Магия, хаос и убийство (ЛП)

— Ну, да. Все знали, что они пара. — Руби поморщилась, когда Мэллори фыркнула, и вернулась к прокрутке страниц на ноутбуке. — Я не знала, что Хоуп не рассказала тебе о нем.
— Похоже, она считает, что он не может быть виноват, потому что он обожал Нану. — Мэллори нажала кнопку, и рядом с ней на столе ожил принтер.
— Что ты делаешь? Что ты распечатываешь?
— Фотографии наших подозреваемых. Информация для расследования.
Руби вошла в комнату: — Планируешь сделать доску убийства?
— Ну, я не собиралась, но теперь сделаю. — Мэллори усмехнулась.
— Вот. Давай я освобожу нам место для работы. — Руби начала вытаскивать булавки из пробковой доски на стене за столом, куда Хоуп прикрепила листовки и фотографии.
— Да, конечно, не обращайте внимания на мои вещи. Сделай доску убийств в моей гостиной. Это совершенно нормально. — Хоуп нахмурилась.
— Разве не ты сказала мне, что мы не нормальные? — Мэллори огрызнулась, но, увидев обеспокоенное выражение лица Хоуп, смягчилась. — Мы найдем убийцу Наны, а потом я верну все на свои места. Хорошо?
Хоуп молчала, поэтому Мэллори разрешительно кивнула Руби. Работая в тандеме, они аккуратно сложили вещи Хоуп в ящик стола. Затем они стали прикреплять к доске распечатанные Мэллори документы.
Первой была фотография бабушки, которая улыбалась, держа в руках свой тыквенный пирог, получивший приз на прошлогодней осенней ярмарке. Сердце Мэллори сжалось от осознания того, что она больше никогда не увидит этой улыбки и не попробует знаменитого пирога, но она отогнала эти мысли и продолжила работу. Если она хотела поступить правильно по отношению к бабушке, то должна была найти ее убийцу.
Далее следовала фотография Кейла Абернати, которую она нашла на его сайте. Под ней она прикрепила обычный лист бумаги, а затем написала все, что им было известно о его возможных мотивах и возможностях. Он хотел купить магазин бабушки, но она отказалась. Он был в доме в ночь ее смерти, и они поссорились. Под этим она прикрепила стикер с надписью «Алиби» и знаком вопроса. Люк сказал ей, что у Абернати оно есть, но не сказал, какое именно. Ей нужно было выяснить и перепроверить все самой.
На следующей фотографии был изображен улыбающийся мужчина с глубокими морщинами от смеха и густыми белыми волосами. Она рискнула взглянуть на Хоуп и увидела, что ее младшая сестра снова хмурится. Вязание было забыто на коленях, и она покачала головой.
— Ты действительно собираешься включить Гэри в список подозреваемых, даже не поговорив с ним?
— Я бы с удовольствием с ним поговорила. — Ответила Мэллори. — Но поскольку я только что узнала о нем, у меня еще не было такой возможности.
— Какой у него мотив? — спросила Руби, задумчиво глядя на доску.
— Как обычно. Страсть. — Мэллори пожала плечами.
— Ты думаешь, он любил ее так сильно, что убил ее? — Хоуп закатила глаза.
— Ходят слухи, что он хотел жениться. Может быть, он попросил, а Нана ему отказала. Они поссорились, и он в пылу ссоры схватил нож.
Руби медленно кивнула: — Это правдоподобно.
— Правдоподобно — не значит реально. — Хоуп нахмурилась. — Если это все, что вам нужно, чтобы сделать кого-то подозреваемым, то вы можете придумать мотив практически для любого человека в этом городе.
Мэллори положила руки на бедра. — У тебя очень много замечаний для человека, который не хотел принимать в этом никакого участия.
— Я просто указываю на то, что у вас нет ничего, что позволило бы предположить, что этот сценарий действительно имел место. Если вы собираетесь строить дикие догадки о том, что Нана с кем-то поссорилась и он схватился за оружие, то с таким же успехом это могли бы быть вы или я на той доске.
Мэллори подняла бровь, и ее сестра мгновенно вскочила на ноги, направив на нее вязальные спицы.
— Не смей, Мэллори Джейн Торн.
— Что? — Она невинно ухмыльнулась.
