Академия Militas Dei. 1-й курс (СИ)
— Вот не надо, милитас! — грубо оборвал пожиратель, невольно раскрыв свою истинную оболочку, — Я свои права знаю и правила соблюдаю.
— Да неужели! — не выдержала Нинель, показавшись перед парнями.
Удивлённый пожиратель тут же поспешил вернуть своё лицо в человеческий облик. Павел же, серьёзно напрягшись, скрестил руки на груди.
— Спокойно! — Нинель, подойдя к парням, обратилась к дозорному, — Я учусь с твоей сестрой в одной группе.
— У-ух… Слава Богу. — облегчённо выдохнул Павел.
— Чего? — а вот Артём ещё сильнее напрягся, — Так ты милитас?
— Вы знакомы? — удивился Гаврин.
— Я могу сказать только одно. — Нинель недовольно скрестила руки на груди, — “Ё бар”.
— И чего? — с презрением спросил Артём, — Откуда мне было знать, что ты милитас?
— О чём речь? — требовательно спросил дозорный покосивших на Беленского.
— Не смотри на меня так! Я всего лишь охотился. Всё в рамках закона. — затем пожиратель обратился к Нинель, — И если уж на то пошло, то это я с тебя должен требовать компенсацию.
— Это ещё за что? — возмутилась девушка.
— За это! — Артём указал на свой ожёг на губах.
— Не понял. — Павел обратился к Нинель, — Это как ты ему так?
— Чего? Я откуда знаю! В отличие от этого придурка, я не помню ничего. — затем Воронцова обратилась к пожирателю, — Лучше скажи, что твой дружок сделал с Таней?
— Кстати, — вспомнил Гаврин, — А куда делся твой друг Витька Ворошилов? Мне с ним тоже интересно побеседовать, однако он не идёт на контакт.
— Я не сторож ему, — затем пожиратель обратился к Нинель, — И уж тем более его пассиям.
— Врёшь ведь! — резко бросила Воронцова.
— Как же вы меня уже задолбали. — устало выдохнул Артём, — Счастливо оставаться!
За считанные секунды тело пожирателя стало прозрачным, после чего превратилось в дымку, которая длинным шлейфом начала струиться по асфальту подальше от надоедливых милитасов.
— Какого хрена? — тихо выругалась Нинель, наблюдая за этим действием.
— Вот за это я и не люблю пожирателей-молекуляров. Умеют слиться с темы. — затем Павел спокойно, но недовольно обратился к девушке, — Ты что тут забыла?
— Ну… Я шла в “Подбелку”, а потом… — Воронцова сжала в руках свой талисман, — Это слишком сложно объяснить… В общем, это интуиция.
— В “Подбелку”? Так ты Нинель?
— Откуда ты знаешь?
— Я как раз Алису и двух ваших одногруппниц в пельменную подвозил. Она всё говорила про твой день рождения. Точнее, что совершеннолетие нужно хорошенько отпраздновать.
— Ясно. Тогда я продолжу путь. — девушка собралась выйти из арки.
— Ещё кое-что. — Павел схватил Нинель за плечо, — В следующий раз не лезь туда, куда тебя не просят.
Резко отбросив руку парня, Воронцова молча кивнула и продолжила путь.
Придя в пельменную, отделанную белой плиткой, Нинель быстро нашла взглядом Алису, сидевшую за длинным деревянным столом вместе с двумя одногруппницами, с которыми Воронцова общалась довольно часто: Юлией Каримовой и Марией Рязановой, представлявшей из себя типичный образ панк-девчонки.
— А вот и именинница! — весело воскликнула Алиса, подозвав соседку по комнате.
Робко улыбнувшись, Нинель подсела к одногруппницам. Юлия достала из своей сумки свечки с цифрами и воткнула их в маффин с вишенкой.
— Ты уже извини, тортика у них не было. — сказала Алиса.
— Но надеемся, — Мария своей зажигалкой подожгла свечи, — Что такой символизм, тебя тоже устроит.
— Спасибо, девочки. — поблагодарила Нинель.
Затем Алиса, Юля и Маша начали тихо напевать: “С днём рождения тебя!” Конечно, это не были те фантазии, которая Нинель представляла себе, находясь рядом с семьёй, но в этом искреннем поздравление одногруппниц было тоже много чего трогательного. После поздравительной песенки Нинель, загадав желание, задула свечи, и девушки захлопали в ладоши.
