Последний Тайтонец (СИ)

— И почему я не удивлен…
Поднявшись в башню высшего совета ордена, магистр Рейнор ожидал увидеть или услышать все что угодно, от очередного темного артефакта, до нового политического бедствия. Но к тому, что уготовила ему судьба, охотник на ситхов оказался не готов. Отворив двери, магистр столкнулся взглядом с Шейдом Аеро. Вернее, его голограммой, проецируемой из пола посреди зала.
— Здраствуй, Рейнор, — ухмыльнулся мертвый тайтонец.
— Аеро… Я знал, что тебя так просто не убить.
— Почему? — изобразил на лице удивление этот… этот… хмырь. Других слов Рейнор подобрать не мог. Наглый, неконтролируемый и очень опасный. Одной Силе известно, что у этого пережитка прошлого в голове, и на что он способен.
— Тебя уже похоронили двадцать пять тысяч лет назад, а ты до сих пор жив. Единственный вариант, в котором я буду уверен, что ты мёртв, это когда самолично перерублю тебя пополам.
— Как жестоко, магистр. А ведь я к вам с самыми что ни на есть чистыми намерениями! — важно произнесло это ископаемое.
— Ты? И с благими намерениями?! — Рейнор замер, не доходя до своего кресла. — Смешно.
— Рейнор, вы меня оскорбляете. Откуда такой негатив, магистр? Что я вам плохого сделал? — наигранно удивленно сложил Шейд руки на груди.
— С тех пор как ты появился, то там то тут постоянно всплывают артефакты ситхов. По меньшей мере, это выглядит подозрительно, ты так не думаешь?
— Эм… Во-первых, это клевета, я может не белый и не пушистый, но добрый и милый — факт. Во-вторых, вы слышали о такой вещи как «презумпция невиновности»? Бремя доказывания уголовной вины лежит на обвинителе! И никак иначе. А кто не пойман, тот не вор, — Аеро развел руками. — Так что идите, пожалуйста, со своими обвинениями куда подальше, и не портите мне, пожалуйста, жизнь.
— Если ты невиновен, почему убегаешь?
— Так я не убегаю. Мой адрес вы знаете, а двери всегда открыты — прилетайте. А вот к вам — я точно в гости не прилечу. Мало того, что в первый раз выпускать не захотели, так ещё в корпусе юстции обвинения накидывали за всё подряд. Знаете, а ведь я очень ранимый и злопамятный. Я до сих пор помню, как у меня в тринадцать лет запас моих любимых батончиков, спёрли! Причем спёрла моя же девушка. Но вы не моя девушка, так что не рассчитывайте на прощение с моей стороны.
— Споров хватит ваших, — вмешался в разговор Йода. — Прошлое ворошить не нужно, позади оно осталось. Аеро. Весть ты принёс важную, с ситхами связанную. Слушать мы тебя собрались. Рассказать прошу я, что знаешь ты.
— Спасибо, Йода. Так вот, по поводу вестей… Пока я был «мёртв», — подчеркнул последнее слово интонацией Шейд, — мои друзья собирали информацию. И, как я могу наблюдать, собирали лучше вас. У меня есть неопровержимые доказательства, указывающие на, по меньшей мере, одного ситха.
— И кто же это? — шевельнул заинтересовано ушами Йода.
— Хего Дамаск. Глава банковского клана.
— Аеро, это несмешная шутка, — нахмурился один из присутствующих членов совета.
— А я и не шучу. Представляю вашему вниманию несколько доказательств. Первое, это файл с несколькими видео, на которых Дамаск нанимает мандалорцев, чтобы те доставили особый груз. Этот груз — ракатанская звездная карта. Также я хочу передать вам артефакт, который мы увели из его спрятанной лаборатории, — на этих словах Аеро вынул из-за пазухи настоящий ситхский голокрон. — Ну и третий довод в том, что этот нехороший но очень умный муун всячески пытается эти следы затереть. Так, именно он посылал за мной головорезов, и именно за ним вы все это время гонялись. Если есть сомнения в моих доводах, спросите его лично.
В зале повисла недолгая пауза. Все осмысливали услышанное.
— И откуда такая щедрость? — язвительно спросил Рейнор.
— Не хочу делать за вас вашу работу. Полгода прошло с покушения на меня, а эта падла все ещё на свободе и более того — продолжает свое гибло дело.
— А может конкурента хочешь устранить ты, м? — спросил Йода.
— Дамаск мне не конкурент. Он мой враг. И ваш. А враг моего врага — мой друг. Слышали такую поговорку?
