Диктатура Евы (СИ)
Она протянула руку и зарылась пальцами в волосы мужчины, давно хотелось, так зачем себе отказывать? Он все равно ей не верит. На вид волосы казались мягкими и шелковистыми, а на ощупь оказались жесткими, густыми и непослушными. Такие же, как и сам командор — сверху лощеный аристократ, а внутри жестокий расчетливый политик. Опасный, но от этого притягательный. Черт, да она скоро и сама запутается в своих чувствах к этому мужчине. Одно Ева могла сказать точно — Вейн ее не отталкивал, скорее наоборот, привлекал и вызывал интерес.
— Я выросла, Вейн, — ответила она жестко и отстранилась. — Поняла, что никому не нужна в этом мире, ни мужу, ни матери, ни брату. Что могу рассчитывать только на себя. Никто меня не спасет, кроме меня самой. Знаешь, смерть очень прочищает мозги. Кстати, я выгнала из крепости твою любовницу.
Ева пристально следила за супругом, поэтому заметила тень досады, промелькнувшую на его лице. Но разозлиться не успела.
— Давно нужно было это сделать. — Вейн скривился и, встав, направился к столу. — Ложись спать, мне нужно написать пару писем.
— И тебе не интересно, кто стоит за твоим похищением? Не интересно, что творится в крепости?
Ева недоумевала. Ладно, она не интересует его как женщина, и он не хочет сохранять их брак, но о своих подданных и собственной судьбе он же должен позаботиться!
— За моим похищением стоит королевский дом Иорхонов, а кому служат пираты, я узнаю рано или поздно.
— Брат твоей любовницы, барон Катар, — с милейшей улыбочкой на губах сообщила Ева. — Он встретил меня на берегу и остался в заложниках вместе с частью команды адмирала.
— Будешь все время вспоминать мне Шатари? — недовольно нахмурился Вейн.
— Нет, еще несколько раз — и забуду. В конце концов, ведь это благодаря баронессе я здесь… Стоп! — У Евы в мозгу что-то щелкнуло, и паззлы сложились. — Катар нанимает пиратов, через сестру договаривается с предателем в крепости и способствует твоему похищению, Шатари пишет в трипту, что наш брак недействительный… Она кому расчищала дорогу, себе или моему будущему новому мужу?
— Уверен, она не в курсе игр старшего брата. Шатари никогда не отличалась умом.
— Она мечтала стать герцогиней Ридверт, а Катар хотел крепость. Одно другому не мешает. Как рассуждает женщина? Ей — герцог, титул и земли, брату — я и крепость. Все честно. Идеальный план, даже жаль, что я им его подпортила.
— Считаешь, я бы женился на Шатари? — Вейн с интересом посмотрел на Еву.
— Ну… вдруг ты в нее безумно влюблен? Все же столько лет вместе…
— Боги! — эмоционально воскликнул герцог, закатывая глаза. — Да с ней только спать можно! И давай будем считать, что те несколько раз уже прошли. Я бы все равно от нее избавился после твоего совершеннолетия.
Пришла очередь Евы закатывать глаза. Но она была согласна с Вейном — Шатари в прошлом, причем в чужом прошлом. Но вслух соглашаться с мужем она, конечно, не стала.
— Ты спрашивала, почему я до сих пор жив, так вот, я предвидел, что от меня попытаются избавиться, и завязал на себя все заклинания, сдерживающие силу крепости. Не стань меня и…
— И?.. — Ева навострила ушки, вот сейчас она узнает тайну Великана.
— И будет много проблем, — не оправдал ее надежд герцог. — Ты очень рисковала, приезжая сюда.
— Считаешь, что нам следует расстаться? — Ева отбросила покрывало и легла, подперев голову рукой. — Советуешь мне выбрать другого мужа?
— Выбрать? Думаешь, тебе дадут такой шанс? — снисходительно посмотрел на нее командор.
— Куда они денутся? — Ева ответила герцогу уверенным взглядом, при этом слегка повернулась, шелк соскользнул, оголяя девичье плечико и демонстрируя, что под халатом на юной герцогине ничего не надето. — Если я приеду в крепость с новым мужем, им придется смириться, особенно если за спиной моего мужа будет стоять армада.
О! Ну наконец-то нужные реакции, а то Ева уже стала опасаться, что на герцога ничего не действует, и соблазнить его не удастся. А хотелось. Потому что ее гордость задевало его безразличие. Это уже стало делом чести — соблазнить собственного мужа!
