Зажечь огонь Его сердца (СИ)
— Я не предаю!…
— А отдать наших людей этим тварям ты можешь, верно!
— К твоему сведению, — также вставая со своего места, яростно заговорил я, — каждый монах, который решил совершить призыв — убит. Каждый! И мне не нужны их тела. Это разве не доказывает мою преданность?
— Тогда какого демона ты носишься с этими магами? Казни их публично и всё! — развёл руками Рош.
— Потому что… потому что…
— Потому что тебя осудит истинная? — вновь переходя на повышенный, недовольный тон, предположил Рош.
Я прикрыл глаза и стиснул до боли зубы.
— Ты не понимаешь…
— Я понимаю твою слабость перед ней! Но хочу хотя бы знать, Ксандер, помимо любовных утех, ты получаешь от неё то, что позволит нам выиграть эту войну и разрушить магию, освободить наших людей?
Я впервые ссорился с Рошем. Отчасти он был прав. И я сам прекрасно это понимал. Вздохнув и отведя в сторону взгляд, я вытянул руку, ладонью вверх. На её поверхности загорелся огонь.
— Ну, хоть что-то идёт по плану, — выдохнул Рош и направился к выходу. Но я слышал, что он задержался у дверей. Я уже повернулся к нему спиной и подошёл к открытому окну, желая как можно быстрее оказать одному и собраться с мыслями.
— Я взял ключ от комнаты хранителя у твоей истинной…
— Только не говори мне об этой лживой твари. Ты становишь таким же параноиком, как и Орден, — огрызнулся я.
— Я лишь надеюсь, Ксандер, даже молюсь, чтобы это действительно оказалось ложью. Чтобы то, что я прочёл, оказалось полным бредом. И самое главное, что виной всему может стать твоя истинная. Она разрушит тебя. А ты — королевство.
— Прекрати нести чушь! — закричал я, и за окном раздался гром. А за Рошем захлопнулась дверь.
Я устало прислонился лбом к холодному стеклу. Рош прав в одном: истинная не должна была стать помехой в осуществлении моих планов. Но ведь Ари… искренне желает мне помочь. Она искренне начинает любить это королевство, мой мир. Я искренне желаю иметь настоящую семью. Жену, королеву, любовницу и друга в одном лице. Что было бы сейчас, если бы я не отходил от своего плана ни на шаг? Ари возненавидела бы меня. А впрочем, если она узнает (а она уже догадалась, что однажды я её обманул и убил «святого» Арнэла), то возненавидит меня и так. Она уже ненавидит меня.
Я всмотрелся в грозовое небо. Я не могу контролировать свою силу. Я уже погряз в крови и мне не отмыться от неё. И если признаться самому себе… то мне плевать на этот факт. Я не смогу стать лучше в её глазах, чем я есть на самом деле. Ей придётся принять меня таким, каков я есть. И ей придётся принять мою историю.
Ари — моя истинная. Я не смогу отпустить её, а значит, она навсегда останется со мной. Ей придётся остаться со мной. Навсегда.
Я вошёл в наши покои, и застал Ари, сидящую за книгой в руках, в кресле у открытого окна. Глаза покраснели от слёз, взгляд холодный и сдержанный. Она уже переоделась, но не ложилась спать, хоть было уже поздно.
— Нам нужно поговорить, — заявил я и медленно начал направляться к ней. Ари никак не отреагировала и я громко вздохнул. — Ари, ты слышала, что я сказал?
Медленно опустив книгу, меня пронизали ледяным взглядом. Даже огонь в моей крови, кажется, превратился в колючий лёд.
— Мне плевать на твои оправдания, Ксандер. Мне плевать по каким своим рассуждениям ты убил лорда Арнэла. Ты обманул меня — в первую очередь. Использовал, заставил довериться тебе. Ты просто не заслуживаешь шанса на какое-либо оправдание! Я не хочу видеть тебя. Я не могу… любить человека, который меня обманывает…
— Ари! — прервал я её речь, которая острым лезвием причиняла боль моему сердцу. — Ты выслушаешь меня, и не будешь делать поспешно свои выводы…
— Свои выводы?! — отложив в сторону книгу, с гневом во взгляде, также перешла на крик Арнанда, и встала с кресла. — Это не мои выводы, Ксандер. Это неоспоримые факты! Ты убил его! Ты же сам говорил мне, доказывал, заставлял поверить, что ты не казнишь каждого жителя деревни, если поймаешь одного вора…
— Но я тебе говорил и о том, что в Ордене не служат маги, которые не преданы главной цели — свергнуть меня, — как же тяжело с ней вести споры! Я преодолел расстояние между нами и, положив руки на её плечи, попытался притянуть к себе, но Ари запротестовала, с гневным взглядом смотря на меня.
