? Надо эскиз сделать. И пусть корона не скупится.
Ещё подумаю, какие платья будут на подружках невесты.
И вообще, а в каком стиле я хочу свадьбу?
Может, выбрать тему красавицы и чудовища?
Ха-ха. Вряд ли граф оценит.
 
Глава 9
 
* * *
– ЛИАМ —
Ночь.
Люблю ночь.
Темнота не только рождает страхи и ужасы, но и скрывает их.
Ночью окружающий мир выглядит зловеще.
И ночью все чувства обостряются.
Покрутил шеей и с удовольствием похрустел ею.
Бег в лесу под лёгким дождём, похожим на пыль, пошла на пользу.
Немного успокоился и стал способен принимать любую негативную информацию.
Переоделся в чистый костюм. Хотя ванну ещё не принял.
Привычки наши неискоренимы.
Я одеваюсь в хорошие костюмы, шью новую и новую одежду из самых лучших тканей и не понимаю, зачем я это делаю.
Можно носить один костюм годами. Всё равно никому нет дела. Всё равно никто не увидит, не оценит.
И всё равно в судные дни, когда решаю проблемы и отвечаю на просьбы жителей моего графства, одеваюсь в чёрную мантию.
Под ней не видно, что на мне надето, хоть на голое тело её набрасывай. Что ж, мысль интересная.
Сбросил с себя пиджак и подвернул рукава рубашки.
Потянулся за графином с водой, но передумал.
Налил себе бокал односолодового виски и сделал глоток.
Ощутил огонь внутри себя и расслабил плечи.
Бросил взгляд на магическую почту и с неприязнью взял письмо от флавестинского министра, некого Оливера Ханса.
Прочитал повторно, но уже с холодной головой.
Министр с радостью сообщал, что нашёл мне подходящую невесту.
На этих словах я сделал два больших глотка.
– Сколько их таких подходящих уже было, – произнёс со злостью. – Я уже жалею о той договорённости…
Когда-то давно, когда короля заинтересовали мои земли с теллурититом и мне сделали деловое предложение, я по неосторожности попросил взамен на эти земли найти мне невесту.
Была ещё просьба: меня интересовали бесхозные земли на территории короны, богатые лесами, где мой зверь мог бегать без опаски, зная, что никого там не встретит.
Да и дичи там много разной. Есть на кого поохотиться.
Но я уже давно понял, что моя просьба оказалась глупой, безнадёжной.
Каждая новая попытка обзавестись семьёй, родить наследников, стать любимым мужем, самому полюбить и разрушить проклятие, увенчивалась тотальным провалом.
Я уже не верю в добрый исход с очередной невестой.
Думал и даже надеялся, что король оставит попытки найти мне невесту.
Как жаль, что наша договорённость имела магическую составляющую. Теперь не нарушить договор. Он связал и меня, и корону. А казалось, так просто всё…
Сделал глубокий вдох, шумный выдох и дочитал письмо.
Министр заверял меня, что девушка идеально подходит.
Она не станет сбегать, как другие. Не окажется жертвой капканов, которых разбросали в лесах и полях мои же подданные. Не утопнет в болоте, которые в моём графстве имеют место быть.
И не забредёт в чащу с ядовитыми розами, сок и шипы которых причиняют сильнейшую боль и парализуют.
Эти прекрасные монстры прячут тело погибшей девы под землю. Корни розария делают своё чёрное дело. А после розы цветут ещё сильнее, разрастается цветник ещё больше. Источают они сладкий, умопомрачительный аромат.
И ни один меч не берёт этих чудовищ.
Магия не справляется.
Эти розы не трогают лишь меня.
Периодически я обламываю их, вырываю с корнем, сжигаю. А толку?
Как возникло проклятие, так и взошли эти чудовищные розы.
Но министр писал, что девушка умная, адекватная и… переселенка с другого мира.
Обжилась в нашем мире, выстроила своё дело, весьма успешное и соответствует всем критериям моей невесты.
