Негодная певица и некромант за клавесином (СИ)

Отказываться нет причин.
Уверена, плохого мне не подарят.
Принц подходит ко мне, останавливается в шаге. За его плечом как по волшебству появляется лакей. Слуга не скрывался, но просочился по залу настолько неприметно, что кажется, будто он использовал отвод глаз. А может и использовал, хотя вряд ли —  это может быть расценено как неуважение к гостям-людям, в том числе и ко мне.
Лакей удерживает небольшой поднос. Похоже, презентов несколько, хотя в глаза бросается только букет из белых, похожих на каллы, цветов. Интересно, для Дана тоже что-то приготовили или как музыкант он не в счёт?
—  Я тоже сохраню в памяти сегодняшний вечер! Я счастлива петь перед столь отзывчивыми слушателями.
Улыбнувшись, принц забирает с подноса цветы:
—  Рильвины выросли в саду моей сестры принцессы Карвиниэль и обязательно примутся, там, где вы их посадите, госпожа Ти.
Я должна их сажать?
Я принимаю букет.
—  Спасибо, я тронута.
В качестве “основного блюда” принц вручает мне набор целебных эликсиров, приготовленных на основе священных трав и мимоходом принц упоминает мою “победу” над микстурой Руза Пойтера. Да-да, обстоятельства сложились так, что в Гильдии меня услышали, провели проверку, и мои слова подтвердились. Микстуру запретили буквально в тот же день, что завершилось исследование, а менталистам совместно с некромантами и целителями ещё только предстоит найти способ помочь пострадавшим.
“Вторым блюдом” становятся травы для зельеварения.
Подарки хоть и выглядят скромно —  подумаешь, гербарий —  но стоят очень дорого. Можно сказать, что одарили даже не как королеву, а как императрицу.
А на десерт… Принц подаёт мне прозрачный кристалл на длинной серебряной цепочке. С неожиданным проворством принц захлёстывает цепочку вокруг моего запястья:
—  Это особенный артефакт, которым пользуются все наши леди, —  поясняет он. —  Кристалл помогает заметить зарождение жизни и отслеживать состояние малыша до рождения.
Меня как холодом обдаёт.
—  Это очень ценный дар, ваше высочество, —  натянуто улыбаюсь я, ведь принц не мог знать о моей проблеме.
Не раскисать!
—  В таком случае я всё-таки посмею злоупотребить вашей щедростью, госпожа, —  подхватывает принц. —  В скором времени один из королевских советников празднует юбилей. Я бы хотел подарить ему возможность насладиться вашим исполнением. Госпожа, я приглашаю вас. Разумеется, я не жду незамедлительного ответа. Господин Тельви, я также признателен вам за прекрасную игру.
Я не вслушиваюсь в словесное кружево, которое плетёт принц.
Я отмахиваюсь от сожалений о несбыточным.
Я полностью захвачена открывающимися перспективами быть приглашённой к Эльфийскому двору и выступить перед неким высокопоставленным лордом. Ха, за что принц его ненавидит? В любом случае мне ненависть его высочества только на руку. Лорду придётся не только слушать, но и изображать восторг. И я стану певицей, получившей признание, какое ещё никто из людей не получал.
Там и до концерта в Гранд-холле всего шаг останется.
Дан получает набор трав, также благодарит и заверяет, что с радостью будет мне аккомпанировать, когда я прибуду в Священный лес выступать. У принца от этих заверений дёргается ухо, но он продолжает улыбаться.
Почувствовав, что Дан кланяется, я тоже сгибаюсь в поясе. Принц отвечает лёгким кивком и возвращается к столу. Глядя ему в спину, я вижу, как скрутившиеся в трубочку уши начинают медленно разворачиваться.
Под шуршание, имитирующее шелест листвы, мы покидаем зал. Дан перехватывает у меня подарки, чтобы я не несла в руках —   прячет во внутренних карманах.
—  Ты счастлива, Карин?
—  Да.
—  Ты выступишь перед лордом? —  мы покидаем шатёр, идём вслед за указывающими дорожку маргаритками.
—  Да, Дан, —  пусть не сомневается.
—  Ты выйдешь за меня замуж?
—  Да.
Что?!
Я оборачиваюсь, хлопаю глазами.
Дан наклоняется ко мне, почти что упирается носом в мой нос. Его глаза близко-близко, и у меня перехватывает дыхание, а ноги становятся ватными.
 
—  Я люблю тебя, Карин.
—  Я…
Дан отстраняется:
—  Тебе не обязательно спешить с ответом, Карин, —  внезапно мягкая улыбка исчезает, взгляд становится как будто хищным, и Дан буквально набрасывается. —  Что это?!
Он бережно, но крепко обхватывает меня за запястье, на которое эльф повесил артефакт, поднимает мою руку так, чтобы я тоже видела своё запястье —  кристалл, который должен был навсегда остаться прозрачным, горит нежным цветом утренней зари.
Я прекрасно знаю, отчего появляются дети —  не от брачного ритуала, а от телесной близости. Уверенная в бесплодии, я намекнула Дану, что он может не беспокоиться о возможных последствиях, а сама не принимала никаких микстур. В результате… Получается, что приговор из прошлой жизни, с которым я смирилась, на самом деле… остался в прошлом?
Я касаюсь своего живота.
Розовый… у нас будет девочка?
Внезапно Дан опускается на одно колено и молча прижимается щекой к моему бедру. Его поцелуй обжигает даже сквозь ткань пижамы. Я касаюсь его плеча. Глаза застилает влагой, и пара счастливых слезинок даже срывается Дану на макушку. Я смаргиваю.
Перед глазами проносится вся моя жизнь. Обе жизни. Проносятся мечты. И на краткий миг мне кажется, что я воочию вижу своё будущее —  тихую домашнюю свадьбу, рождение дочери, концерты на тысячи зрителей, выступление в Гранд-холе. Я понимаю, что будут не только победы, будут вызовы, которые предложит мне жизнь, но что бы ни ждало меня впереди, будущее прекрасно.
Обретённая яркая, полная вкуса и ощущений, настоящая жизнь прекрасна.
Я слышу аплодисменты. Кажется, присматривающая за мной Азири Ра мне аплодирует.
Конец.