— Если ты попробуешь прекрепить меня на эту доску, я просто могу воткнуть в тебя эту спицу, пока ты спишь сегодня ночью.
Мэллори усмехнулась, услышав угрозу: — Ты слышала этот мотив, Руби? Она убирает женщин Торн одну за другой, чтобы получить наследство в свое полное распоряжение.
 
— Тебе лучше спать с одним открытым глазом. — Руби хихикнула.
— Вы двое вместе всегда были неисправимы. — Хоуп бросила на них взгляд. — И для протокола, у меня есть алиби. Я была с Корой и Гвен. Десятки людей видели меня в среду вечером. Ты можешь сказать то же самое?
— Я была в Нью-Йорке и не знала, что Нана заколдовала меня, так что… — Мэллори пожала плечами, а когда сестры посмотрели на Руби, она подняла руки вверх.
— Не смотрите на меня. В среду было полнолуние, так что я пробыла волком до рассвета.
— Интересно. — Мэллори снова взяла в руки ручку: — Значит ли это, что Гэри не волк-перевертыш?
— Определенно нет.
— Он человек. — Добавила Хоуп, и когда Мэллори подняла брови, ее сестра пожала плечами. — В Темпесте живут и нормальные люди. Ну, может быть, не совсем нормальные. Люди, которые знают о сверхъестественном и магии благодаря прошлому опыту или которые были воспитаны в семье, знающей о нас. Что-то в этом роде.
— Интересно. — снова сказала Мэллори, добавив слово «человек» в свой информационный лист о парне Наны, а затем вернулась к своему первому подозреваемому. — А что насчет Абернати? Что он из себя представляет?
— Кроме того, что он придурок? — Руби пожала плечами. — Без понятия.
Хоуп пожала плечами, когда Мэллори повернулась к ней.
— Это нормально, что люди держат свою… личность… в секрете?
— Некоторые так делают. Это не редкость. — ответила Хоуп.
— Нам нужно выяснить и это. Может быть, это как-то связано с его планами относительно города и магазина Наны. — Мэллори поставила еще один знак вопроса рядом с его фотографией и отошла.
Руби нахмурилась: — Двое подозреваемых? Один с якобы надежным алиби, а другой — старик, не обладающий сверхъестественными способностями? Это все, что у нас есть?
— Не совсем. — Мэллори достала из принтера последний лист бумаги, который она распечатала, и протянула его своей подруге. — Посмотри на это.
Глаза Руби забегали по странице, и она открыла рот: — Не может быть.
— Нет, может. — возразила Мэллори.
— Что — Хоуп бросилась к ним: — Что это?
Руби передала ей лист бумаги, и Мэллори наблюдала, как сестра читает его. Она не чувствовала себя правой, когда Хоуп закрыла рот от шока, но и не чувствовала себя виноватой. Хоуп покачала головой, но прежде чем она успела произнести хоть слово, Мэллори выхватила бумагу и прикрепила ее к доске.
— Вот о чем я говорила, Хоуп. Ты не знаешь того, чего не знаешь. — Она снова повернулась к сестре. — Я нашла это за один поиск Google. Представь, что еще он может скрывать.
— Я просто… — Хоуп нахмурилась. — Я даже не знала, что он был женат раньше.
— Женат на женщине, которая в один прекрасный день взяла и исчезла, и больше ее не видели и не слышали. — Руби добавила: — Если спросить меня, это очень подозрительно.
— А я не спрашивала. — Хоуп огрызнулась, а затем снова обратилась к Мэллори: — В этой статье нет ничего, чтобы предполагать, что он причинил вред своей жене.
— Но и нет того, чтобы предположить, что он не причинил. — Мэллори пожала плечами: — Там говорится, что подозреваются насильственные действия и что он был последним, кто видел свою жену перед тем, как она пропала.
— Там также говорится, что он исключен из числа подозреваемых. — Возразила Хоуп.
— Может быть, но я не могу исключить его из числа подозреваемых в убийстве Наны. Пока не могу.
Руби заговорила прежде, чем сестры успели начать новый спор: — Хоуп, у этого человека пропала жена. Теперь есть мертвая женщина, за которой он ухаживал. Если в его прошлом есть еще хотя бы одно подозрительное событие, это будет довольно пугающая картина.
— Мне нужно пойти и поговорить с Люком. Узнать, допрашивал ли он Гэри Фарадея, и если нет, то почему.