Плеть Дутура (СИ)

Мана Ужаса — 5 единиц.
Мана Отбора — 30 единиц.
Утром собрал совет. Вместе с тылами «Черного легиона» прибыл и мой шатер, вернее шатер Адыка, который стал моим, хе-хе. Когда пожаловали нуразги, по их лицам было понятно, что шатер они узнали. Собрались и мои Капитаны и Барбосса.
Вкратце я довел до них новость, что отныне мы действуем в союзе с Ахар-Бадабаном. Как ни странно, нуразги отнеслись к ней совершенно индифферентно, а вот мои Капитаны, мои, бл*дь, юниты, вдруг высказались резко против! И я даже не сразу догнал, по какой причине… Объяснялось же все довольно просто. Стоило припомнить, как Вугр не раздумывая, опустил топор на шею бедного Дребадана. Ненависть к юнитам других Структур была зашита «Отбором» им в подкорку.
Было отчасти и забавно и тревожно наблюдать их легкую истерику. Капитаны эскадронов так и вовсе завалили меня мыслеобразами, от натуральности которых я чуть было и сам не передумал связываться с Ахар-Бадабаном.
Пришлось показать, кто в доме хозяин. Думаю, мой рык был слышен и в Меензине. Я съездил по бронированной морде Клыку и вышвырнул раскудахтавшегося Фингала прочь из шатра (научился болтать, на мою голову) и только тогда навел порядок.
— Разговор окончен! Завтра на рассвете мы подступим к Меензину. Фыр, карту!
Согласованная с Ахар-Бадабаном операция по взятию этой крепости должна была пройти в два этапа. Первый: блокирование. Мой новый союзник (или даже, можно сказать, сюзерен) поделился сведениями, что из Вочарки в нашу сторону движется новая армия Ордена, включающая Рыцарей, спешно переброшенных из Сандеи. По допросам пленных я знал, что там находилось до трети всех оставшихся Рыцарей Ордена. И они вполне могли забрать оттуда их всех. Опасность аржанстских племен, с которыми они там вели бесконечную контрпартизанскую войну, не шла ни в какое сравнение с той, которую представляли для Ордена мы. К ним в плюс все те силы, которые Орден мобилизовал еще со времени моего посещения Вочарки. Едва до столицы дошли вести о преодолении нами Горной Тропы, как эта армия выдвинулась в сторону Меензина (хотя, я и надеялся, что на оборону столицы со стороны предгорий, они тоже оставят немало войск).
Таким образом, нам противостояла внушительная армия. И именно ей и предстояло заняться мне. Штурм же самой крепости Ахар-Бадабан брал на себя.
Меня, в целом, такой расклад устраивал. Как штурмовать крепость я себе представлял весьма смутно, надеясь что-нибудь придумать после начала ее осады. Полевое же сражение (тем более, имея несколько сотен нуразгов под рукой) мне нравились значительно больше.
Так вот. Блокирование будем осуществлять мы. Для этого у меня было два легиона (одна сотня Бесов из «Лукарей» осталась в Горной Заставе, а вторая была рассредоточена небольшими отрядами по деревням вдоль Санарки, контролируя эту дорогу), три эскадрона («Зеленый», «Красный», «Галил») и четыре с половиной сотни кочевников. (Монстров Абрыка, кстати, я решил пока не перетаскивать через перевал, они остались при Заставе на той стороне гор).
Второй же этап: собственно штурм — произойдет после некоторой подготовки, спустя два дня. Ахар-Бадабану нужно будет подтянуть свои силы. И эти дни я должен буду ему обеспечить.
— Сегодня днем на север выдвинется Шанге с двадцатью Гончими из эскадрона Клыка и отряд Заулинна. Пехота и остальные Гончие начнут движение к вечеру, и остановится на ночевку около Меензина, где мы встретимся с передовыми отрядами Ахар-Бадабана. Тылы же выдвинутся завтра утром, вместе с основной массой людьми кагара Адыка.
Такое разбиение на самом деле имело веские причины. Заулинн и его люди — хазги, представители подконтрольных Адыку союзников, и, думаю, Шанге не составит труда заставить их заниматься делом, а не грабежами. А когда завтра выдвинется в поход основная масса кочевников, у них просто не будет на это времени… Им нужно будет нагнать сосредоточившихся севернее Меензина остальных моих воинов.
