Точка Бифуркации (СИ)
— Ты в последнее время очень нервный стал. Всё из-за этой войны?
— Возможно. — вздохнул граф. — Война идёт с Абалакиными, а тут взрыв в центре села… напрягает, знаешь ли. — поднимая глаза произнёс он, а затем откинулся на кресло и приняв деловой вид, продолжил. — Ладно, возвращаясь к нашим оппонентам: два завода мы им сожгли, поставщиков сырья перекупили. Скоро должны будут дипломатов прислать, ты обдумал условия перемирия и размер контрибуции?
— Да. Отдел аналитиков уже всё подготовил и скинул на согласование. На, почитай на досуге. — передал в руки брату небольшую папку князь.
— А что там смотреть? Глава рода, их граф, мёртв. Исполнители и те, кто планировал операцию тоже. Остальное я тебе доверяю — без дохода бы ты нас не оставил. — глядя в окно ответил Сергей Константинович.
— Как знаешь. Это твоя месть, тебе и решение принимать. — поджал губу старший из братьев, но папку убирать в ящик не стал.
На самом деле, решение было принимать как раз-таки князю, но он дорожил доверительными отношениями с братом и в такой ситуации действовал с оглядкой на его интересы.
Абалакины, к слову, изначально планировали выкрасть девчонку для выгодного политического обмена и вернуть её выставив себя спасителями, а ситуацию — обычным бандитским произволом, но вышло всё иначе. И чтобы замести следы, ныне мёртвому исполнителю был отдан весьма опрометчивый приказ от девчонки избавиться, а затем, устранив остальных свидетелей покинуть точку. Сумевший выследить похитителей мальчик, испортил им все планы и едва не обрёк тем самым на полное забвение целый дворянский род. Им очень повезло, что Белорецкие решили внимательно разобраться в ситуации, а не просто вырезали весь их дом под корень.
Как выяснилось в ходе расследования, Абалакины весьма переоценили свои силы, потому как когда запахло жареным и в дело за свою племянницу вмешался целый природный князь, ключевые союзники от них тактично отвернулись, оставляя род наедине с местным гегемоном. Впрочем, Абалакины будут жить и только за это им стоит благодарить не только благоразумие и милосердие не по рангу выбранных врагов, но и всех богов, которым они поклоняются.
* * *За всё время оставшегося выходного дня в гостях у Белорецких, больше никаких казусов не возникало. Вяземские держались от нас подальше, а после обеда и вовсе уехали восвояси. К вечеру и наша тройка отправилась назад в село, где после долгой дороги, возле дома Белорецких нас встречал отец Максима. Так и закончился этот богатый на события день.
С наступлением нового года, дни стали тянуться медленно. Для меня это стало весьма неожиданным, но за время каникул я даже успел слегка соскучиться по школе.
Всё свободное время тратил либо на тренировку своей силы, либо проводил в интернете. В сети изучал историю этого мира и Российской Империи за последние пару сотен лет, а также искал упоминания о людях, обладающих схожим с моим даром крови. Последних, к моему большому сожалению, найти пока не удавалось. И учитывая то, что вера в собственную уникальность приходила мне на ум в самую последнюю очередь, я скорее склонялся к тому, что история была подчищена, а мой род полностью уничтожен. Так называемая память предков, отсыпала мне весьма скромный пласт знаний вековой давности, а немного пролить свет на события предшествующие моему рождению и судьбе родных, помогла бабушка.
Начнём с того, что баба Маша была мне не родной бабкой, а двоюродной. В своё время ей пришлось уйти из рода, будучи обвинённой в измене. Но прежде чем её изгнать, бабушку поставили перед жестоким выбором: добровольный отказ от своих сил, либо смерть. Да-да, в роду практиковался тайный ритуал, позволяющий забрать силу у одарённого, правда, только на добровольной основе.
С тех времён как бабку отлучили, её действительно отпустили и даже дали какие-то деньги на покупку скромного жилья и первый год жизни. Жизнь бабы Маши и рода пошла разными дорогами и именно это в конечном итоге спасло её от неминуемой гибели, когда весь род вырезали под корень, а упоминание о нас стёрли из истории. Никакой информации о том, что такого натворили мои предки мне никто не предоставил. Единственное, что смогла добавить бабушка к этой истории это то, что против нас объединилось как минимум несколько сильных семей, рангом не меньше княжеских. Да и без одобрения императора такие вещи не делаются.
