Наоборот (СИ)

Вдох-выдох. Активация. Это начало превращаться в странную привычку. Раньше включение воспринималось в разы спокойнее. Уверенности в себе раньше тоже было больше. Наверное. Это ведь тоже своего рода чувство, так что ошибочно заявлять о его существовании в прошлом.
Только когда грудь Тенеана начала вздыматься, Миранда поняла, что из-за волнения задержала дыхание. Громко выдохнув, не сдержала улыбки, когда он прикрыл глаза рукой. Конечно, лампа над столом светила так ярко, что могла доставить дискомфорт даже сквозь веки, но обычные андроиды никогда не пытались отгородиться; не садились так медленно, словно ещё не до конца проснулись, не вели плечами, выпрямляя спину, не прикрывали зевок, потирая глаза.
— Доброе утро! — не в силах больше ждать, Миранда набросилась на Тенеана с объятиями, не дав окончательно прийти в себя и хотя бы осмотреться.
— Доброе, Мира. Кажется, мой сон немного затянулся, — с тихим смешком ответил он и тоже обнял.
Лампа над ними потухла, а приборы перестали выглядеть столь настораживающе — это Миа вернула рабочее место в спящий режим после недолгой оценки ситуации и согласного кивка Мика. Родители улыбались, наблюдая за счастьем дочери, мать широко и лучезарно, отец — сдержанно.
Миранда с большой неохотой отпустила Тенеана, и то, кажется, лишь потому, что обниматься на столе не слишком удобно. Он спустил ноги и осмотрелся. На первый взгляд — мастерская, назначение которой не спутать. Без окон из-за подземного расположения, но всё равно очень светлая. Опрятная, чистая, однако без ощущения дискомфортной стерильности. На этот раз Тенеан был в состоянии узнать окружающие приборы — этим мастерская мало отличалась от той, что дома. Также можно заметить, что условно она поделена на три зоны: для непосредственной работы с техникой, для работы за компьютером (там оказалось три стола, причём даже на вид можно догадаться, где чьё место) и для отдыха.
Потом он соскочил со стола и подошёл к чете Мицеров. Протянул руку, здороваясь. Мира уже описывала своих родителей, показывала, точнее, передавала фотографии, но увидеть вживую — это другое. Заметить разницу в мимике, голосе, которые у Миа выделялись эмоциональностью на фоне всей семьи, разницу в температуре рук, аккуратности одежды и причёски… Могло показаться удивительным, что такие разные люди после пробуждения остались вместе, но самая интересная деталь всё равно состояла в другом: оба родителя действительно являются Мицерами, потомками Рейндиса, а не просто имели шифры, одинаково начинающиеся на Mi.
В настоящее время не практиковалась смена той части, которая отвечала за фамилию. Просто обычно создавали двух детей, первому давали «фамилию» старшего родителя, второму — младшего. У Рейндиса было три ребёнка, отсюда и три разных ветви. Так что Миа и Мик хотя и однофамильцы, но достаточно дальние родственники — колен миновало немало.
Очень скоро родители попрощались. Сегодня помимо обычной работы им предстояло получить задание от начальства, а также принять участие в собрании. Если наблюдение за Тенеаном покажет, что всё получилось, робототехники смогут перейти на следующий этап. Ведь цель их — не только заново разработать чувствующих роботов, но и научиться внедрять технологию в готовых андроидов, не переделывая тех полностью. Даже если такая система чувств окажется урезанной, это ускорит поиск и пробуждение новых людей. Давно стало ясно, что роботы в этом деле очень нужны, у них имелось одно важное преимущество — их сложнее раскрыть. Людей достаточно эффективно засекала и исправляла медицина, а вот о подозрительной начинке робота современный человек вряд ли задумается, скорее просто починит. Если же нет — не такой уж сам человек исправный.
Миранда только в самом начале работы старалась не отходить от наработок Рейндиса, однако чем дальше, тем больше она понимала, что не стоит совсем отказываться от тенденции к упрощению из-за страха потерять часть функционала отдельных систем. Она пыталась совместить надёжную простоту с многогранностью восприятий, ощущений. Благодаря этому результат внушал веру в то, что его удастся доработать, чтобы помимо создания новых чувствующих андроидов можно было «оживлять» старых. Эту заботу уже можно разделить с другими робототехниками, что и собирались обсудить на собрании. Как дальше вести работы, передать разработку на другие базы, обмениваться данными. Много вещей, о которых в настоящий момент Мире думать не хотелось.
