Диктатура Евы (СИ)

— Да какие твои годы, милая, — петухом прошелся по спинке кровати таль орел. — Еще родишь мне дочерей.
— Ага, цыплят высижу! — хохотнула Карля. — Забавная у вас птичка, шата Ева.
— Вообще-то это я у него, — поправила Ева и отпила молоко с медом. Горячее сладкое и такое вкусное…
В голове постепенно светлело, с каждый глотком становилось лучше, отступала слабость, а по венам растекалась энергия. Ева поняла, что умирать, пожалуй, рановато, а вот задать пару вопросов самое время.
— А теперь расскажите мне все по порядку, — села она удобнее и вперила в Гектора пристальный взгляд. — Как получилось, что вокруг меня слишком много людей с секретами?
— Таки да, — Карля расправила платье. — И я послушаю.
— А что вы хотели, — сварливо начал мэтр. — Вокруг повелительниц всегда собирались сильные люди. Притягиваете вы их, деточка. А судьба уж сама дороги сводит.
— Думаешь, в моем случае это судьба? — скептически переспросила Ева.
— Ну, судьбой может каждый выступить. Будь то мертвый мэтр, или король соседней страны, — лукаво подмигнул Еве таль. — Главное — результат и немного везения. Вот ее я не предусмотрел, — он махнул крылом на довольную Карлю. — Она сама нашлась, чему я несказанно рад.
— Я как увидела вас в городе, сразу почуяла изменения, — деловито кивнула Карля. — Вроде как наша шата, а не она. Ну а как увидела, как вы с этим переглядываетесь, сразу поняла, что сила в вас пробудилась.
— Глазастая ты, — качнула Ева кружкой. — Хорошо, что не болтливая.
— В семье с детства рассказывали как трипта не любит женщин с даром, — враз посерьезнела управляющая. — Это раньше им почет и уважение были, а сейчас простой люд и не помнит о повелительницах. А ведь вырождаются заклинатели. Среди мужиков тоже их мало стало, только древняя кровь и держится. Но и ее разбавляют сильно последние годы.
— Трипта целенаправленно ослабляет магов, но зачем?
— А то нам не ведомо.
— Ты видела сегодня, как легко граф управляется с разумником? — подал голос Гектор. Ева кивнула. — Так зачем трипте конкуренты? Никто не любит делиться золотом и властью.
Угу, знакомо. Во всех мирах одно и то же.
— Но это тупиковый путь, должна быть альтернатива, конкуренция, иначе прогресс замрет и мир перестанет развиваться.
— Отчего же? — не согласился с ней Гектор. — Трипта поощряет новые открытия и изобретения. Но только под своим контролем!
— И то, что они одобрят.
— В этом есть смысл, девочка, разве нет?
— Если только у людей есть выбор.
Политика Еву никогда не интересовала, и не было ни малейшего желания начинать ею интересоваться. Она вспомнила, как отец спорил с друзьями до хрипоты о том или ином политическом ходе и поежилась. Вот уж точно, эту часть своей жизни она бы с радостью делегировала мужчинам.
— Меня это не интересует. Пока. — Ева прекратила разговор на нелюбимую тему. — Давайте о нас, о наших планах.
— А какие планы? Завтра и начнем учиться. Жду вас обоих в полдень в кабинете.
— Что значит, обоих? — возмутилась Карля. — Чему меня может научить птица? Да и зачем мне учиться под старость лет? Ну, уж нет! Даже не мечтай!
— А как же женская солидарность? — возмутилась Ева, которой это обучение тоже ломало все планы.
— Я буду солидарно чихвостить своих девок и кухаря, стану солидарно гонять работников, чтобы они солидарно лучше работали, — твердо ответила Карля. — Еще могу солидарно с вами перекусить. Хватит такой женской солидарности? А теперь спать! Завтра поговорите.
Карля подмигнула Еве и, отобрав у нее пустую кружку, направилась на выход.
— Я провожу! — тут же встрепенулся Гектор.
— Яську пустите! — попросила Ева. — Я ей сказку обещала рассказать.
— Балуете вы ее, шата, — качнула головой Карля, но не было в ее словах осуждения, просто констатация факта.
— А кого мене еще баловать, — улыбнулась Ева. — Кстати, как там…
— Жить будет. Удивительно, как о воду не расшибся? Видно сама Сестра сберегла, — ответила управляющая, поняв о ком спрашивает Ева.
Еве снился Вейн, он сидел за столом в мрачном зале, то ли библиотека, то ли кабинет, и листал толстый потрепанный том. Небритый, уставший, заросший. Воспаленные глаза, забинтованные запястья…
 
