Последний самурай (СИ)
— Ах ты… Блохастая кицунэ! — Взвыла девка. — Да я тебя…
Не знаю, что она хотела сказать, потому что в этот момент Тенноки-лисица кинулась на соперницу сама. И я бы на месте демоницы занервничал. Потому что размеры у лисы были больше обычного. Раза… Да раза в три, наверное. Это не лиса, это какой-то мутант, честное слово. Все ее восемь хвостов работали как палки, которыми она принялась мутузить О́ни. Причём мутузила с такой силой и скоростью, что за этим мельтишение рыжего не возможно было разглядеть девку, отбивающуюся от Тенноки.
— Сумасшедший дом… — Сделал я вполне логичный с моей точки зрения вывод, а потом принялся крутить головой по сторонам, пытаясь сообразить, чем на этот раз могу помочь в битве со злом.
Хотя, наверное, я и подобраться к ним не смогу. Это просто какой-то смерчь, который носится кругами.
Единственное, что успел рассмотреть, девка вдруг посинела. Не в переносном смысле. Буквально. Ее кожа оберла темно-синий, ярко выраженный цвет, а физиономия стала выглядеть еще ужаснее, окончательно превратившись в какую-то отвратительную маску. Клыки увеличились в разы, а когти напоминали лезвия кинжала.
Однако при этом лисица весьма нехило мордовала синее чудовище. Говорю «чудовище», потому что от симпатичной девицы там уже ничего не осталось. Натуральный монстр какой-то.
Тенноки хватала О́ни зубами и рвала ее как Тузик грелку. Буквально. Молыляля из стороны в сторону с громким, каким-то зверинным рычанием. Я такое видел на дрессировке собак, когда кинолог провоцирует пса нападать на врага. Вот точь-в-точь выглядела схватка лисы с О́ни.
Во все стороны летели куски синей кожи демоницы и клоки рыжей шерсти. Кстати, да. Шерсть, к сожалению, тоже летела. Несмотря на рвение и самоотдачу Тенноки, их драка шла, пожалуй на равных.
Что за твари, эти демоны? Неужели их реально нельзя убить? Очевидно же, Тенноки не простая бабуля, как и Кайоши не обычный дед. Демоница назвала ее кицунэ. Такое слово мне знакомо. Не совсем уж отсталый от анимэшных историй. Если не ошибаюсь, кицунэ — это кто-то из разряда духов. Тех самых, о которых говорила Иоши. Но даже Тенноки не может окончательно расправится с О́ни.
В какой-то момент, демоница ухитрилась когтями полоснуть по боку лисицы. Я напрягся, заметив, как от ее удара остались четыре длинных следа, на которых моментально проступила кровь. Даже густая шерсть не могла скрыть эти раны.
— Да что ты будешь делать…– Занервничал я.
Кем бы не являлась бабуля, но сейчас ее основательно подрезали. Не очень понимаю, как можно ранить духа, но с другой стороны, здесь все какое-то непривычное.
Такими темпами О́ни может серьезно покалечить лису. По силе эти два создания приблизительно равны.
В общем, я понял, надо что-то делать. Ладно еще в прошлый раз за меня хотя бы дед дрался. Но сейчас — пожилая… наверное, пожилая женщина. Как-то не по-мужски отсиживаться в стороне.
Я подскочил к ограде одного из домов, стоявших рядом. Это снова были не высотки, а небольшие здания, очень похожие на сильно потрепанные коттеджи в азиатском стиле, с этими их крышами, у которых завернуты вверх углы. Возле каждого дома, само собой, имелась ограда. Сделана она была из досок, остро заточенных на концах. Не долго думая, правой ногой я уперся в одну такую доску, а руками ухватил соседнюю. С трудом, но мне удалось выломать это импровизированное оружие.
Я перехватил дощечку поудобнее и начал примеряться, пытаясь выгадать момент, когда появится возможность вмешаться. В конце концов, однажды я уже ранил О́ни. Глядишь, и сейчас получится.
Однако, легче было сказать, чем сделать. Этот сине-рыжий визжащий и лающий клубок, где сложно определить кто есть кто, буквально катался передо мной туда-сюда.
— Ну… Ладно… — Сказал я сам себе и сделал шаг вперёд.
Потом второй. А потом, уловив одну единственную секунду, когда О́ни и лисица откатились друг от друга, кинулся к демонице, с палкой наперевес, направив острый конец в сторону девки.