 
— Не всегда такое бывает. Далеко не всегда, юный Аеро.
— Дык, постарше вас буду, магистр, — ухмыльнулся Шейд. — Причем всех вместе взятых.
— Жизни? Может быть. Опыта? Ошибаешься ты.
— Если ты дурак, то и в тысячу лет останешься старым дураком, — остро ответил Аеро не поведя и бровью. — Я, конечно, тоже не гений, но понимаю и знаю всяко больше вас, магистр. По крайней мере, я знаю кто наш враг и хочу донести это до вас.
— Пусть ты. Но голокрон ты сюда доставить обязан будешь.
— Тц. Я никому и ничего не обязан, и вообще — почтой пришлю. У меня, знаете ли, хватает проблем с воскрешением.
— Как почтой?
— Голокрон почтой?!
— Хм…
— Да, а что? Разве вы не доверяете республиканской почте? — удивленно вскинул брови Аеро. — Да и потом, кто будет ожидать, что ситхский голокрон отправят обычной республиканской почтой?
— Оригинальный поход твой, одобряю я, Шейд. Но риск этот не оправдан. Джедая пошлём мы, чтобы голокрон забрал.
— Как хотите, — Аеро пожал плечами. — В любом случае, теперь Дамаск — ваша проблема. Но, если эта проблема постучится в мой дом — я не виноват. Мы друг друга поняли?
— Аеро, при всех твоих доказательствах, Дамаск является главой Банковского Клана.
— И что? Он такой же смертный, как и мы с вами.
— Уж кто бы говорил о смерти, — буркнул Рейнор.
— Ну, — Аеро развел руками. — В общем, я вас предупредил. Всего доброго! — и отключился.
— Феноменальная наглость, — прокомментировал кто-то из магистров.
— Проверить срочно должны мы это. Повода не давал сомневаться Шейд.
— Думаете? — уточнил Рейнор. — Обвинение такой фигуры как Хего Дамаск по меньшей мере вызовет резонанс.
— Чувствую я, как темные времена наступают. Грядёт что-то ужасное, и действовать нам нужно немедленно. То, что живы ситхи, знаем мы, но найти не могли. Если же банкиры за этим стоят, деяния их пресечь мы должны.
— Я свяжусь с Дуку, — тяжело вздохнул Рейнор.
Татуин. Шейд
Сидя в своём кабинете, я перебирал бумаги, тогда как Зирро пытался достучаться до Джаббы Хатта.
И вот, малыш наконец пиликнул, сообщая о контакте, и спроецировал голограмму слизня.
— Джабба дорогой! Приветствую! — радушно улыбаюсь, повернувшись к изображению. — Рад тебя видеть. Слушай, а я смотрю, ты что-то похудел. Осунулся. Не заболел, нет? Может спишь плохо в последнее время? — спрашиваю нарочито обеспокоенным тоном, глядя в эти напуганные бегающие глаза.
— Туба чак налавот утаба, Аеро, — жалостливо посмотрел на меня хатт, расставив лапки, аки обнимая. — Тука ачучи танарот.
— Великий Джабба Хатт приветствует вас, и благодарит за проявленное беспокойство. Мой хозяин говорит, что у него всё хорошо, и спрашивает — как дела у вас? — пока дроид переводил речь хатта, сам Джабба сложил лапки и нервно перебирал пальцами по пузу, бегая взглядом. То на меня посмотрит, то в сторону, то снова на меня. Кажется, кому-то реально плохо… Видимо, не забыл, как этими самыми руками держал голову Гардуллы.
— У меня ещё лучше! Вот, домой вернулся, после долгой отлучки. Теперь порядок навожу. Нет, ну ты представляешь, какая же падла этот Дамаск? Столько херни сделал — теперь все восстанавливать. А уж куда он мои корабли пристроил — вообще отдельный разговор. Нет, ну ты представляешь? Хотя что я спрашиваю, ты как раз-таки представляешь.
— Накато чувала, Шейд. Атано Дамаск тука аналот.
— Мой хозяин просит прощения, и говорит, что Дамаск вынудил пойти с ним на сделку, а иначе он перекроет все ранее оговоренные договоры с вами, господин Шейд.
— Да брось ты, Джабба. Не переживай по этому поводу, я все понимаю. Но слушай, я тут к тебе как раз заглянуть решил, а тебя и нет.
— Чавокко атор вукатаппа апочи. Тутт аччип локото.
— К несчастью, Великий Джабба Хатт был вынужден отлучиться по неотложным делам. Мой хозяин очень рад вашему возвращению и предлагает от его лица подарок.