«Наш дом был очень силён, в одиночку никто бы не справился, внучок» — озвучила бабушка свои мысли в тот вечер, когда я пришёл к ней с вопросами. Что же касается меня, то родители успели спасти, вовремя вспомнив о той, кого давно вычеркнули из всех записей в родовой книге. Бабушка оказалась идеальным кандидатом в такой непростой ситуации и без лишних слов и сомнений приняла меня к себе, когда на пороге её дома оказался бывший слуга рода и её старый друг со свёртком в руках.
Естественно, после того разговора вопросов у меня только прибавилось, но бабушка на них лишь разводила руками и никакой полезной информации предоставить не могла. Самостоятельные поиски в открытых источниках тоже ничего не дали, поэтому пришлось отложить эти вопросы до лучших времён.
Сейчас же, мои будни разбавляли постоянные тренировки с товарищем. Несмотря на то, что дядя Святогор уехал на неделю в город, оставляя нас без присмотра, мы следовали его наказу занятия продолжать. Да и делать было кроме этого тут толком нечего — зима, холодно, другие дети нас на фоне последних событий пока что сторонились. А Алину без охраны никуда не пускали, вот мы с Максимом и совершенствовали свои навыки, оттачивая мастерство владения не только силой, но и своим телом.
Оглядываясь назад на свою короткую жизнь в этом юном теле, я пришел к выводу, что сознание способно, как бы это удивительно и странно не звучало, молодеть. Во-первых, так подсказывали мне мои личные ощущения, а во-вторых, иначе объяснить свои поступки, иной раз я просто не мог. С другой же стороны, опыт и знания прошлой жизни помогали мне заниматься эффективнее, подходить к тренировкам с умом и осознанно, что также приводило к хорошим результатам и, по словам учителя, к быстрому росту. У моего друга всего этого не было, но у него был я, нередко выступающий в роли второго учителя. Так уж вышло, что я всё усваивал намного быстрее, да и обучаться стал на несколько месяцев раньше своего товарища, поэтому Максим рос со мной очень хорошо. Последнему иногда вслух серьёзно удивлялся дядя Святогор.
Последнее время, наши тренировки нередко проходили в доме Авериных. Родители товарища озаботились развитием сына и выделили под наши занятия по развитию дара целое помещение в подвале. Это была просторная комната, оборудованная под небольшой спортзал. Сломать, уронить или испортить здесь было особо нечего, разве что спортивные маты, которые нас попросили беречь.
Возвращался домой от друга я после обеда, неспеша шагая по улице на которой прошло всё моё детство. Между нашими с Максимом домами было около двухсот метров расстояния, которые я преодолевал обычно за несколько минут. Казалось бы, ещё один обычный зимний день, слегка пасмурное небо и легкий мороз — ничего не предвещало внезапных приключений. Но едва я повернул в свой переулок, где через пару десятков метров стоял мой дом, как упёрся в странное мерцающее и одновременно полупрозрачное нечто. Аномалия, разлом, пробой — у этой штуки много названий и все они довольно ёмко описывают её суть.
Обернувшись назад, меня бросило в холодный пот. За моей спиной стояли две огромные твари, отдалённо походившие на ежей, но их размеры… гигантские ежики это чертовски страшно! Впрочем, никакой агрессии они не проявляли, лишь не мигая смотрели прямо мне в глаза, отчего становилось совсем жутко. Игра в гляделки продолжалась около минуты, в течение которой я застыл на месте между аномалией и леденящими кровь монстрами, прежде чем те двинулись в мою сторону.
Глава 20
Сконцентрировавшись на одном из ежей, я что есть силы швырнул эту тушу весом за тонну о соседский забор. Тот оказался из металлического профиля и чудище легко снесло его своей массой. Вновь поднявшись на ноги, ёж вернулся к своему напарнику, правда теперь на его иголки был нанизан зелёный лист металла, вместе с креплениями выдранный из забора дяди Коли.