И.О. Злой Королевы (СИ)

— Унцик, — застонала я. — Сволочь ты… неделикатная…
А затем вспомнила все и резко села на полу.
— Трисс?
— Я здесь, Мара!
Малышка сидела рядом, положив руку на спину Унцика. Смотрела, смотрела, а потом… разрыдалась.
— Ну-ну, мелкая, — я крепко обняла Трисс и прижала ее к себе. — Все позади, план сработал.
— Я боялась… боялась… что НИЧЕГО не сработает! — всхлипывала Беатрис. — Что ты не поймешь! И что тебя уб… убьют!
— Но все же получилось.
— Эвейн уда… ударил тебя… рунами!
— Но мы же знали, что они не причинят мне вреда. Зато Пого не знал, предатель солнечный… Наверное, не мог подглядывать из-за магических искажений, когда мы ими пуляли.
— Тебе было больно! Ты сознание потеряла!
— Честно говоря, да, было, — призналась я. — Голова до сих пор болит. Но ударь Эвейн рунами послабее, Пого мог догадаться. А где ты была?
— О, она героиня, — рядом появилась Аста с тазиком воды и тряпкой. — Ушла в Тень вместе с котом... Кровь… запеклась, вытри. И платье испорчено.
— Черт с ним, с платьем. Зато получилось красочно и драматично.
Я приняла мокрую тряпку, отерла рот и подбородок. Вместо воды во фляге Таруна была телячья кровь. Для пущего эффекта я удержала ее во рту, а когда Эвейн залепил рунами в грудь, выпустила на подбородок.
— В какую Тень ты ушла, Трисс? — с недоумением спросила я.
— Это Галата ее научила, — подал голос Кайл. — Тень – такое секретное место, в Сумраке, между Тьмой и Светом. Маги могут в ней перемещаться. Редкий дар, правда, сестричка?
Трисс делано равнодушно пожала плечами:
— Подумаешь. Унцик вон тоже умеет.
— Клара? — встревожилась я. — Тарун?
— Я здесь, девочка.
— И я, Кэтти. Готова встать?
— Да… Нет… еще посижу… Куда вы дели цепи?
— Убрали на крышу. Они тебе вреда не причинили? — встревожилась Клара.
— Нет. Наоборот. В них хранилась память Моргаты. Но я отдала ее… назад. Это было… слишком личное.
И тревожное. Сама бы я это развидеть не смогла, а хороших психиатров в этом мире пока острый дефицит. Хорошо, что проклятое серебро послушно поглотило воспоминания Кровавой королевы, ведь кровавой ее все-таки назвали не за красивые глаза.
— Галата?
— Она вернулась, — кивнула Аста, забирая таз. — Галата услышала зов своего самца, Гарлака, и полетела ему навстречу. А потом… ты отключилась, и она рванула назад. Гарлак привел драконов с Островов, сказал, что настало их время возвращаться в Северное Гнездо.
— Это чудесная новость! А… Пого?
Друзья переглянулись.
— Галата его высосала… и его помощничков, — смущенно признался Тарун. — Она была очень зла, и мы не успели вмешаться. В общем, во двор пока не выходи… они там… картина, прямо скажем, не аппетитная. Они услышали ее рев, и Пого выскочил с этими своими… рунами. Попытался зачаровать Галату. Попал Валатику руной по крылу. Валатик, естественно, испугался и дохнул огнем. Ты же знаешь, у него разное пламя получается… в зависимости от ситуации. И парализовало Пого. Ну, а мамочка наша, конечно, разъярилась… я не знал, что драконы такое умеют.
— Умеют, — машинально подтвердила я. — Я думала, Пого уйдет через руины… это ведь он заколдовал замок… и они с Камиллой начнут воевать, как пауки в банке, а мы освободим драконов и воспользуемся ситуацией…
— Хороший был план, — подтвердил Тарун со вздохом. — Главное, надежный. Кстати, о замке. Не хочешь на него взглянуть? Только подожди, чтобы мы убрали тела со двора…
— Эвейн? — перебила я его, не в силах больше оставаться в неведении.
— Он ушел, — сказала Аста.
— Куда? Зачем?
— Как куда? — хихикнула Клара. — Повез Белоснежке печень и сердце Моргаты. Нам же теперь придется с твоей падчерицей самим справляться.
А, ну да, естественно. Мы же нечаянно прибили курьера, а заказы нужно доставлять.
— Чью, простите, печень он туда повез? — после короткой паузы уточнила я.
… Выслушав друзей, я от всей души посочувствовала Белоснежке. Коварству компании, собравшейся под крышей бывшего яблочного амбара, не было предела. И как они все это провернули без моего чуткого руководства?