— Не провоцируй меня, — в голосе командора появились низкие бархатистые нотки.
— Я для этого сюда и прибыла. — Ева начала медленно развязывать пояс. — В отличие от тебя, я желаю сохранить наш брак.
Вейн на мгновение прикрыл глаза, шумно втянул воздух. Ева, наконец, развязала пояс и… представила, как распахивает халат, а Вейн безразлично желает ей спокойной ночи. Картинка оказалась до того реалистичной, что она тихонько рассмеялась.
— Что смешного?
Пока Ева представляла себе всякие ужасы, Вейн вернулся за стол и быстро что-то писал. Брови сведены, сосредоточенный взгляд в бумагах, сейчас была очень заметна их разница в возрасте.
— Так из-за чего ты смеялась? — Он размашисто подписал послание и сложил лист пополам. — Письма для Марлина и Йерка.
Ева смотрела, как он встает из-за стола и потягивается, как играют и перекатываются мышцы под бронзовой кожей, и думала, что прежняя Ева была странной девушкой. Как можно было соблазниться простоватым здоровяком триптоном и не обратить внимания на такое поджарое симпатичное тело?
— Не хочешь рассказывать? — Вейн качнул головой и скрылся за дверью уборной.
У Евы заныло внизу живота от страха и предвкушения. Кровать одна, командору некуда будет деваться, не станет же он отбиваться от настырной невинной девицы. Она нервно хихикнула и прислушалась — плеск воды, звон стеклянных бутылочек с мылом и… стук в стену.
— Эй! — раздался едва слышный голос адмирала. — Командор, вы справились, помощь не нужна?
Ева не выдержала и громко расхохоталась. Это не адмирал, это тролль сотого левела!
— Нет, я все же убью его!
Ева подняла взгляд и поперхнулась смехом, ощущая, как краска заливает лицо, и решительность куда-то испаряется по мере приближения мужа. Вейн не стал заморачиваться одеждой, он даже полотенце на бедра не накинул, шел к кровати во всей первозданной красоте, совершенно не стесняясь наготы.
Мамочки…
— Я передумала! — выпалила Ева и попыталась натянуть на себя покрывало.
— Ну уж нет! — Голос Вейна прозвучал совсем не сексуально, а зловеще. — Я хочу сделать это с того момента, как ты переступила дверь этой каюты. И не намерен лишать нас этого удовольствия.
— А по тебе не скажешь, — пробормотала Ева, опуская взгляд.
— Откуда такие познания, жена моя? — Вейн навис над ней, и опытная, взрослая тридцатишестилетняя женщина, пискнув, в панике сбежала, выпихивая вперед восемнадцатилетнюю невинную девушку. — Я не намерен лишаться такой жены, как ты, Ева. Кем бы ты ни была…
— Между прочим, триптон проверил меня на наличие таля, — сообщила Ева, нервничая все больше. — Амулетом. А потом еще…
— Я знаю, что ты не одержима. — Вейн потянул завязки халата на себя. — Куда делась твоя решительность, супруга моя?
«Когда я была решительно настроена, я еще не видела, насколько хорошо ты оснащен, а теперь мне что-то страшновато».
— Я…
— Обо всем поговорим завтра. И о делах в крепости, и о деньгах…
— А они есть? — оживилась Ева. — То, что было в сейфе, мы достали… Эй, верни халат!
— В крепости денег нет, но я написал Марлину, чтобы тебе выделили сумму на мой выкуп, — шепнул на ушко Вейн, и от его дыхания по шее пробежал холодок. — Когда я вернусь, будут деньги.
Быстрый невесомый поцелуй в висок, скулу, уголок губ.
— Стой! — Ева уперлась ладонью в мужскую грудь и затараторила: — Ты должен знать: все, что было в прошлом, там и останется, но если мы намерены попробовать жить как настоящая семья, то никаких измен. Я не прощу. Но меня устроит и договорной брак, — добавила она быстро. — Письменное соглашение о полной свободе каждого при видимости совместной жизни. Тогда можешь тащить в свою постель кого угодно, но и я не буду хранить верность
— Исключено, — резко ответил Вейн. — Мне нужен наследник.
«Надеюсь, настойка Лю защитит меня от этого. Я пока не готова».