 
— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась она с плохо скрытым беспокойством.
Тенеан задумался, осматривая себя, медленно ощупывая ладони, растерянно провёл по волосам, лицу. И внезапно крепко обнял Миру, утыкаясь носом в светлые волосы и глубоко вдыхая. Шампуни сейчас едва ли пахли чем-то кроме мыла, но даже этого он раньше не почувствовал бы.
— Странно. Очень странно. Словно оказался не в своём теле, — прошептал, ослабляя объятия.
— Тебе некомфортно? — осторожно уточнила Миранда.
— Нет, дело не в этом. Просто… Как я и говорил, времени для меня почти не прошло. Словно ещё вчера я был собой, потом ненадолго очнулся в пустоте, а совсем проснулся уже кем-то другим. Такая неожиданная перемена. И… — Тенеан посмотрел Мире в глаза — снова тёплые и живые, — и пропустил через пальцы заметно отросшие пряди. — Кажется, что вот-вот закружится голова от того, насколько полнее стал мир. Непривычно видеть себя другим. Непривычно больше ощущать.
— Если дело только в непривычке, думаю, ты скоро освоишься, — с улыбкой ответила она, прижимаясь щекой к потеплевшей ладони.
— Конечно. Ведь стать ближе к людям было моей мечтой. — Тенеан не мог отвести взгляд от Миранды. Она казалась совсем другим человеком, не тем, с кем он прощался на крыше. — Ты стала ещё красивее, — признался он.
— Это из-за причёски? Или мне больше идёт такая одежда?
— Нет. Точнее, и то, и другое тебе идёт, особенно если тебе так нравится. Просто я о другом. Ты выглядишь живее. Счастливее. Если бы я проснулся впервые сейчас, то подумал бы, что опасения Рейндиса о будущем не оправдались, что мир снова населён людьми.
— Тогда пойдём! Я покажу тебе то, что точно укрепит надежду.
Подхватив Тенеана под руку, Мира потянула его в коридор. Время в кругу семьи они проведут вечером, а сейчас не терпелось показать базу и её население. То общество людей, по которым так сильно тосковал Тенеан, и тех немногих андроидов, которые тоже пришли из прошлого. Особенно Эндрю, ведь тот сильно помог с программной частью и интересовался дальнейшими успехами. И Ноэля, ведь без него техническая часть заняла бы в разы больше времени.
— Эй, не отвлекаю? — спросила, заскакивая в комнату.
— Нет, — откликнулся Эндрю, поворачиваясь на стуле, стоявшая подле Ми-Эр тоже обернулась. — О, это же?..
— Да! У нас получилось! Тенеан, это Эндрю, тоже чувствующий из твоего времени. А рядом с ним… — Миранда замялась на пару мгновений, встретившись со взглядом, так похожим на её. — Ми-Эр. Андроид, копия меня в пятнадцать лет.
— Рад встрече, — поздоровался Тенеан, кивая. — Надеюсь, мы поладим.
— Конечно! Обязательно! Есть столько вещей, которые хотелось бы обсудить с современником! — с энтузиазмом ответил Эндрю, чуть ли не сверкая глазами.
Мира улыбнулась, заметив интерес, промелькнувший в глазах Тенеана. Таких же серых, как раньше. Учитывая характеры андроидов, она тоже не сомневалась, что те в итоге споются — задумчивости Тенеана определённо иногда не хватало кого-то такого бойкого, как Эндрю. И что у них точно хватит общих тем, да только обсуждение грозит сильно затянуться.
— Я понимаю, вам было бы интересно пообщаться, но сейчас мы просто заглянули. Я хотела бы сначала показать основные места базы.
— Уже уходите? — воскликнул Эндрю с явным оттенком недовольства.
— Мы обязательно вернёмся сюда, когда закончим обход, — поспешила заверить.
— Честно-честно? Зуб даёшь?
Вспомнив о том, как во время всё того же нечастного случая в четырнадцать лет ей выбило зуб, о чём сторонний наблюдатель не мог догадаться из-за качества имплантата, Миранда вместо ответа просто кивнула с улыбкой. Отдать зуб — слишком незначительная проблема, чтобы заверять ею обещание.