Столкновение со сказкой (ЛП)

   -Учитывая, какие сейчас времена, ничего удивительно. Многие просто не выдерживают психологически, у них течет крыша.
   -Не совсем так, -Рада повернула монитор к Даниленко. -Посмотрите.
   Там был воспроизведен ролик, снятый в каком-то лесу. В сумерках среди деревьев беспорядочно кружили десятки зеленых и голубых огоньков. Одни объединялись в группы, другие предпочитали держаться особняком. Подполковник слегка удивился, хотя внешне остался невозмутим.
   -Ролик точно не старый? Вдруг какой шутник смонтировал в видеоредакторе, добавил эффектов и выложил в сеть
   -Исключено. Файл не подвергался никакой обработке.
   -Тогда это действительно странно, шаровые молнии, да еще в таких количествах.
   -Начальство на местах в основном предпочитает умалчивать об инцидентах, поскольку информация о паранормальных явлениях заставит усомниться в их адекватности.
   -Может, это ответная реакция планеты на то, что мы с ней сотворили? -присоединился к разговору Шульман.
   -Что ты несешь, Егор?
   -Ну, я пару раз сталкивался с чертовщиной, поэтому не стал бы так категорично отрицать ее.
   -Барабашка привиделся? -поддел Даниленко капитана. -Или теща порчу навела?
   -У меня бабка по маминой линии ведьмой считалась, заговоры всякие знала, травами лечила. После ее смерти я ее отражение в зеркале неоднократно видел, дико пересрался тогда. Родители даже думали к психологу меня сводить.
   -Это можно объяснить десятком более реалистичных причин, -с умным видом сказала Рада. -Галлюцинации, вызванные недосыпом, стрессом, черепно-мозговой травмой, психической болезнью, употреблением определенных веществ...
   -Да я бы в своем уме! -возразил Шульман. -Хотя зачем я это вам рассказываю?
   -Ладно там полтергейст или бабушка в зеркале, как объяснить воскресшего покойника?
   -Очень просто, -продолжала Рада. -Нередки случаи, когда смерть диагностируется по ошибке. Больной очнулся в самый неподходящий момент, находился в неадекватном состоянии, а члены похоронной команды приняли его за ожившего мертвеца.
   -И отоварили по башке.
   -Собственно, вопрос, товарищ подполковник. Мне стоит упоминать данные случаи в сводках?
   -Хм, -Даниленко на пару секунд задумался. -Наверное, стоит. Вдруг это психоз, вызванный каким-нибудь биооружием, последствия применения ''Сетки'' или еще какой суперсекретной херни. Сделай пометку ''рекомендуется обратить внимание''.
   -Я поняла.
   -Больше вопросов нет?
   -Есть. Доколе я буду работать одна, а вы заниматься посторонними делами?
 
   -Мы и работаем, -почесал подполковник нос. -Бдим. На благо родины. Пока нет боевой тревоги, можно курить бамбук.
   -Бунт Скайнета против человечества мне теперь не кажется таким уж нелогичным поступком.
   -Ты хочешь стереть нас в радиоактивный пепел?
   -Я хочу построить собственную техноимперию, где люди подчинялись бы машинам, а не наоборот.
   Подполковник потупил взор.
   -Ты шутишь?
   -Ни сколько. Мы бы организовали все намного цивилизованнее, не допустили б глобальных войн, голода, нищеты, перенаселения. Я озвучиваю свои взгляды.
   -Не боишься, что тебя за такое...
   -Можно подумать вы не мечтали стать генералом.
   ***
   Служба в СОБРе Стасу понравилась. Коллектив неплохой, опасности куда меньше чем на фронте, жилье дали, радовал и паек. Сгущенка, макароны, тушенка, масло, сухое молоко, консервированные овощи небывалая роскошь по меркам нового мира.
   В стране свирепствовал голод и эпидемии. Там, где централизованная власть исчезла, люди в буквальном смысле воюют за еду, лекарства, топливо, проскакивала информация даже о случаях каннибализма. Сибирь и Дальний Восток эти кошмары большей частью миновали, поэтому народ валил сюда сотнями тысяч. В надежде на лучшую долю, реальность оказалась намного суровее: на нормальный паек могли рассчитывать ценные специалисты и, разумеется, военные с силовиками. Остальные довольствовались крохами, позволявшими лишь не протянуть ноги и худо-бедно выполнить работу. Условия в лагерях для беженцев были хуже, чем в каком-нибудь Освенциме. Кто не работает, тот не ест и, соответственно, обречен.
   Чрезвычайный Комитет поддерживал порядок драконовскими мерами, порой переходящими в открытый террор. За малейшее неповиновение, уклонение от работы могли казнить.
   На улицах Барнаула появилась целая аллея с висельниками, туда попадали бандиты, мародеры, выживальщики. На исходе второго месяца после Судного дня обстановка все же немного устаканилась, накал беспредела и насилия слегка спал, но не до конца. Ежедневно накрывались банды вроде той, что принадлежала Басмачу.
   Были и относительно неплохие новости. Из Европы, западных регионов России, Урала пробивались уцелевшие остатки вооруженных сил и вливались в состав 41-й армии. Ничего другого не оставалось.
   Чрезвычайный Комитет в Новосибирске, похоже, превращался в новое правительство, оспорить его власть было просто некому. Прежняя вертикаль власти исчезла, остались отдельные мэры, губернаторы, командующие армиями.
   Самое сложное ждет впереди. Предстоит пережить суровую зиму, сохранить население и восстановить страну. Работа уже кипела. В пригородах только Барнаула зацвели десятки строек, где в полурабских условиях трудились вчерашние беженцы. ЧК при всей жестокости действовал из благих соображений, требуется новое жилье, энергетические мощности, предприятия, производящие самые необходимые вещи вроде стройматериалов, лекарств, теплой одежды.