40к способов подохнуть. Том 4 (СИ)

— Он одержим демоном?
— М? Демоном? Нет-нет, демон хоть и владел его телом, но не так долго. С момента Истваана и до событий связанных с Ангелом Экстерминатус. Демон хотел стать богом, даже обманул ещё одного сынка Императора Пертурабо, но… как я уже сказал, всё пошло немного не по плану. И в результате родилось то, что очень хочет тебя убить. Совершенный и такой идеальный, очищенный от всего лишнего. Слаанеш грамотно расставила фигуры и всё рассчитала, использовав боль Фулгрима и его заточение, а также жажду демона для создания нового слуги. Правда… из-за Пертурабо она желаемого так и не получила. Или вернее благодаря мне.
— Чего хочет Император? Чего хочешь ты?
— Император хочет поговорить с сыном. А я хочу, чтобы ты не сдох раньше времени. Так что… пора возвращаться.
И рывком буря вынесла меня с флагмана Детей Императора, что ещё летел сквозь варп из-за желания подольше побыть в Ла Фениче. С ошалевшим взглядом я пытался понять что происходит, казалось прошла целая вечность, но на деле…
— Вставай! — рявкнул Троян, поднимая меня за плечо. — Умирать нужно стоя!
— Умирать⁈ Опять⁈
— Снова! Хотя минута уже прошла… ядро уже как секунд двадцать должно быть как взорвано, а мы — мертвы.
— Какое ядро? — тихо спросил я, выключив выходной канал вокса и пытаясь собрать путающиеся мысли воедино.
Во мне ещё звучали отголоски мыслей трёх Богов. Ничего содержательного я узнать не мог, но это не мешало сводить этим отголоскам меня с ума. Разговоры с сыном, поток иллюзий направленный Тзинчем в мой разум, демон-принц Фулгрим… всё смешивалось в кашу, как вдруг по входному каналу раздался неутешительная, но закономерная новость.
— Корабли Детей Императора на орбите!
— Твою мать… — снова осев на пол произнёс я, после чего увидел на своём колене сидящую Птичку.
Она то появлялась, то исчезала. Моя душа всё ещё не стабилизировалась после таких манёвров и отличать происходящее в физическом мире от происходящего в варпе было тяжковато.
— Так, я не понял, ты чего опять сел?
— Я был на флагмане Детей Императора, — ответил я, после чего попытался встать. — В голове каша… мне надо в монастырь, в обитель знаний, к Лахиду.
— Начинаем эвакуацию! — раздался приказ командира.
— СБРОС ЭНЕРГИИ ЧЕРЕЗ ТРИДЦАТЬ СЕКУНД!!! ВЫХОДИТЕ ЧЕРЕЗ ВОСТОЧНОЕ КРЫЛО!!!
И в этот же момент от перегрузки застонали все энергонакопители, а система охлаждения начала плавиться. Выброс огромного количества энергии плавил весь храм и если нам в силовой броне достаточно было просто не попадать в эпицентр выброса, то вот востроянцам… некоторые из них падали замертво от одной струи пара.
— Системы ПВО подавляются, они начинают высадку и летят к вам! Готовьтесь встречать гостей!
— Тюхе, отправляйтесь к часовни логики и анализа. Враг не должен пробиться к ней.
— Троян, командуй, мне… нужна передышка, — ответил я, после чего передал контроль над телом Юртену, а сам ушёл в чертоги собственного разума, что пылал из-за последствий чужеродного воздействия на мою душу.
Благо теперь моего понимания хватало, чтобы решать проблему самостоятельно, а не уповать на судьбу. И то что я увидел заставило меня испытать ледяной ужас, ведь в мою душу вцепились десятки уродливых демонов. Они воспользовались моментом и влезли в брешь, после чего пожирали меня и углублялись всё дальше и дальше.
— Плохо-плохо-плохо, — щебетала Птичка, летая то туда, то сюда, разрывая когтями демонов, что бегали под моими ногами и стремились к сердцевине моей души.
— Вы определённо что-то попутали, — в гневе прошептал я, едва сдерживая своё бешенство.
То что они творили с моей душой не лезло ни в какие рамки. Невероятная подлость и мерзость впивалась своими когтями и клыками в то, что имело для меня наибольшую ценность. Они покусились на самое святое и чувствовали себя как дома, но только до того момента как моё психическое пламя начал выжигать их мерзкую сущность.
