Наоборот (СИ)

Руперт и Миранда переглянулись. Они знали. Потому что полчаса назад рассматривали подобное устройство: блок морали. Именно он вышел из строя у андроидов из архива радикалов, что позволяло действовать в обход законам робототехники, которые сейчас редко вспоминали дословно, но если сделать это, можно заметить, как их соблюдение или несоблюдение сходилось с принципами оппозиций в отношении пробуждения людей.
— В наши дни у людей слишком размыты понятия морали, ориентир только на правильность. Поэтому очень важно, под чьё влияние попадёт пробуждённый человек, как его воспитают, — Мик повторил то же, что объяснял Миранде при первой встрече. — Кто-то ведь направил тех, с кого началось наше движение. Но учить морали может только тот, кто уже о ней знает. Человек же не кинется первым делом читать правильные книжки и всё в таком духе. Не до того, чтобы искать их, да и причина с потолка не возьмётся. Тогда получается… Во главе пробуждения людей стояли роботы.
— И всё ещё стоят, — сказала до этого молчавшая Маргарет. — Даже когда дело касается радикалов, с самого верха никогда не поступает приказов, связанных с причинением вреда людям. Они отдают их… На усмотрение местного управления. Потому что у нас лучше осведомлённость о конкретной ситуации, больше информации, чтобы принять наиболее подходящее решение. Так нам говорят.
— А ты когда-нибудь виделась с начальством? — поинтересовалась Миранда.
— Да, но… — Маргарет посмотрела на Тенеана. — Робота не всегда можно отличить от человека. Особенно если не общаться слишком тесно. И не иметь причин проверять, кто перед тобой.
— Мы тоже встречались с некоторыми, — отметила Миа. — Это не что-то очень сложное, больше вопрос разных локаций. Приятные, учтивые и общительные… Люди? Я тоже не могу сказать, что в глаза что-то бросалось.
— Нет, такое было. Они слабо пожимают руки. И если продолжить вспоминать… — Мик подвинул пальцем стоявшую рядом кружку, в которой уже остыл кофе. — Да, учтивые. Очень внимательные. Альхо никогда не забывал разбавить чай холодной водой. Оливия принесла тебе таблетку от головы до того, как ты сама заметила, что та болит.
— Оливия? — неожиданно оживился Тенеан. — Рейндис принимал участие в работе над кем-то с таким именем. Проект Лив. Речь точно шла об андроиде, но я не встречался с ней. Он и другими проектами занимался. Рес, Бэкки, Валор…
— Перекликается со знакомыми именами. — В подтверждение своих слов Агата вывела записи, которые первые пришли на ум.
Можно продолжать верить в совпадения, но эта вера становилась всё более бессмысленной с появлением каждой новой детали. Особенно после того, как Миранда и Руперт рассказали о капсулах с таймерами.
Правда о прошлом оказалась неожиданна, но в то же время проста и логична: мир людей вернули роботы. Машины пошли против машин. Андроиды пожелали вернуть чувства людям.
Потому что это желание в них вложили другие люди. Противники новых приоритетов не стали тратить силы на борьбу, обречённую встретить провал. Вместо этого они сделали ставку на будущее. На то, что если не они, то пусть другие окажутся в мире, где есть люди.
На одной надежде далеко не уедешь. Шанс возникновения брака в столь выверенной системе мал, шанс встречи бракованных деталей — ещё меньше. А уж шанс, что они смогут сами найти правильный путь, будут готовы бороться, будут знать, как бороться, что система не раздавит их, стерев следы существования брака. Да, на людей полагаться не стоило. Им нужна помощь. Но кого можно прислать из прошлого?
Роботов. С особой тщательностью созданных и спрятанных в капсулах, которые открылись по прошествии заданного времени. Роботы знали, что делать дальше: искать. Своих собратьев, которых тоже необходимо включить, ведь они тоже были частью плана. Пробудившихся людей, чтобы научить быть людьми, помочь скрыться от системы, а в итоге организовать оппозицию. И наследие. То, что приносили с баз, было оставлено там намерено. Роботы знали о расположении каждой, в конце концов, многие оттуда и ушли. Просто не было смысла наведываться сразу на все. Произведения искусства потребляются с большей вдумчивостью, когда количество их ограничено.