 
Каждая капля позитива в море неопределенности, само собой, была бесценна. Однако я прекрасно понимала: Камиллу нельзя оставлять на троне. И кто, если не законная королева свергнет узурпаторшу и освободит своих драконов. А потом посадит на трон сына Эрхарда, бастарда, но и бастард может волшебным образом превратиться в законного наследника, если нет других претендентов. Моргата не в счет, ее нет, а временно исполняющая обязанности королевы в монархи не годится. Кажется, магия ее и вовсе покинула. Меня, то есть.
Тарун, Клара и Аста вполне согласились с моими аргументами, напомнив, что первая, пробная и, полагаю, она же последняя моя, Марины Солонцовой, попытка урезонить недоброжелателей при помощи темной магии вызвала по всей округе чудовищную волну силы. В храмах вырубило большинство артефактов, а со школы, быстренько построенной нынешним «мэром» Орехового Дола снесло тщательно выплетенную иллюзию добротного здания.
И Вайсдан...
— Что с замком? — встревожилась я.
— Сама посмотри, — пряча улыбку в усах, предложил Тарун.
Я вышла и посмотрела, стараясь не коситься на сваленные под яблоню, накрытые мешковиной трупы. Их почему-то было два, а не три.
Вайсдан сбросил иллюзию. Лихо наведенные фаном Пого мороки не смогли противостоять мощи моей волны.
Закатные лучи окрасили стены в розовый. Густой плющ и сейчас продолжал карабкаться от окна к окну. Даже драгоценные витражи на втором этаже остались целы, и оттуда на меня с упреком взирали давно вымершие единороги, попирающие копытами змей и грифонов.
— Какая же красота! — простонала я, не решаясь пока войти под своды замка.
«Вайсдан, — Галата, расположившаяся на площадке для драконов вместе с Валатиком, лениво зевнула. — Позови слышащего, Пришлая, Маленькое Крыло соскучился по няньке».
— Вот пусть сам и позовет.
«Маленькое Крыло вчера был признан своим отцом, — укоризненно напомнила дракониха. — Он не должен звать, человеки сами должны знать, когда явиться, даже будущие короли».
— Ага, — кивнула я, — как будто у будущего короля дел других нет. Кайл еще не король, А у нас дрова заканчиваются. И вообще, неизвестно, что будет завтра. Мы здесь как на пороховой бочке. Рано или поздно, но что-нибудь грохнет. Ну ладно, Маленькое Крыло, беги к Кайлу, Трисс и Унцику, они все трое с утра бездельем маются.
И слава богам, что их не увезли.
Валатик понесся к амбару, по-гусиному вытянув шею.
Кстати...
— Зачем ты убила фана Пого? Мы собирались его отпустить, чтобы в деревне видели, что он жив. У выхода из Долины ждет войско барона Холенца. Он не забыл, что присягал мне. У барона хорошие маги, они разобрались бы с предателем. Теперь против нас ополчится весь Орден.
«Никто не смеет атаковать моего сына, — прошипела Галата, и ее глаза засветились нехорошим оранжевым отблеском. — Этот старикашка... от него было мало толку, больше разговоров и угроз. Главное, чтобы твоя падчерица знала, что ты мертва».
— Камилла видела мою якобы смерть?
«Ей изготовили волшебное зеркало, на жертвенной крови. Оно гораздо сильнее твоего. Тринадцатый маг… Тьма…... ее душа все дальше от тела, а тело заняли демонические сущности. По сути, она сама демон».
— И она может видеть нас сейчас? — ужаснулась я.
«Уже нет. Я велела твоим друзьям положить на крышу гномьи цепи. Теперь никто не сможет за вами подглядывать. Твоя падчерица уверена, что ты мертва. Во-первых, она видела, как в тебя выстрелил твой паладин, во-вторых, Зеркало каждый день повторяет ей, что она самая красивая женщина в королевстве. А это означает, что тебя больше нет».
— А раньше, значит...
«Несколько дней назад Зеркало говорило, что королева Катарина-Мара всех милее, умнее и сильнее».
— Ну, — польщенно шмыгнула носом я, — хоть какое-то признание.
«Один из людей монаха сбежал в Долину, — Галата расправила крылья и потянулась, словно кошка. — Я нарочно его отпустила в обмен на обещание рассказать обо всем Верховному Жрецу. Никаких войн с Орденом, Пришлая. Солнцепоклонникам просто нужно было напомнить о мощи и всевидящем оке драконов. И нашей мести, если кто-то осмеливается против нас замышлять. Драконы Северного Гнезда скоро будут здесь. Враги, трепещите! Но спасти драконов Дуна ты должна сама».