После начались девичьи разговоры под сладкое и алкоголь. Сначала девушки обсуждали учёбу, перемывая кости главному инструктору и некоторым одногруппникам. Затем речь пошла о музыкальных предпочтениях. В этом вопросе у Алисы, которая была большой фанаткой группы “Серебро” и Макса Барских, и у Маши, которая предпочитала классику русского рока, не сошлись вкусы. И пока они шутливой форме спорили на эту тему Нинель и Юля, являющиеся по своей сути меломанами, с улыбкой наблюдали за этим.
Чуть позже, когда алкоголь чуть ударил в голову, Нинель рассказала одногруппницам про случай с Артёмом и Павлом.
— То есть получается, Нинка, что ты это пожирателя кожей учуяла? — уточнила Юля.
— Получается, что так. — не уверено произнесла Нинель.
— Круто! — Маша показала удовлетворительный жест.
— Ну-у, Маша… Я тебе скажу, ощущение не самые крутые. — затем Воронцова обратилась к Алисе, — Ты так удивилась, будто это что-то не нормальное?
— Нинка, я даже не знаю, что сказать. — Свиридова отпила ещё немного алкоголя, — Просто без дополнительной подпитки Сератом обнаружить пожирателя в человеческом облике очень трудно.
— Может это у тебя какая-то чувствительность к ним? — предположила Юля.
— Звучит как аллергическая реакция. — рассмеялась Маша.
— Хотя может это просто совпадение. — Нинель смущённо опустила голову, — Я уже привыкла периодически ощущать лёгкое покалывание, которое даже врачи не могут объяснить… Знаете, я сейчас не хочу об этом думать!
— И правильно! — Алиса обняла соседку, — Не нужно забивать день рождения грустными мыслями.
После робкого смеха праздник снова продолжился в весёлом духе вместе сладким, алкоголем, обнимашками и групповыми селфи.
Контролируй, что думаешь
Поздно вечером Виталий привёл в свою квартиру очередную девушку, предварительно хорошенько её напоив. Поспешив закрыть за собой дверь, пожиратель без всяких прелюдий завёл гостью в спальню, попутно срывая с неё одежду и покрывая кожу поцелуями. Хотя для Виталия сами плотские утехи были одной большой прелюдией. Пожирателею секс, как и прочие людские забавы, не приносили такого яркого наслаждения, а если быть точнее вообще не приносили никакого удовольствия. Другое дело чувство насыщения. Когда Виталий увидел, что жертва достигла экстаза, он, срывая маску, впивается в её губы, дабы высосать разум. И вот уже тогда парень достигает настоящего экстаза.
Когда же от жертвы осталась лишь опустошённая оболочка, пожиратель, надев шорты с майкой и снова приняв человеческий облик, вышел на кухню. Витя достал из кухонного шкафа гранённый хрустальный флакон, после чего, подойдя к раковине, засунул себе два пальца в рот. Рвота не заставила себя долго ждать, и скоро флакон наполнился чёрной жидкостью. Немного отдышавшись, пожиратель убрал эту неприятную вещицу в холодильник, где лежали ещё три таких флакона.
И вот когда Витя уже собирался вернуться в спальню, дабы решить, куда деть опустошённую, он заметил, как в кухню с балкона просачивается дымка.
— Казанова, — недовольно протянул Виталий, — Не царское дело что ли стучаться в дверь?
После этого замечания Артём поспешил вернуться в человеческий облик. Поздоровавшись с другом, пожиратель-молекуляр вышел в коридор, где и услышал болезненные стоны. Когда же Артём увидел в спальне опустошённую, он устало прижался спиной к двери.
— Я, конечно, всё понимаю, Звездочёт, — Беленский повернулся к другу, — Но нахрена их приводить сюда?
— А куда ещё? — рассмеялся Витя, — В клубах полно милитасов, а в кустах не вариант для меня. Всё-таки я не такой извращенец как ты.
— Смотрю, тебе смешно. — Артём снова взглянул на спальню, — Кстати, а куда…
— Я её в ванную засунул, чтоб не мешалась.
Тихо фыркнув, Беленский направился в ванную комнату. Как и сказал Виталий, там и лежала Татьяна. С тихим стоном девушка глядела в потолок. Артём присмотрелся к её лицу. Синяк на лбу стал более чёрным, а в глазах читались растерянность и испуг.
— В этот раз ты решил её не связывать. — Беленский щёлкнул перед Таней пальцами, но та никак на это не отреагировала.