Наоборот (СИ)

Вскоре к этому добавился плеск шагов — группа медленно, стараясь ни обо что не споткнуться, двинулась вдоль рельсов, внимательно смотря по сторонам. Отблески фонарей на взволнованной движением воде, оторванные коммуникации, свисающие со стен. И незнакомое чувство, пробирающее до самых внутренностей. Даже зная, что на всей планете больше никого нет, едва ли можешь избавиться от ощущения, что кто-то может скрываться в темноте. Может, из-за привычки постоянно находиться пускай и в безучастном, но обществе. Может, из-за бессознательного отрицания пустоты, которую воображение стремилось заполнить хоть чем-то.
Шедшая впереди Инкери замедлилась, заметив справа довольно узкий — на полтора человека — проход. Она включила ещё один фонарик и вытянула вперёд руку, чтобы увеличить видимость.
— Похоже, нам сюда. Там не разминуться, так что ты первый, Шон, — добавила, отходя в сторону.
Немного поменявшись местами, они двинулись дальше. Через метра три следовал поворот налево, долгий прямой путь, поворот направо… Всё глубже и глубже. Пару раз встретились небольшие ответвления с ютившимися в них ржавыми лестницами, по которым, вероятно, можно подняться обратно в город. В конце их поджидала гермодверь — та самая причина, почему понадобилось пустить вперёд Шона. Только у него хватало сил привести в движение проржавевшие, словно намертво заевшие затворы и открыть тяжёлую дверь. Пришлось быстро забежать внутрь и закрыть её, чтобы предотвратить дальнейшее попадание воды.
Тугое открытие обнадёживало: значит, базу ещё не вскрывали. Радикалы тоже вели охоту за наследием — это была одна их самых конкуретных областей, и мирные каждый раз надеялись их опередить. Ладно, культурная составляющая, ею поделиться не жалко, но иногда на базах встречались технологии, которым лучше так и остаться в прошлом, никогда больше не сходить со страниц истории.
Впереди располагалась ещё одна дверь. Так как в пространстве между ними пол был заметно ниже, далее о воде можно не беспокоиться. Снова преодолев затворы, группа наконец ступила на базу. Можно вздохнуть свободнее — хотя воздух здесь застоявшийся, пыльный, но хотя бы не затхлый.
Шон со знанием дела подошёл к электрощитовому шкафу и поставил на пол рюкзак с генератором. Это уже не первая база на счету разведчиков, так что закономерности отмечены, а начальные действия проработаны. Чтобы вернуть электричество и облегчить дальнейшие перемещения, требовалось подключить генератор к первому щитку. С этим Шону помогала Миранда. Пришлось обточить провода, чтобы установить соединители.
Мерное гудение генератора. Поднять основной рубильник, поочерёдно щёлкнуть остальными. И да будет свет. С тихим потрескиванием разгорелись лампы, зашумела вентиляция, разгоняя воздух. Пора выключить фонарики и двигаться дальше.
База выглядела гораздо лучше города и метро: казалось, что её просто покинули пару-тройку лет назад. Потолок и стены целые, пыльно, но в остальном чисто, особенно когда после прошлого пути ноги уже изгвазданы по колено. Лампы зажглись не все, однако даже это лучше полного мрака, разгоняемого лишь фонариками. Коридоры больше не давили на психику мрачностью и узостью, да и в целом напоминали убежище оппозиции.
— Скорее всего, это место покинули куда позже, чем город. Индустрия развлечений умерла раньше, чем сдались противники пересмотра, — прокомментировал Тенеан.
— Чем чаще мы сталкиваемся с наследием, тем больше кажется, что все находки не случайны, — ответил Калле.
— А как вы обнаружили первую базу?
— Как-то. — Он пожал плечами после недолгих раздумий. — Я только слышал, что поступил приказ сверху, куда стоит направиться и какую зону исследовать. Так что, наверное, упорная разведка как-то принесла плоды.
Услышав это, Миранда покачала головой, но ничего не сказала. Странные мысли посещали её ещё после истории Эндрю, только для них не хватало подтверждений.
