В поисках Винни-Пуха (СИ)

— Куда едем? — весело спросила я.
Вместо ответа Васька сунул мне под нос свой потрепанный блокнот с адресом, который. В принципе, ничего мне не говорил.
— Далеко это? — спросила я.
Васька покачал головой:
— Минут за сорок доедем.
Я вздохнула и уставилась в окно.
Дом, в котором раньше жил Валерий Иванович Быков, был невероятно старым и покосившимся. Лично я бы побоялась даже переночевать там, не говоря уже о том, чтобы жить.
— Почему дом еще не снесли? — поразилась я, когда мы остановились во дворе. БМВ Виктора плавно притормозил сзади. — Он же скоро рухнет!
— Это ты у меня спрашиваешь? — хмыкнул Васька, с интересом оглядывая двор.
Я, следуя его примеру, тоже посмотрела по сторонам. Детская площадка перед домом была пустой, впрочем, я сомневалась, что там могли резвиться дети: качели уже покосились, краска на ограде давно облупилась, бревна избушки с небольшой горкой почернели от времени. Скорее всего, ребятней здесь даже и не пахло.
Васька направился к первому подъезду, где, к счастью, не наблюдалось никаких кодовых замков и зашел внутрь. Виктор, поздоровавшись с бабульками, оккупировавшими скамейки, хотя еще было только утро, последовал за ним. Я, хотела было последовать его примеру, но внезапно меня что-то остановило, словно какое-то шестое чувство подсказало, что ничего мы там не найдем.
— Ань, ты идешь? — высунулся Виктор.
Я, вспомнив о своем намерении держать их перед глазами, юркнула за ним.
Васька уже стучался в дверь третьей квартиры — замок отсутствовал. Стучать пришлось долго. Наконец, щелкнул замок и дверь открылась. Я поморщилась — на порог стоял нетвердо стоящий на ногах мужичок неопределенного возраста с упоительным «ароматом» перегара. Виктор, явно раньше не сталкивающийся с реалиями русской жизни, закашлялся. Васька озадаченно почесал затылок.
— Вам кого? — заплетающимся языком спросил мужчина, пытаясь собрать глазки в кучу.
— Вы знаете Быкова Валерия Ивановича? — справился с собой сосед.
— А хто это? — изумился хозяин.
— Он раньше жил в этой квартире, — пояснила я.
— Не знаю я никого, — икнул мужик, — а квартиру мне за заслуги дали, я ветеран труда, вот…
Виктор скептически посмотрел на «ветерана труда».
— Когда дали-то? — спросил он.
— Когда? — мужичок крепко задумался. — Да лет семь назад.
Я удовлетворенно кивнула — значит, мое предчувствие меня не обмануло, и здесь нам искать больше нечего.
— А супруга ваша? — не сдавался Васька. — Может, она его знает?
Мужичок довольно хихикнул:
— Баба моя в санатории, — радостно сообщил он, — ей путевку с работы дали. Приедет только недели через две.
— Спасибо, — поблагодарил хозяина Виктор и язвительно добавил, — вы нам очень помогли.
На улицу я вышла первой. Старушки, оживленно что-то обсуждавшие, при нашем появлении замолкли. Я направилась к ним:
— Здрасьте, — поздоровалась я.
Бабки кивнули.
— Хорошая сегодня погода, — продолжала я, присаживаясь рядом, — только утром подморозило малость…
— И не говори! — подхватила одна из них. — Я ведь как знала, Мишке своему сказала, а он, окаянный…
Я терпеливо ждала, когда она не наговорится, но скоро в разговор включилась вторая, и когда речь зашла уже про Советский Союз, здорово перепугалась, что придется просидеть с ними весь вечер.
— Скажите, — вклинилась я, — вы здесь всю жизнь живете, наверное, всех знаете?
Старушки захихикали:
— Ой, милая, какое там, — всплеснула руками одна, — сюда многие после перестройки понаехали, из старых жителей, почитай, только Валентина осталась, она сюда с родителями то ли в пятьдесят пятом, то ли в пятьдесят шестом приехала, да и осталась. Все, кто тогда здесь жил, разъехались кто куда, да и Вале дочь предлагала к ней переехать, только отказалась она.
Есть ниточка, мысленно усмехнулась я.
— А где она живет? — спросила я.
— Да вон там, — словоохотливая старушка махнула рукой.
Я оглянулась — напротив дома, где когда-то жил Быков, находилось еще одно многоэтажное здание, не менее старое, чем первое.
