Ловцы фортуны

— Спасибо, — Рэйф поднес ее руку к своим губам. — Я это запомню.
Эти слова, сказанные Лорой в порыве благодарности, и его ответ, конечно, давно забыты Рэйфом. Но сейчас ему, похоже, действительно требовалась помощь. Очевидно, во время войны с ним что-то произошло, и Лоре было очень больно, что он не поделился с ней. Она была уверена, что Джулии известна по крайней мере часть истории.
Когда она думала о Джулии, ее сердце терзала ревность. Как глупо!.. Она была счастлива с Мэтью и ожидала третьего ребенка. Более того, она допускала, что Рэйф начал оказывать внимание Джулии ради нее же, стараясь отвлечь племянницу Мэтью от злобной кампании, которую та вела против Лоры. И все же у нее сжималось сердце, когда она представляла Джулию в объятиях Рэйфа.
А Рэйф тем временем наблюдал за Тиффани. Сначала он хотел возобновить их знакомство; было бы очень забавно узнать мнение Лоры о ней. Однако затем он решил, что реакция Джулии не будет столь же забавной. Он вздохнул: Джулия оказалась слишком уж большой собственницей. Давно бы стоило разорвать их отношения, но Рэйф продолжал поддерживать эту связь, хоть как-то скрашивающую его бесцельное существование.
Тиффани, похоже, уверенно чувствовала себя в компании, собравшейся вокруг Нетертонов. Хороший парень этот Дик Латимер! Если бы Тиффани заигрывала с ним, стоило бы вмешаться, но она явно сосредоточила свои усилия на Филипе Брайте, а это Рэйфа вполне устраивало. Он не любил Филипа, находя поведение молодого человека в отношении Лоры недостойным. Что ж, решил Рэйф, эти двое стоят друг друга.
Он полузакрыл глаза; как обычно, присутствие Лоры действовало на него успокаивающе. Вокруг нее всегда возникала такая мирная, освежающая атмосфера, что после пары часов общения с ней он начинал смотреть на общество и мир, в котором жил, гораздо менее мрачно. Она была мила и проста в обращении, но никто не счел бы ее посредственностью. Возможно, подумал Рэйф, когда-нибудь ему удастся найти такую же Лору и для себя. Он вновь взглянул на Тиффани Корт: конечно, Лора красива, но с Тиффани ей не сравниться. Однако жизнь с Тиффани напоминала бы ношение власяницы — сплошное мучительное раздражение. И лишь изредка сладкие мгновения, когда она соблаговолит пролить бальзам на его тело и душу своими ласками. Если бы она обладала хоть частью спокойствия Лоры, ее зрелостью… И Рэйф погрузился в мечты о чудесном мире, населенном женщинами, в которых сочетались бы лучшие качества Лоры и Тиффани.
Затем с немалым усилием он заставил себя вернуться к реальности.
— Как поживает Ричи? — спросил он Миранду, отчетливо произнося слова и глядя ей прямо в лицо.
— Спасибо, хорошо.
Ричи, сокращение от Ричмонд, было кличкой самки датского дога. Рэйф назвал ее в честь одного прекрасного дня, проведенного на берегу реки.
— Надеюсь, тебе не мешает, что приходится звать ее мужским именем? — сказал Рэйф.
— Нет. Ведь и работать она может не хуже, чем собака-мужчина, — серьезно ответила Миранда.
Слова ребенка странно подействовали на Рэйфа. Уж не предсказание ли это будущего самой Миранды?
— Действительно, может… Я рассчитывал, что она станет твоими ушами, будет предупреждать тебя о любой опасности. Ведь нам с тобой не хочется, чтобы кто-то злой незаметно подкрался к тебе сзади, правда?
Он повернулся на тихий возглас Лоры, и, увидев ее тревожно расширившиеся глаза, поспешно сменил тему.
— Но больше всего я хочу, чтобы она стала твоим другом, — торопливо продолжил Рэйф. — Ричи не умеет говорить, и ей нет дела до того, что твои ушки не слышат — ты ведь можешь общаться с ней и другим способом. Знаешь, я постарался выбрать щенка с самым громким лаем, — и очаровательная улыбка осветила его смуглое лицо.
Редко кто-либо напоминал Миранде о ее несчастье, а она была такой чувствительной девочкой, что ее реакцию невозможно было предугадать. Несколько мгновений она неуверенно смотрела на Рэйфа, а потом улыбнулась тепло и непринужденно.
— Может быть, вы приедете в Брайтуэлл навестить Ричи? — предложила Миранда.