Вот такой вот хитрый ход, хе-хе.
В принципе, возражений особых не было, только кагар выпросил отправку домой очередной партии добра. Твою мать, если так пойдет и дальше, армия кочевников растает без боя! За последние несколько дней на Равнину с этой целью уже ушло до полусотни человек! Самое забавное, что нуразги просто не представляли, сколько добычи его ждет в городе! Они просто не представляли, что такое город!
  
— Вождь, ты уверен в своем решении? — вопросил меня Барбосса, когда все разошлись готовить своих людей и нелюдей к походу.
И мне даже не надо было переспрашивать, какое «решение» он имеет в виду. Разумеется, я обставил все, как некие «союзные договоренности», но даже такой расклад никак не мог уложиться в головах моих юнитов.
— Разве не ты сам советовал сходить с ним на встречу?
— Да, но…
— Ну вот и без всяких «но»! — рявкнул я на своего Генерала, поняв, что логикой здесь ничего не объяснить. — А теперь принимайся за дело!
Вечерело, когда я, во главе длинной колонны Бесов, забрался на пологий холм, откуда открывался прекрасный вид на южную столицу Ордена.
Лепота…
В этих местах лес был довольно сильно сведен и заменен на квадратики полей. Множество их укрывалось меж небольшими рощицами и уходило вдаль, теряясь в снова сгустившейся лесной чаще.
Но интереснее, конечно, было посмотреть на сам город.
В центре высилась цитадель Ордена: высокие, сложенные из темного камня стены вздымались почти на пятнадцать метров, окружая небольшой холм. В центре стоял донжон — массивная угловатая башня, увенчанная статуей птицы, схожей с той, что таскали у себя на шлемах Рыцари. Узкие глаза-бойницы подозрительно смотрели за округой. Мощь крепости была тем удивительнее, что, насколько я знал, в округе не было тех, кто мог попробовать ее на зуб.
Сам притулившийся у этих стен городок тоже, в свою очередь, был обнесен стеной. Но много более хилой. Хотя и содержавшейся в весьма приличном состоянии. За ее зубцами виднелись многочисленные черепичные крыши, схожие с теми, что я видел в Вочарке.
На вид городок был тысяч на пять жителей — настоящий мегаполис по местным меркам. Хотя, сейчас туда набилось, наверное, вдвое больше народу. На стенах виднелись многочисленные наконечники копий и посверкивали шлемы, а от вони гаваков, набившихся внутрь, хотелось вытереть слезу. Пленные говорили, что Бургомистром города являлся некий Яшнак Адельвер — выходец из Соурентского Нигеля — города на берегу Моря Джунглей. Но кто верховодил над Рыцарями (и кто реально будет рулить обороной) я не знал.
Я предложил Ахар-Бадабану попробовать как-то решить дело миром, захватив городок без разрушений (в этом я был кровно заинтересован, так как по нашему договору, в дальнейшим он будет находиться в моей сфере влияния), но он лишь посмеялся. Надеюсь, по крайней мере, жирный Демон не спалит его дотла…
На север от города уходила прекрасная дорога — Пригорный Тракт, она делала петлю вдоль стен и терялась среди рощ. У леса также виднелась небольшая деревенька и несколько хуторов, а у серебрящейся ленты Санарки причалы и множество рыбачих лодок. Именно около причалов и разбил лагерь отряд Ахар-Бадабана — десятка три огромных шатров темно-зеленого цвета. Близ них темнело множество фигурок, в которых я узнал Бесов и аналогов Моих Гончих — Псов Хаоса.
Наше появление не прошло незамеченным. Я не стал подводить свои войска близко к воинам Ахар-Бадабана, памятуя о том, сколько нетерпимы наши юниты друг к другу. Но когда Бесы принялись разбивать лагерь, от шатров союзников выдвинулась группа воинов — делегация.
— Приветствую! — поклонился высокий человек в кожаных доспехах, когда они приблизились и встали предо мной.
Гасаурий. Генерал.
— гласила лаконичная кроваво-красная надпись над ним.
Признаться, я не ожидал увидеть такого типчика в армии моего названного братца. Еще удивительнее было то, что вся делегация состояла из подобных же высоких воинов. (Хотя, спрашивается, почему удивительно? У меня же они были).