— Квартира вторая, — подсказала та же старушка, — зовут Валентина Семеновна, она сейчас дома.
 
Я поблагодарила бабулек и подошла к мужчинам.
— Ну что, идем? — подпрыгнул Виктор.
Я покачала головой:
— Будет лучше, если к ней пойду я одна.
— Это еще почему? — возмутился Васька.
— Вы двое слишком колоритные, привлекаете много внимания. Глядишь, напугаете пожилую женщину, она и говорить-то не станет…
Естественно, я волновалась о здоровье Валентины Семеновны. И естественно, я не хотела давать Фениксу дополнительную информацию, которая как-то к нему поступает.
Не слушая возражения моих спутников, я двинулась к нужному дому.
Женщина оказалась у себя.
— Здравствуйте, — улыбнулась я, когда она открыла дверь, — вы Валентина Семеновна? Меня зовут Аня, ваши соседки посоветовали мне обратиться к вам…
— Да вы заходите, не стойте на пороге, — засуетилась женщина.
Я зашла в зал и в восхищении замерла. Все небольшое пространство было просто завалено разными поделками: вязаными салфетками, небольшими пейзажами, цветными подушками, лоскутными одеялами, мягкими игрушками.
— Нравится? — улыбнулась женщина.
— Очень! — честно ответила я, с восторгом разглядывая маленького связанного крючком лебедя. — Это все вы сделали?
— Я. Люблю поделки, знаете ли. Раньше не особо-то времени было, работа, а вот как вышла на пенсию… Вяжу и шью в свое удовольствие. Может быть, чаю?
— С удовольствием, — откликнулась я, следуя за хозяйкой на просторную опрятную кухню. Валентина Семеновна поставила электрический чайник, и принялась накрывать на стол.
— Домашнее? — утвердительно спросила я, кивая на вишневое варенье.
— Угадали, — засмеялась хозяйка.
Чайник быстро скипел, и минуту спустя мы уже сидели за столом с чашкой чая.
— Итак, мои соседки посоветовали вам обратиться ко мне, — напомнила Валентина Семеновна.
— Да, — я отложила чашку, — видите ли, я ищу одного человека, Быкова Валерия Ивановича, вы его знаете?
— Как же не знать, — усмехнулась старушкой, — они с Антоном Титовым были теми еще сорванцами…
Моя челюсть тихо отвисла: с Антоном Титовым? Титов раньше тоже жил здесь? Так они что, не только деловые партнеры, но и друзья?
— Валентина Семеновна, — пришла я в себя, — расскажите мне про них все, что знаете.
— Ну что ж, — улыбнулась хозяйка, — тогда слушайте…
Валентина Семеновна с матерью и отцом въехали в эту квартиру в пятьдесят шестом году. Здесь им понравилось: доброжелательные соседи, большая площадка для детей, клумбы с цветами. Девочка ходила в школу, скоро у нее появились подружки, она с отличием закончила девятый класс и поступила в строительный техникум, все еще продолжая жить с матерью и отцом. К тому времени они крепко сдружились с Титовыми, Степаном и Марией. В шестьдесят третьем году у Титовых родился сын, которого они назвали Антоном. Мальчик рос чересчур живым, просто гиперактивным, везде поспевал, перелазил на всех деревьях в округе, его избегали все местные коты и собаки, предпочитая обходить забияку стороной…
Я почувствовала, как у меня закружилась голова. Об одном и том же Антоне Титове ли мы говорим? Детство того мужчины, которого я сейчас знаю, представлялось мне несколько иначе, чем описывала сейчас Валентина Семеновна: строгие родители, заумные книжки, занятия музыкой…
Время шло, Антону Титову исполнилось двенадцать лет, но мальчик ни с кем не дружил, презирая домашних, маменькиных сыночков. Учебу давалась мальчику с трудом, он едва отсиживал положенное количество уроков в школе, терпеть не мог наставления и поучения и совсем отбился от рук. Степан и Мария только за голову хватались. Они пытались перевоспитать сына, но парень оказался слишком свободолюбивым, и все их старания пошли коту под хвост. Титовы надеялись только на чудо, и скоро оно произошло. В семьдесят пятом году их тихий дворик был взбудоражен новостью — приехали новые жильцы, Быковы, с одиннадцатилетним сыном Валерием. Валерий оказался тихим, скромным мальчиком, который предпочитал все свободное время проводить за книжками. Что такое лазать по деревьям и прогуливать занятия он не знал. И какого же было удивление всего двора, когда мальчики внезапно сдружились!