— Неважно выглядите, ваша светлость.
Ева прошла вдоль стеллажа с книгами, попробовала прочесть их названия, но как это часто бывает во снах, буквы расплывались и прятались за туманом.
— Забавное место.
Она села боком на стол рассматривая супруга и покачивая ногой.
— Здравствуйте, шата Ева, — улыбнулся Вейн. — Не ожидал встретить вас здесь.
— Сама не знаю, как получилось, — Ева пожала плечами. Настроение было игривое, хотелось подурачиться. — Я там дома не очень хорошо себя чувствую, так что может это мой бред.
— Нет, это не бред, — Вейн чуть отодвинулся от стола. — Это сработала наша связь. Я думал о вас.
— Надеюсь, хорошее? — Ева кокетливо улыбнулась.
— Думал, что мне не нравится возня вокруг вашей фигуры, мне не нравится пристальное внимание к вам королевского дома Иорхонов и трипты.
— Что поделать.
Ева пожала плечами и только сейчас обратила внимание что на ней надета фривольная ночнушка, на тонких бретельках, яркого красного цвета, с кружевом и глубоким разрезом до бедра. Такой рубашки в гардеробе герцогини не было, зато точно такая шелковая ночная сорочка была в гардеробе Евы дома. Она ее купила на очередную годовщину свадьбы, да так и не надела ни разу. Вот же странные выверты подсознания. Странно что муженек ничего не говорит, или он видит ее по-другому? Как бы спросить, не привлекая внимания?
— Меня окружают интересные люди. — Ева провела указательным пальцем по столешнице, ощущая под руками ее гладкость и тепло. Забавно… Сон, а тактильные ощущения очень реальные. — Каждый из них преследует свои цели, но все равно помогает и оберегает меня. Я знаю, что часть их слов ложь, но пока мне это выгодно, — она улыбнулась напряженному герцогу. — Ну в вы, ваша светлость? Чем занимаетесь в плену? Если честно, я была уверена, что вы сбежите.
Ева еще раз оглянулась и заметив окно подошла к нему. За окном была ночь. Светила луна, озаряя верхушки деревьев и крыши соседних домов.
— О, вы все же сбежали! Или вас перевели в другое место?
— Можно и так сказать, — Вейн медленно поднялся из-за стола и неслышно подошел к застывшей у окна девушки. — Мы с вами сейчас в тайной библиотеке Фридриха Иорхона.
— Я вам завидую, — выдохнула Ева и вздрогнула, когда на плечи опустились теплые ладони. — Надеюсь, когда-нибудь и мне удастся… Что вы делаете?
— Соблазняю вас, жена моя.
Так, а вот это уже будет лишнее, надо проснуться! Теплые ладони скользили по плечам вниз, оглаживая руки до кончиков пальцев и опять вверх, чтобы мимолетно пригладить большими пальцами ключицы и заскользить обратно вниз, уступая место губам. Вейн покрывал поцелуями плечи, шею, спускался губами по позвоночнику до того места, где начиналась ткань ночнушки. Ева не шевелилась, она прислушивалась к себе пытаясь понять, какие ощущения у нее вызывают эти нежные легкие касания. Слишком нежные, слишком легкие…
Когда-то, в такой уже далекой земной жизни, она любила своего мужа, ее переполняла к нему нежность и любовь и хотелось ласковых и медленных прилюдий… В Вейна она влюблена не была, но как мужчина он ее возбуждал. Она помнила как это быть с ним. Помнила его тело, контролируемый напор, властность в движениях, страсть… Пожалуй, тот Вейн — немного резкий, но внимательный, ей нравился больше, чем Вейн нежный соблазнитель. Сегодняшнему мужчине она не верила. Не верила рукам, не верила губам и даже тихому шепоту на ухо не верила.
 
— Вы очень соблазнительно выглядите шата Ева, надеюсь, только я буду видеть вас в этом наряде.
— Я бы не была так уверена, шат Вейн. — Ева решила подразнить мужчину, ей просто необходимо было увидеть его настоящего, потому что, то, что она чувствовала сейчас казалось насквозь фальшивым.