Но, стоило мне сорваться с места, как все вокруг стало вдруг очень медленным. Будто меня, Тенноки и чертову О́ни поставили на специальную перемотку. А еще — пропали звуки. В одну секунду пропали. Их, наверное, тоже вырубила чья-то невидимая рука. Да и вообще… Я вдруг увидел происходящее со стороны. Будто я не участник ситуации, а ее свидетель.
Вот я бегу, широко открыв рот. Видимо, кричу что-то. Дурацкая у меня манера — орать в подобных ситуациях. Испугать, может, хочу…
Вот проношусь мимо лисицы, которая тоже что-то кричит, но я не слышу, что именно. Судя по злому выражению морды, она мою инициативу несколько осуждает.
Вот размахиваюсь и со всей силы втыкаю… А, нет. Не втыкаю. О́ни выворачивается, словно скользкая змея, перехватывает мою руку, вырывает деревянное «оружие» и загоняет его с силой прямо мне в грудь.
Я опускаю голову, а потом удивлённо пялюсь на торчащую из моей собственной грудной клетки палку. Мда уж…Видимо, именно так выглядит расхожая фраза: «когда что-то пошло не так».
В тот же момент мир вокруг меня взорвался звуками и все, что находится рядом, пришло в движение.
— Твою мать! — Произнёс я громко и отчетливо, уставившись теперь почему-то на Тенноки. Мой взгляд нашел ее сам.
А потом… А потом я, похоже, снова умер.
Если план А не сработал, не надо волноваться. В алфавите еще много букв
— Зачем мне этот человек? Я тысячу лет ни с кем не имел связи! А теперь, что? Теперь он из меня будет соки высасывать, как антилопа на водопое во время засухи. Ты разве не знаешь людей? Да и потом… Может, он вообще этой силы не заслуживает? Все ты… Втянула меня. Я ведь тебя послал проверить, что происходит.
— Ну извините! Он вас призвал, а не я. И если бы вы не вмешались, парень умер бы. А еще хочу напомнить, вообще-то вы его воплотили здесь в этом Такито. Разве вас кто-нибудь заставлял? Разве вообще есть кто-то, способный вас заставить? Уже тогда вы его отметили своей благодатью.
Голоса звучали приглушённо, будто сквозь вату. Я напрягся, прислушиваясь. Один точно принадлежал старушке Тенноки, а второй… Знакомый, вроде, но не пойму, так это или нет. Мужской. Хм… Не Кэзухиро. Не Исаму. Хотя этим точно нечего делать в моей загробной жизни. С другой стороны… Тенноки там тоже не место. Если только синемордая тварь убила нас обоих…Старушку тогда очень жаль. Все-таки она помочь мне пыталась.
— Слушайте, ваше мудрейшество, мы в ответе за тех, кого приручили! Вы в курсе?
— Ой, ты поменьше шлялась бы по другим мирам… — Мужчина недовольно фыркнул. — Наберешься вечно гадости всякой, потом тащишь сюда весь этот мусор. В каком ответе? Кто кого приручил? Он вообще, между прочим, вор? Ясно? Воришка. Преступник. А дал я ему воплощение только потому, что он забрал меня из очень нехорошего места. Награда это была. Я знаю, что такое благодарность. И не надо прятать вот эту улыбочку! Надоели людишки, честное слово. Все им вечную жизнь и мировое господство подавай. Так и норовят мне условия диктовать. В другие миры теперь тащут. Даже не смешно уже, на самом деле…
Я попытался собрать ускользающие мысли в кучу. Выходило не очень хорошо. В голове творился самый настоящий бразильский карнавал. Там гудело, завывало и взрывались феерверки.
Кстати…То, что говорил мужской голос, показалось мне с одной стороны очень странным, а с другой — очень подозрительным. Воришка… Забрал из нехорошего места… Что-то очень знакомое есть в этом.
Я осторожно открыл глаза. Честно говоря, присутствовало легкое волнение. Все-таки не каждый день умираешь повторно. Даже любопытно, как оно будет выглядеть, это небесное царствие. И какое? Мое, православное, или к буддистам занесло? В своей смерти я даже не сомневался. Палка торчала в моей груди ровно посередине. С такими ранами ещё никто не выживал. Правда… С раскуроченным лицом, в которое из пистолета пальнули, тоже вроде бы прецедентов не было…
Но вряд ли я на третий круг пойду. Все эти воскрешения, они ведь тоже не казённые. Там, может, очередь имеется.