Столкновение со сказкой (ЛП)
-Чего тебе? -прищурился начальник спасателей, выдыхая сизый дым.
-Узнать, не будет ли в ближайшее время поезда в Новосибирск?
-Случайно будет, только не в Новосибирск, а в Барнаул. Послезавтра переправляем туда часть народа.
-Ехать же придется через территорию с высоким фоном?
-Не, обходным маршрутом, казахи пускают составы через свою территорию.
-Можно как-то забронировать место?
Майор сделал новую затяжку.
-Одно?
-Три.
-Ладно, говори фамилии, имена, я внесу в список. Мне не трудно.
-Вот так просто? -удивился Стас.
-А что с вас взять несчастных? Деньги? Ими только подтереться можно. Золото, драгоценности? Толку от них сейчас как от козла молока. Еду, лекарства мы сами вам даем, -майор достал из кармана ручку, записную книжку. -Я жду имена.
-Дмитрий Иванович Деревянко.
-Ага.
-Стас Денисович Матвеев, Алена Кирилловна Матвеева.
Спасатель убрал записную книжку в карман, бросил окурок в урну.
-Послезавтра, половина десятого утра, железнодорожная станция Ряжск, советую иметь при себе запас еды минимум на трое-четверо суток. Кормить вряд ли будут, сам понимаешь, не туристическая поездка.
-Огромное спасибо! -Стас пожал майору руку.
-Только про мою помощь ни слова, а то потом побегут...
-Разумеется.
-Прости за вопрос, ты воевал? -поинтересовался эмчеэсник.
-Восточно-европейский фронт, -ответил Стас. -20-я армия.
-Это вас пиндосы накрыли ядеркой у немецкой границы?
-Все верно.
-Жесть, -майор покачал головой. -Если при посадке на поезд возникнут сложности, скажи: майор Круглов вам выписал путевку, могут связаться со мной, я подтвержу.
-Еще раз спасибо.
-Мне не сложно помощь человеку и уж тем более тому, кто едва голову на войне не сложил.
-Раз уж мы разоткровенничались, -начал Стас. -Можно я спрошу?
-Давай.
-Ходят слухи, что грядет большая задница. Ядерная зима.
-Не ядерная, -поправил майор. -А вулканическая. Наши или китайцы, уже не столько важно, вмазали по супервулкану в Северной Америке, чем спровоцировали сильнейшее извержение и выброс туч пепла, вулканических газов в атмосферу. В следующем году мы не увидим лета.
-То есть все плохо?
-Хуже некуда, не уберемся отсюда вовремя, околеем или загнемся от голода. Сам понимаешь, разрушенная инфраструктура, анархия не поспособствует выживанию большей части населения.
-Вы это говорите так спокойно...
-А чего панику разводить? Чему быть, того не миновать.
Глава 3
Монотонный стук колес поезда навевал сонливость. Да и почему бы не поспать? Самое трудное позади. Стас с Аленой и Иванычем удачно попали на эвакуационный эшелон. Предстоит преодолеть семьсот километров до границы с Казахстаном, там станет легче.
В вагон людей набилось словно сельдей в бочке. Раза в полтора больше максимально установленного числа пассажиров, мест не хватало, поэтому кто-то вдвоем-втроем ютились на отдельной полке, кто-то обосновался в тамбуре или проходе. Воздух наполняли ароматы немытых тел, пота, мочи. Но жаловаться глупо, учитывая сложившиеся обстоятельства.
Сидевшая напротив у окна женщина постоянно кашляла кровью, с дальнего конца вагона раздавался полный боли плач ребенка, Стас видел его мельком, треть тела обожжена световой вспышкой. Не жилец без квалифицированной помощи.
В полевом госпитале Ряжска, Иваныч находился неподалеку, творился сущий ад - сотни жертв тяжелой лучевой болезни корчились в муках, гнили заживо, истекали кровью. Умерших штабелями укладывали в братские могилы и засыпали известью. Апофеоз войны в наихудшем проявлении...
С собой в дорогу Стас захватил рюкзак, доверху набитый консервами с тушенкой, кашами, фруктами, галетами и два бутыля с водой. При очень экономном потреблении запасов еды хватит где-то на наделю, питьевой водой, к счастью, МЧС народ обеспечивает.
-Стас, -позвала его жена. -Не спишь?
-Скорее дремлю.
Сидевшая напротив Алена печально глядела в окно с унылыми осенними видами. Иваныч, повернувшись лицом к стенке, дрых на верхней полке.
-Мы вернемся еще домой?
-Не думаю.
-Но ведь все должно вернуться в норму, -предположила Алена. Она была из тех, кому трудно свыкнуться с новой реальностью. -Рано или поздно.
-Если и так, то очень нескоро. Нас ждет суровая зима длиной в несколько лет.