 
Рэйф вопросительно взглянул на Лору.
— Завтра возвращается Мэтью, — мягко напомнила она.
— А! — он коротко рассмеялся. — Извини, Миранда, но сейчас я очень занят. В другой раз! — Он вновь взглянул на Лору. — После приезда Мэтью вы вернетесь в Брайтуэлл или останетесь на сезон в Лондоне?
— Вернемся в Брайтуэлл, — без колебаний ответила она. — Там мне лучше всего. Ведь в нем нет воспоминаний.
Она чуть было не сказала «призраков», но вовремя вспомнила о присутствии Миранды. Обстоятельства, напоминающие о первом браке Мэтью, уже не так нервировали ее, однако в Брайтуэлле, где Энн никогда не бывала, Лора чувствовала себя спокойнее.
— Вам надо чаще появляться в свете. Многие были бы рады вашему обществу.
— Вы уверены? А вот я не могу с вами согласится. Люди оказывают мне внимание лишь из любопытства, что за антикварная редкость явилась из этого Брайтуэлла.
— А вот и любитель антиквариата! Сюда направляется герцог Фонтуэлл. Посмотрите, он просто раздувается от важности. Лора, прошу вас, отошлите это ископаемое!
— Это будет невежливо, — она встала и сделала несколько шагов навстречу гостю.
Обмениваясь с герцогом любезностями, Лора посматривала в ту сторону, где расположились Филип и его компания. Филип… как же он обижает ее! Лора была уверена, что он делает это сознательно, но не могла понять, за что. Потом Лора заметила девушку и глаза ее расширились. Какое совершенство лица и фигуры, как нарядно она одета! И как, должно быть, счастлив Филип рядом с ней, какой красивой парой они будут! Но кто она? Лора решила спросить об этом Рэйфа или Джулию.
Джулия, заметив, что Лора отошла от своего кресла и занята разговором с герцогом, оставила мужа и устремилась к Рэйфу.
— Слава Богу, ты мой хотя бы на пять минут, — заявила она, не обращая внимания на Миранду. — Я уж думала, Лора так и будет весь день торчать около тебя. Не могу понять, что ты находишь в этой пресной корове? К тому же, она опять понесла!
Глаза Рэйфа сверкнули гневом, но ярость его тут же погасла. Бедная бездетная Джулия, как она завидует Лоре! Злые языки утверждают, с мрачным юмором подумал Рэйф, что Джулия, с таким энтузиазмом распространяющая листовки, агитирующие за контроль над рождаемостью, сама может служить им прекрасной рекламой.
— Зачем я тебе так срочно понадобился? — сдержанно спросил он.
— Зачем? — она изумленно уставилась на него. — Затем, что я всегда хочу быть с тобой. Затем, что я люблю тебя. Какие еще нужны причины?
— Я думал, есть более серьезная причина. — Не желая обострять ситуацию, он высказал свое неодобрение достаточно осторожно.
— Более серьезная?! Как я могу быть серьезной, когда ты сидишь тут такой чертовски соблазнительный, что я совершенно теряю голову?
— Джулия, — резко остановил он, — здесь ребенок.
— Миранда? Но она глухая.
— Она слышит больше, чем ты думаешь. Не так ли, Миранда?
Но Миранда не ответила. Она спокойно смотрела на него и ее лицо и глаза были лишены всякого выражения.
— Временами от этого ребенка у меня мороз по коже, — перейдя на французский, произнесла Джулия. — А о любви всегда лучше говорить на этом языке, он куда выразительнее.
Французским Миранда владела в совершенстве. Гувернантка и логопед, занимавшиеся с ней, были поражены успехами юной ученицы. Даже произношение Миранды было гораздо лучше, чем можно было ожидать в подобных обстоятельствах. Конечно, языки представляли для нее особую трудность, но препятствия лишь заставляли Миранду еще больше стараться. Впоследствии в доме появилась и фройлейн, обучавшая ее немецкому. Поэтому девочка без трудам поняла сказанное своей кузиной, но слово «любовь» означало для нее Мэтью и Миранда вновь вернулась к мыслям о возвращении отца.
Прошло почти четыре года с тех пор, как Джулия и Рэйф стали любовниками, но ей все также были желанны его прикосновения, как и в начале их связи. Не заботясь о том, что их видят, она положила руку ему на бедро и почувствовала, как охватывает жар желания. Она была так одержима физической привлекательностью Рэйфа, что с трудом могла вспомнить то время, когда подобные чувства вызывал в ней Мэтью.