Зона за дверью напоминала подземный паркинг: пустое пространство с голым бетонным полом, выкрашенными в белый стенами и колоннами, проходящими под потолком трубами. За ним шёл коридор, оканчивающийся дверью, но на этот раз с электронным замком, который отпирала Миранда. Пришлось вскрыть, чтобы добраться до внутренностей, подключиться к переносному компьютеру и провести анализ устройства. Ещё немного покопавшись в системе, она смогла найти универсальный ключ, чтобы быстрее обходить дальнейшие замки.
 
Поскольку база прошлого — не какое-то случайное место, от которого не знаешь, чего ждать, поиски наследия сводились к поискам «библиотеки» — местного хранилища данных. А вот где оно окажется в конкретном случае — не предскажешь.
Они прошли мимо гардеробной, где остались тёплые вещи и некоторое снаряжение, миновали холл, санузлы, несколько просто пустых помещений и кладовок. В одной из них Миранда заметила ящик с очень знакомыми деталями — от таких же она избавилась дома, разбирая хранилище. Рядом ожидаемо обнаружилась мастерская робототехников.
— Я вас скоро догоню, — сказала Миранда, заходя туда. Тенеан прошёл следом. — Так странно. Я могу догадаться, для чего какие приборы, но в целом мало что узнаю, — тихо сказала она, с интересом осматриваясь.
— А вот для меня они как родные, — усмехнулся Тенеан и подошёл к компьютеру, стёр с монитора пыль. — Похоже на мастерскую Рейндиса, только слишком уж прибрано.
Пока Мира ходила от прибора к прибору, он решил исследовать ящики стола. В нижнем располагались кабели и адаптеры, в среднем — отвёртки, кусачки, плоскогубцы и прочие инструменты, сваленные без всякой системы, а вот в верхнем, если продраться через хаос канцелярии, удалось найти пару носителей. Что бы там ни было, можно забрать с собой и уже дома просмотреть.
Миранда же дошла в итоге до капсул для хранения роботов. Открытых и пустых. И вроде ничего такого, кроме того, что капсулы принято всегда закрывать, но замки… Они выглядели странно. Даже дома был не такой.
«Сюда ещё какую-то систему накрутили…» — подумала она, отслеживая ход подключённых к капсулам проводов. Те уходили в стену.
— Любили же в прошлом мудрить. Ладно, пошли за остальными.
Тенеан кивнул, и они побежали по коридору за группой, уже успевшей миновать медпункт, ещё один санузел и добравшейся до небольшой столовой. И было в ней что-то такое, заставившее притормозить и заглянуть внутрь. Простые, невзрачные столы из ДСП, зато украшенные причудливыми салфетницами и иногда — скромных размеров вазами. Стулья с каркасом из чёрных металлических трубок и тонкими, обтянутыми зеленоватым кожзамом сидушками и спинками, которые обычно быстро начинали отваливаться. Пастельно-жёлтые стены с репликами картин. По углам — нелепые, яркие горшки с давно засохшими растениями. Это выглядело чем-то из ещё более далёкого прошлого.
— Если такое считалось стильным интерьером, то у меня так и не развилось чувство вкуса, — растерянно присвистнул Калле, выходя обратно в коридор.
— А оно у тебя начинало развиваться? — подколола его Инкери.
— У меня отличный вкус! Особенно если мы говорим о вкусе печенья, которое делают Вильен с Ноэлем.
— Вот только не начинай опять свой трёп о еде! — простонал Шон, закатывая глаза.
— Я сегодня впервые о ней заговорил! Ты вот, кстати, зря нос воротишь. То, что они не выходят наружу, навыки готовки хуже не делает. Вот ты пробовал на прошлой неделе суфле?
— Лучше б ты им подавился. У тебя ничего не слипнется столько сладкого есть?
Тенеан тихо рассмеялся, наблюдая за тем, как Калле более чем намеренно раздражал Шона, а сам приблизился к Миранде и почти шёпотом пояснил:
— На самом деле, мне кажется, никто не считал такое оформление действительно стильным. Просто были те, кому неважно, лишь бы что-то условное для уюта добавить, вроде картин и зелени. И всё равно общественные столовые часто выглядели в таком духе.
Вскоре случилась развилка, пришлось разделиться. Инкери, Миранда и Тенеан отправились направо, Шон и Калле, чью слишком оживлённую беседу никто не рискнул прерывать, — налево. Теперь следовало держать наготове рации, чтобы обмениваться информацией об успехах. Или провалах.