Он сообщал, что невеста прибудет через семь дней.
Взглянул на дату и хмыкнул. Письмо отправили с задержкой в один день.
Это значит, невестушка прибудет через шесть дней.
Взглянул в окно, за которым властвовала чернильная ночь и произнёс про себя, что даже не через шесть, а уже почти через пять дней я буду лицезреть новую пассию.
И я не верил в добрый исход с новой леди.
Кстати, странное у неё имя – Аврора Даль.
Покатал имя на языке.
– Аврора…
Рычащее имя, но при этом мелодичное. Экзотичное.
И она не леди. Госпожа.
Что ж, посмотрим, насколько хватит у госпожи Авроры Даль терпения вынести моё присутствие.
Быть может, она совершит рекорд и умчится прочь, быстрее остальных, когда случайно увидит мои когти и как я обрастаю шерстью?
– Ваше Сиятельство, ваша ванна готова, – оповестил меня Сэмюэл.
Иногда мой слуга двигался настолько бесшумно, что иной раз я думал, кто из нас оборотень – я или Сэм?
– Погорячее сделали?
– Как вы и просили, милорд, – кивнул он.
* * *
– В графство скоро приедет новая невеста. Как думаешь, она тоже будет заливать мой пол слезами, и называть меня чудовищем? – лениво спросил слугу, нежившись в большой ванне.
Сэм, мой дворецкий и он же иногда мой личный камердинер, хотя у меня есть камердинер, но иногда Сэм решает взять эту обязанность на себя, перебирал в шкафу мою одежду, собирал утренний костюм.
Не оборачиваясь, он невозмутимо ответил:
– Всё возможно, милорд. Могу приказать, чтобы пол застелили водонепроницаемым ковром. Экономка делала ревизию в закрытом крыле, там хранится один такой.
– Хм. Я подумаю.
– Подумайте, милорд, – всё тем же ровным и ничего не выражающим тоном произнёс Сэмюэл.
Сэм всегда говорил таким тоном, и с такой интонацией, какой и положено говорить слуге, принадлежащему к высшей касте слуг.
Внешне он не походил на слугу. Скорее он выглядел большим аристократом, чем я.
Сэмюэл Хаш был высоким и худощавым.
Всегда чисто выбритый, не считая роскошных седых усов. Седыми были и его густые волосы, они всегда зачёсаны назад, волосок к волоску.
Одет во всё чёрное.
Всегда строгий и элегантный.
– Утром какой вам подать костюм? Синий или зелёный? – поинтересовался Сэм.
– Серый, – мрачно отозвался я. – Цвет настроения и состояния моей души. Да и дождь перерос в ливень. Слышишь Сэм, как он барабанит? Будто желает пробить крышу моего замка.
– Я слышу, милорд, – произнёс он.
Я хмыкнул и сказал следом:
– Утром нас ждёт сплошной туман, и очередная безнадёжная серость дня, равного предыдущим.
– Очень поэтично, милорд. Саспенсу свойственна атмосфера тревоги. Вы решили этой атмосферой встретить новую невесту? – с лёгким ехидством и насмешкой произнёс Сэм.
Я не стал отвечать слуге. Да и кто отвечает на риторические вопросы?
На этой «позитивной» серой ноте я поднялся и вышел из ванны, стряхнул с волос воду.
Внезапно в двери сильно застучали, и раздался взволнованный голос младшего лакея:
– Милорд! Милорд! Простите! Но там леди! Она вся промокла! Требует пустить! Говорит, она ваша невеста!
* * *
– АВРОРА —
Где это видано, но извозчик отказался доставлять меня точно до замка графа Найтмэра, мотивируя свой отказ тем, что граф наградит его проклятием, как только увидит.
Мол, взгляд графа полон ярости и злости на весь мир, как глянет, так сразу в прах и обратит.
– Так он проклятьем вас наградит или в прах обратит?! Вы уж определитесь с наиболее дебильным вариантом! – психанула я и потрясла руками, выражая наивысшую степень гнева.