Что мы натворили (ЛП)

— Сильвер? — Кейт знает, что ей нужно найти верный путь. Что она упускает? — Сильвер?
Темно-оранжевый. Ее мозг пытается ей что-то сказать, но она далека от своего ясного мышления в настоящей жизни, здесь на ее мысли словно опустился фильтр — здесь? — где бы она ни была, и она не может поймать ускользающую мысль.
«Думай!»
Темно-оранжевый — это цвет дежавю, верно? Так какое отношение это имеет к происходящему? Это белый коридор.
«Липворт». Мы уже это проходили.
Но, нет, это не то. Воспоминание связано не с «Липворт Фаундейшн». Оно глубже. Гораздо дальше и более укоренившееся.
Конечно, понимает она. Конечно, это так очевидно. Это белый интерьер штаба проекта «Генезис» — тоже подземного, тоже ярко-белого. Но что это значит? Затем она вспоминает сказки — Сильвер застряла в своем теле, как Белоснежка. Кейт вспоминает о колючем розовом лабиринте в Люминарии. О сказке, которую знает лучше всего, ту, героиней которой она стала. Книга с этой сказкой, подаренная Джеймсом, все еще хранится у нее — «Гензель и Гретель». Кейт и Сэм. Черепица, похожая на вафельные тосты. Она вспоминает о следе из хлебных крошек в виде царапин, который вывел ее из «Генезиса» и спас ей жизнь, и опускает взгляд на пол. Кейт не видит ничего, кроме белого, но затем опускается на корточки и замечает их. Крошечные разноцветные точки. Это странно, так как они не являются частью пола, не совсем. Это похоже на то, будто ее «Нейронное Кружево» проектирует ее синестезию на пол, словно она чувствует себя потерянной, но ее мозг знает дорогу.
Кейт какое-то время идет по следу из пикселей и, когда уже начинает сомневаться в своей сказочной теории, «хлебные крошки» сворачивают налево, и через какое-то время резко сворачивают направо, затем что-то подсказывает ей, что она близко.
— Сильвер? ― зовет она.
Кейт слышит чей-то голос и резко останавливается. Здесь кто-то есть.
Сильвер?
— Мама?
— Сильвер! Я иду!
Кейт бежит на голос, но повсюду лишь белый туман, и она не видит, куда бежит. Она спотыкается, кувыркается и падает, но ей не больно. Она не чувствует ничего, кроме облегчения, снова карабкается на ноги и идет на звук голоса дочери.
— Мама! — кричит Сильвер.
Вот она, по другую сторону какой-то тонкой белой мембраны, биолатексной пленки. Кейт видит очертания рук и локтей дочери, когда та толкается в заслон. Кейт тоже начинает толкать мембрану, пытается разорвать ее ногтями и зубами. На вкус она как резина из шариков. Девушка вспоминает о «Гордоне», о Мэлли в гипсе, о Солан.
— Ты можешь ее разрезать? — спрашивает Сильвер.
— Разрезать? Чем?
— У тебя ничего с собой нет?
— Ты о чем? Нет.
— Посмотри свое оружие.
— Сильвер, — говорит Кейт, прижимаясь лбом к экрану. Она хочет сказать: «глупышка, я не принесла с собой оружия».
— Посмотри внизу, мам. Посмотри на свой пояс.
Кейт хочет сказать, что у нее нет пояса, но, когда опускает взгляд, видит, что он на ней есть. Там нож, который она подобрала после смертельного матча, женщина вынимает его из ножен и разглядывает. Ее беспокоит мысль, что все это слишком просто. Она нашла «Атриум», нашла карту-ключ, затем нож, портал, «хлебные крошки», а теперь, Кейт нашла свою дочь. Но у нее нет времени, так что она отбрасывает эту мысль и взывает к своей удаче. Может быть, все дело в том, что она новичок. А может быть в чем-то другом.
— Отойди, — говорит Кейт и принимается разрезать белую мембрану.
Глава 86
Автомобильный каркас
Иннерсити. Йоханнесбург, 2036
Банда ставит Сета на ноги и срезает с него одежду охотничьим ножом.
— Ты это сделаешь, — говорит варвар с битой.
— Сделаю что? — спрашивает Сет, но уже знает ответ.