— Ты можешь хоть понять всю опасность, которая тебе грозила в тот день или нет? — попытался достучаться я до своей истинной. — Ты доверилась человеку, который служит Ордену и цели — свергнуть меня? Ты рассказала ему о татуировке, и он понял, что ты — моя истинная. Твоя смерть убьёт и меня, Ари. Как я могу верить ему, что он собирался отправить тебя в мир, о котором мы даже все понятия не имеем? Как я могу поверить, что он не использовал тебя в своих целях против меня?
— О, так ты меня защищал или же всё-таки себя?! — ещё больше разгневалась моя истинная и вырвалась из моих рук. Она отошла от меня на расстояние, обняв себя руками, словно, защищаясь от меня, и на её лице я увидел всю её боль, обиду и злость. Просто кожей прочувствовал на себе её гнев.
Я устало сел в кресло, с которого она только что встала. Немного поразмыслив, я заговорил первым.
— На тот момент, Ари, я тебя не любил. Да, ты была моей истинной, моим спасением и, навряд ли, я осознавал, что вообще смогу полюбить другую женщину. Нас практически ничего не связывало с тобой. Да, я не буду оправдываться и спорить. Я солгал тебе. Жестоко. Но я не жалею о принятом мною решении убить лорда Арнэла. И причины я тебе высказал, повторять не буду. Ты достаточно умная женщина, чтобы всё понять. И да, на тот момент я спасал себя, ограждая тебя от опасности, — я обречённо вздохнул и прикрыл глаза рукой. — Наверное, я никогда не изменюсь, Ари, как бы я не желал этого сам. Есть долг и обязанности, которые не считаются с моим или твоим видением ситуации. И прости, что накричал на тебя, что подорвал твоё доверие.
— Ты никогда не сожалеешь о своих действиях? — с истеричным смешком произнесла Ари. Я скривился. Что я мог ответить? Хорошенько обдумав свой ответ, я произнёс:
— Наверное, нет. До сегодняшнего дня ни одно моё решение или действие не имело отрицательного результата. Разве что только… сожалею, что обманул тебя и втянул в это всё. Но разве ты бы поняла в тот день всю серьёзность и опасность действий белого мага? Разве ты его знала настолько хорошо, что могла просто так взять и довериться? Твоим доверием к нему руководил лишь твой страх передо мной. Ты меня, Ари, не знала, и доказывать тебе в тот момент что-либо было глупым и бессмысленным занятием. Вспомни себя, твой страх и твою ненависть ко мне. Ты поняла меня лишь благодаря прожитому со мной времени, благодаря нашей любви.
— Наша любовь построена на лжи…
— И эта ложь теперь может всё разрушить? — моё сердце разрывалось от боли. Как? Как моя истинная могла только подумать о подобном?! Я подошёл к ней и заглянул в её решительные и холодные глаза. — Ты позволишь этой лжи, во имя спасения, разрушить нашу жизнь, Ари?
Девочка отвела свой взгляд. Я видел, как она пытается принять решение и не верил в её жестокость.
Наконец, Ари виновато опустила взгляд.
— Нет, конечно, нет. Прости… просто я… пытаюсь выжить в твоём мире, Ксандер. До сих пор пытаюсь выжить и принять его таким, каков он есть: периодами жестоким, подлым и обманчивым. Для меня трудно перешагнуть черту и убить кого-то. Убить врага, например. Заключить в темницу — да. Убить, казнить — нет. Я ведь не из твоего мира, не забывай об этом. И ты прав, что на тот момент, мы были слишком чужие. И у каждого из нас были свои веские причины не доверять друг другу. Скажем так, мы прошли этот этап и… я поняла причины убийства лорда Арнэла и прощаю твою обман.
Я сделал глубокий вдох, но не замер при следующих её словах:
— Но это не означает, Ксандер, что ложь бывает во имя спасения. Я не придерживаюсь данной философии. Если мы… любим друг друга, то и тайн между нами не должно быть. По крайней мере, мы должны оговаривать свои действия и заявлять о принятии тех или иных решений. Пусть даже и… казни людей, — с нежеланием выговорила моя истинная.