 
План людей из прошлого сработал как ожидалось. Кроме одной детали: у некоторых роботов вышел из строя блок морали. Это породило конфликт и с самого начало сформировало те два пути, по которым пошла оппозиция. Это же стало причиной, почему до сих пор проваливались переговоры начальства. Зачастую уже на этапе зарождения подобной идеи.
— Но ведь это значит, что на самом деле найти общий язык для нас куда проще, чем казалось. Ведь блок можно починить, — предложил Тенеан.
— Для этого нужно добраться… — с сомнением начал Ноэль. — Но если вместо этого попробовать… Скажем, заменить его программой? Если мы починим Эндрю, это не должно стать проблемой. Он достаточно хорошо осведомлён о том, как работает блок, несомненно гениален в программировании и в… Заражении вирусами. Это ведь по сути то же, не попадает под определение вредоносной программы, но тоже должно незаметно внедриться в код, оказать «ненормальное» влияние. Останется только определить, где их начальство.
— Для этого должно хватить добытых сегодня данных. Тогда собрание можно закончить. Пока мы не вернём работоспособность Эндрю и не убедимся, что задуманное возможно осуществить, строить дальнейшие планы нерационально. — Маргарет первой встала из-за стола и покинула зал.
За ней последовали Агата и Руперт, Тенеану пришлось вернуться на пост к Илен, чете Мицеров — на основную работу, а Миранда и Ноэль без лишних слов поняли, кому придётся снова заниматься Эндрю. Главная проблема в этот раз состояла не в технической части, а в том, что… Как ни иронично, но он сам поймал вирус, который очень сильно испортил файлы из-за того, как сильно Эндрю сливался разумом с киберпространством.
Здесь всё могло зайти в тупик. Никто не смог бы воссоздать его код, особенно за короткое время. Если бы не предосторожность самого Эндрю. Он заперт в образе подростка, но жизненного опыта имел на почтенного старца, поэтому настоял на резервном копировании, когда группа только вылетела на Новую Землю.
— Скорее всего, мы не сможем вернуть ему воспоминания за последний… Почти что месяц, — раздосадованно заключил Ноэль.
Миранда хмуро вздохнула. В рабочие вопросы всегда можно посвятить снова, а вот в личное… Эрика обрела чувства уже после копирования. Эндрю определённо обрадуется, снова узнав о том, что опыт оказался успешным, только это не вернёт их совместных эмоций и воспоминаний.
— Он разбирается в этом лучше нас. И, если захочет, сможет восстановить сам? — с надеждой предположила Миранда.
Она не хотела, чтобы Эрике пришлось на себе узнать, каково остаться единственной помнящей о важных и ценных моментах, как и не хотела, чтобы их безвозвратно потерял Эндрю. Он тяжело перенёс выключение, расставание с создателем и Кирой, долгие годы скитался совсем один, вытерпел много боли в умирающем теле. Разве справедливо после этого лишиться воспоминаний о днях, когда он наконец снова стал счастлив? Даже если доведётся обрести новые, старые тоже важны.
***
Когда включали Эрику, первым к ней бросился Эндрю. Когда включали Эндрю… Да, она набросилась с объятьями, не дав успеть даже глаза открыть. Отчего он резко распахнул их и ошарашенно посмотрел на неё.
— Ми-Эр, ты чего? Решила зафиксировать меня? Так я никуда и не убегаю, — неловко попытался пошутить.
Эрика вздрогнула и тут же отпрянула, нервно кусала губу, не зная, куда деть как взгляд, так и себя. Не помнит. Её предупредили, что такое возможно, и всё же в иррациональной части сознания оставалась бессмысленная надежда. Стоявшая рядом Миранда взяла за руку и ободряюще сжала.
— Эндрю, мы уже дали ей чувства. И теперь её зовут Эрика.
— Ч-ч-что?! — крикнул он возмущённо и вскочил с дивана. — Вы когда успели? В-вы втихую всё доделали, пока я спал? И п-просто включили, даже не позвав?! Я ж-же… Сотню раз вас просил! Нет! Людям точно нельзя верить! — Эндрю обвинительно ткнул её пальцем в грудь.