Двое членов банды толкают голую женщину лицом вперед на капот выгоревшей машины и разводят ее ноги в стороны грубыми руками. Передняя часть ее тела испачкана гарью от машины — черное и белое, негатив и позитив. Она не сопротивляется, и они отходят от нее, отряхивают руки и убирают оружие. Нунчаки сложены, охотничий нож возвращается в ножны. Один из мужчин показывает непристойные жесты над своим членом, а другой толкает избитое тело Сета в сторону женщины.
 
— Я не могу, — говорит Сет, кашляя и показывая на свои кровоточащие раны.
Женщина слизывает кровь Сета с шипов на своем кастете.
— Я могу тебе с этим помочь.
Мужчины смеются. Один из них поднимает автомат, который обронил Сет. Наставляет его на Сета и мотает им, чтобы тот подчинился приказу. Ларри наблюдает за Сетом с весельем, повесив биту сбоку. Сет, как можно медленнее, хромает к распростертой женщине, пытаясь выиграть время, чтобы подумать. Каждый шаг разбитой ногой посылает по его телу стрелы боли, он выкашливает что-то, похожее на сырые почки. Приблизившись к женщине, он осторожно нависает над ней. Она сжимается под ним.
— Я не причиню тебе боли, — шепотом произносит Сет.
Он заливает ее своей кровью. Один из мужчин швыряет в него разбитой бутылкой.
— Давай поактивнее!
Остальные члены банды смеются.
— Шевелись, сучонок, — произносит кастетчица с голубыми волосами. — Мы ждем шоу.
Прежде чем Сета закололи, он подумывал сбежать, был уверен, что сможет оторваться от них. Теперь каждый шаг отдается агонией, а они до зубов вооружены, теперь и его автомат у них.
Я был так близок. Он думает о своей семье и о Кеке. Всегда думает о Кеке. Он знает, что давным-давно должен был сказать, что чувствует к ней, но время всегда было неподходящим. Она любит Марко, несмотря на его безумное решение бросить ее.
Он вспоминает Кейт, его лучшую половинку, вторую часть паззла, из которого он состоит. Детей. Боже! Хотел бы он увидеть их хотя бы еще один раз.
Женщина под ним слегка шевелится, возвращая его в реальность. Она что-то тихо шепчет. Мужчина ее не слышит.
— Что? — шепотом произносит он у ее уха, пряча лицо от врагов.
— Уже что-то, — произносит варвар. — Приступайте.
В них снова летит мусор. Отскакивает от плеча Сета.
— Что ты сказала?
Мужчина с автоматом «СкайРест» прицеливается в Сета.
— Я сказала: «Будь готов резко опуститься на землю», ― снова шепчет женщина.
— Зачем?
— На счет три.
Сет в полнейшей растерянности.
— Один, — произносит она. — Два. Три.
Мужчина падает на землю, женщина разворачивается кругом и выпускает револьвер. Из ее предплечья выскакивает изящный стальной ствол, и она выпускает пулю за пулей в кричащих членов банды, сокрушая их огневой мощью. Они все повержены, кроме варвара, кажущегося несокрушимым. Должно быть, сейчас в нем, по меньшей мере, десять пуль, но он продолжает идти вперед. Голая женщина продолжает стрелять. Сет ощущает запах пороха. Он подползает к телам и достает охотничий нож из кобуры на одном из тел. Ларри добирается до женщины и начинает душить ее. У нее закончились патроны. Сет быстро подползает к дикарю и перерезает оба сухожилия на его пятках. Может, он и не чувствует боли, но мужчина не сможет ходить без сухожилий. Сет ожидает увидеть желтые хрящи и кости, но вместо этого он шокирован мельком увидеть серебристый титан, который вскоре заливает кровь.
Робот-варвар падает, увлекая за собой женщину, и Сет бросается к нему с ножом наготове, готовясь перерезать ему горло.
Женщина пытается остановить его.
— Он больше не сможет причинить нам вреда, — говорит она.
— Мне все равно, — говорит Сет и отрезает голову от крепкого тела.
***
Они снимают кое-какую одежду со все еще теплых тел. Одежда воняет злом. Женщина-бот натягивает пару темных джинс. Ее испачканные сажей груди все еще обнажены. Сет забирает свой автомат, биту отдает ей.
— Пока, — говорит он и начинает, ковыляя, уходить.
Сет едва может переставлять ноги, пойди он быстрее и боль парализует его. У него все еще течет кровь после удара шипами в живот.