* * *
— Часовня… часовня… — повторял Троян, двигаясь впереди отряда то и дело поглядывая назад, на своего брата Тюхе.
 
То и дело весь храм дрожал и обрушался, а его добрая половина и вовсе уже плавилась. Температура начинала зашкаливать, силовые доспехи ещё держались и будут держаться, но востроянцы… им же тоже приказали держать оборону. Кроме того значительная часть сил была на поверхности. Да, зонтик ПРО имелся, но… если сюда прибыл целый легион предателей и демонический примарх…
Троян старался не думать о худшем, но и отрицать происходящее не мог. Его брат сходит с ума, весь переменился, даже двигаться стал иначе, почти не говорит, отвечает односложно. Так ещё и выжить шансов не предвидеться. Но вскоре показалась та самая часовня, после чего отряд начал занимать позиции и готовиться встречать гостей.
Под ногами то и дело мельтешили востроянцы, чья броня местами обуглилась, а за стеклом их шлемов виднелась красная кожа, по которой рекой лился пот. Но даже в этом аду они тащили своё тяжелое вооружение, попутно двигая с помощью техников обломки, готовя укрытия для последнего боя. Оставалось надеяться, что Дети Императора поспешат, а то не ровен час скоро сражаться будет некому.
— Тюхе, ты как? — спросил Троян, глянув на своего брата.
— В порядке, — спокойно и без намёка на эмоции в голосе ответил он, смотря в сторону откуда должны будут скоро появиться враги.
— Молох, займи с Леонардом и Тюхе оборону внутри часовни. Возьми с собой гвардейцев, температура будет подниматься и дальше, но внутри они протянут подольше. Разместите последние мельта-заряды. Это место не должно достаться врагу в случае нашего поражения.
— Есть.
После этого Троян помог своему отряду разместить обломки и тоже занял позицию. Последние часы перед боем были такими… такими неизменными. Каждый раз Троян чувствовал лёгкий мандраж, несмотря на все эти импланты и гипнотерапию. Проиграть ведь нельзя, за спиной не только эта двери этой часовни, но и весь мир.
Троян не выбирал своего будущего, просто жил, был примерным курсантом, но в какой-то момент попал сначала в специальное подразделение, после чего отобран в элитную группу, а затем к уже давно не детям зашёл космодесантник. Большинству тогда и двенадцати не было, но каждый уже мог отнять чужую жизнь. Внешне ещё совсем маленькие, несформировавшиеся, но в психическом плане… настоящие солдаты, готовые исполнять приказы и служить Шелесту.
После начался жестокий отбор. На испытаниях погибла половина кандидатов, ещё четверть сломалась, из остальных выбрали каждого пятого, после чего начался долгий путь скаута. В первые месяцы Троян думал, что умрёт. Импланты плохо приживались, волосы стали седыми, затем и вовсе выпали, нервная система истощалась и психика не выдерживала нагрузки.
Сейчас он пытался вспомнить как это всё удалось пережить, но… в памяти осталась лишь темнота. Сознание уничтожило самый тёмный промежуток жизни, после которого мальчик умер и остался лишь тот, кто в последствии станет Ангелом Императора. Хотя лично Троян ещё к этому готов не был, как и никуда не делось его детское желание стать героем. Такое наивное и такое глупое, но такое… тоже неизменное.
В этой дыре погибать не хотелось, ведь об этой битве никто не напишет летописи. Что потом Богу-Императору у подножия Золотого Трона говорить? Я прошёл весь этот путь и умер защищая дверь в часовне?
— Живы будем, не помрём, — пробурчал Троян, после чего встал рядом с обломком, упёр в землю щит и вставил в упор болтер.
— Троян, тут… проблема… — вдруг раздался голос Молоха.
Троян не сдержался и ругнулся, после чего вошёл в часовню. Где тут же увидел и троих космодесантников, и собственно саму проблему, которая лежала на каменном столе и была подсоединена проводами к какой-то замысловатой сети когитаторов и дата-блоков.
— Император спаси и сохрани… что это ещё за бесовщина? — оглядывая тело техножреца спросил Троян.
— Этой мой брат, он подключён к этой машине и… кажется управляет частью систем, помогая вашему технодесантнику распределять мощность перегруженного плазменного ядра, — ответил техножрец, имени которого Троян не запомнил, ведь не особо утруждал себя запоминанием многочисленных простых смертных.