Дот (СИ)

— Запишите себе, — неожиданно потребовала Еремина.
— Командовал гарнизоном этого ДОТа лейтенант Сергей Володин, родом из Минска. Это можно найти в архивах. А еще был сержант Петренко, родом с Украины. Больше ничего не знаю, — объявила она и, повернувшись, пошла к машине.
— Что это было? — смутились следопыты.
— Запишите, — повторил Игорь Иванович.
— Она точно знает, — добавил мужчина и побежал догонять родственников.
Прощались с Катей так, словно провожали навсегда. Бабушка только и успевала, что прикладывать платок к глазам. Сегодня это был не просто день отъезда внучки, а эхо памяти минувшего детства. Уже никто из детей Зинаиды Васильевны не сможет претендовать на место самого лучшего внука. После рассказа о событиях 41 года все лавры первенства достались Екатерине. С Григорием Семеновичем, Катя прощаться не пошла, пожалела его сердце. Уже в вагоне поезда Валентина Васильевна вдруг вспомнила о своем подарке для дочери.
— Кать, а серьги где, что я тебе на совершеннолетие дарила?
— Когда голодала, выменяла на хлеб, — призналась дочка. Матери даже стало стыдно, что за сережки спросила. Она прижала к себе Катю и на ушко прошептала: «- Мы тебе еще лучше купим, только больше ни куда не уходи».
— Мам, — приподняла голову девушка.
— Мне бы денег надо перевести, — пользуясь добротой матери, спросила Еремина.
— Кому это? — хотела знать Валентина Васильевна.
— Одному очень хорошему человеку. Он меня от смерти спас.
— Это доктору твоему что ли? Мне бабушка о нем говорила.
— Ему. Он очень старый и бедствует. Книги из своей библиотеки продает, чтобы выжить, — пожаловалась Катюша.
— Ну, конечно поможем. Ты стала такой чуткой, — не отпускала ее мать из своих объятий. Катя прижалась к родительнице. Как хорошо, что они у нее такие хорошие и понятливые. Колеса поезда стучали на стыках рельс, унося Катю все дальше и дальше от города, который за две недели стал ей как родной. Она уже никогда не узнает, что в ночь перед ее отъездом ДОТ «Призрачного лейтенанта» строчил из своих пулеметов целую ночь, будто-бы прощаясь с ней навсегда. Он порядком напугал и водителей и местных жителей.
На следующий год, отложив поездку в Крым на потом, она вернулась в Полоцк. Больше всех ее приезду радовалась бабушка Рая. Не откладывая дело в долгий ящик, Еремина поспешила навстречу с военврачом третьего ранга Ковалем. На ее звонки снова вышла соседка.
— Я к Григорию Семеновичу, — сообщила Катюша.
— Так нет его, — ответила женщина.
— На рынок ушел? — спросила по прошлогоднему шаблону Катюша.
— Его в живых нет. Помер он, — уточнила соседка.
— Как умер? — растерялась Еремина.
— Затосковал бедняга. Ходил, как в воду опущенный и помер.
Катя опустила голову. Значит, это она его убила! Зачем было приходить с этим признанием? Она повернулась и медленно пошла к выходу.
— Постойте, — окликнула ее соседка.
— А это не вы в прошлом году приходили? Что-то знакомое лицо.
— Я, — призналась москвичка.
— А вас случайно не Катей зовут?
— Катей.
— Тогда подождите минутку, — попросила пышнотелая женщина и скрылась в глубине своей квартиры. Вернулась через минуту со знакомой Кате фотографией персонала военного госпиталя № 431, сделанной в огненном 1941 году.
— Не знаю, кем вы ему доводитесь, детей то у него не было, только он всем обитателям дома все уши прожужжал о своей Кате. Катя вернулась, Катя вернулась и так каждый день. Сядет у окна и выглядывает. Весной простудился и заболел. Я его навестить заходила, а он и говорит, мол, не доживу я до лета и своей Кати больше не увижу, ты ей, как она приедет, отдай эту фотографию, она все поймет. Что тут понимать в этом фото? Не знаю.
Катюша взяла фотографию и, прижав ее к груди, двинулась прочь, не разбирая от нахлынувших слез дороги. Вот и все! Не стало дорогого ей человека и в этом виновата она сама. Так хотелось закричать, чтобы выпустить эту боль, засевшую в груди. Тетке ничего не могла сказать, просто проплакала. Потом от тетки, работающей в городском совете, узнала, что поисковики поставили возле ДОТа скромный обелиск и перезахоронили останки погибших воинов РККА. Власти Полоцка обязались установить в том районе достойный памятник с указанием фамилий погибших солдат. Среди установленных имен было и имя лейтенанта Володина. С тех пор ДОТ «Призрачного лейтенанта» по ночам больше не стрелял. Катя, чтобы ее поездка в Полоцк не прошла даром, посещала несколько раз с Сашкой, которому исполнилось 18, и он считался взрослым и двоюродной сестричкой Олей, кафе «Белый аист». Даже видела там Виктора, который сделал вид, что они не знакомы. Да и когда ему отвлекаться на Еремину, когда он охаживал очередных счастливчиков вытащивших жребий судьбы. Какие желания он им продавал? Наверняка в его ассортименте не было двух одинаковых испытания. Свое купленное желание Катя оплатила с лихвой и сделала серьезный вывод, с которым поделилась и с молодыми родственниками, НИКОГДА И НИЧЕГО НЕ ПОДНИМАЙТЕ НА ПЕРЕКРЕСТКАХ!