Что мы натворили (ЛП)
Двухлетний похищенный ребенок в Кейт хочет закричать: «Мама!» и броситься к ней в объятия, но их воссоединение странное, безсценарное и совсем не похожее на сцену с канала «Холмарк», которую она воображала. Да, их объединяет одна плоть и кровь — этого не изменить — но их отношения навечно испорчены разлукой. Разрывающая сердце правда в том, что они практически незнакомки, и это осознание в сочетании с накатывающим ощущением потерянного времени, бьет Кейт в живот, ей так больно, что она вздрагивает и хватается за живот.
— Ох, — произносит Энн, подходя к ней и беря ее за плечо, — ты в порядке?
Еще один укол боли, Кейт вскрикивает, резко втягивая воздух. Энн расстилает одеяло и, подхватив девушку под здоровую руку, помогает Кейт присесть.
— Мне кажется, — говорит Кейт, придя в себя, — кажется, ребенок только что толкнулся.
Тут же холодное стекло между ними опадает и разбивается, и они обе начинают плакать. Они обнимаются, держатся за руки, плачут и плачут. Прижимаются друг к другу солеными щеками, дорожки их слез перемешиваются друг с другом. Шмыгая носом, они обе принимаются искать носовые платки, но не находят. Кейт вытирает лицо рукавом.
— Кейт. Моя милая Кейт. После всего этого времени. Это правда ты?
Но Кейт и не нужно отвечать.
Глава 79
Мозг в огне
«Липворт Фаундейшн». Йоханнесбург, 2036
Когда воспоминание подходит к концу, Кейт вновь оказывается в операционной. Ее затылок все еще объят обжигающей болью, но это не тот тип невыносимой, пульсирующей боли лишающей сознания.
Темный Док приклеивает на рану тромбоцитарный пластырь.
— Готово.
— Кейт? — спрашивает Зак. — Ты с нами?
Кейт низко стонет.
— Бл***ть. Это было…
Но не находит слов для описания.
— Понадобится время, чтобы ты привыкла к апгрейду, — говорит врач.
— У меня нет времени.
Они освобождают ее конечности, так что она снова может двигаться свободно. Морган светит ручкой-фонариком ей в глаза.
— Как ты себя чувствуешь?
Она хочет ответить, что пьяной. Мозг объят огнем. Но происходит что-то еще. Она обводит взглядом комнату, разглядывает лица людей. Ко всему словно добавилось новое измерение.
— Мощно, — все, что ей удается произнести. Боль слабеет.
Существует обычный мир, реальная жизнь, так воспринимают жизнь обычные люди — Кейт называет это «монохром» — он лишен дополнительных форм, звуков и цветов, которые она видит, синестезия расширяет восприятие реальности. Но теперь, теперь появился дополнительный слой, и он богат и прекрасен. Продвинут. Словно вы всегда видели лишь черно-белые фильмы, а потом щелкнули переключателем, и внезапно вас атаковали гиперцвета с текстурами в четырехмерной HD, и вы словно можете ощущать их глазами.
— Кейт? — спрашивает Зак, вставая у нее перед глазами.
Боже мой, он прекрасен. Он самый красивый мужчина, которого она только видела. Ей хочется прикоснуться к нему.
— Я чувствую, — говорит Кейт, — чувствую, будто мои глаза опьянели.
— Не глаза, — возражает Темный Док, появляясь на виду.
Он тоже великолепный мужчина. Такой сильный, такой грубоватый и красивый. Он и правда ее любовник? Ей это вдруг кажется маловероятным.
— А мозг.
От врача исходит насыщенная красная энергия. Словно из его чакр вырываются короткие потоки света. Кейт кажется, что она видит, как бьется его сердце, словно она обладает каким-то рентгеновским зрением в реальном времени, настроенным на тепло. Ей хочется прикоснуться и к нему тоже. Она ошибалась, когда говорила, что ее глаза опьянели. Вернее будет сказать, что каждый нейрон и нерв в ее теле пропитался какой-то футуристической радужной версией ЛСД.
— Теперь я понимаю, — говорит Кейт. — Я понимаю, почему Сильвер этого хотела.
— Это лишь начало, — сообщает Зак.
— Сколько времени у нас осталось?
Кейт забыла о надзирательнице. Она смотрит на нее, разглядывает ее коренастую фигуру, твердые мышцы. Как она сильна, словно амазонка! Но более царственна со своей серебряной дубинкой. Королева войны.
— Сорок восемь минут, — говорит Зак, привлекая внимание Кейт. — Это, если они отключат электричество в четырнадцать часов ровно.
— Времени не хватит, — говорит Морган.
— Это все, что у нас есть.
Кейт окидывает взглядом Сильвер, лежащую под прозрачным куполом. Ей он кажется пузырем, будто они все находятся под водой, а спящую Сильвер защищает ее собственный пузырь воздуха. Кейт словно очутилась в сказке.
— Скажите мне, что я должна сделать.
Глава 80
Ярко-конфетный канал
— Ладно, — отвечает Зак. — Наша с доктором Морган теория заключается в том, что Сильвер застряла между реальностью и ее RPG-погружением.
Кейт взрывается.
— Теория? Это все, что у вас есть?
— Это все, что у нас есть.
Господи Боже.
Кейт лихорадочно думает, ее мысли будто оставляют следы тепла на пути своего следования. Слово вылетает из ее рта.
— RPG? Как можно застрять? Я никогда о таком не слышала. Это все потому, что она приобрела непроверенный апгрейд? Его установили неправильно… он работает не так?
— Мы думаем, что это потому, что он работает слишком хорошо, — отвечает Морган. — Ее «Кружево» настолько продвинутое… а Сильвер настолько прошарена в погружениях, что мы думаем, что девочка нырнула слишком глубоко, слишком быстро и… да, она застряла.
— Обычно, когда возникает проблема с погружением, ты просто выходишь и заходишь заново. Но по какой-то причине, Сильвер этого не делает. Мы знаем, что она не в «Иден семь ноль», и мы знаем, что она не с нами, так что наша теория заключается в том, что она где-то между.
— «Иден семь ноль»?
— Это обновленная версия ролевой игры, в которой она постоянно зависает. Ее настолько улучшили, что в нее можно играть только, если ты установил «Кружево».
— Откуда вы знаете, что она не в игре?
— У доктора Морган есть пациенты в «Атриуме». Они не видели Сильвер с тех пор, как она покинула здание вчера. Ни в игре, ни в реальной жизни.
Кейт вспоминает свою предыдущую поездку в «Атриум», но сейчас в ее памяти это воспоминание светится обещанием, потенциалом, которому невозможно противиться.
— Они там все стояли на ушах, когда я позвонил, — говорит Морган. — Торопились вывести из игры всех, пока не вырубили сетку. Ты осознаешь последствия, Кейт, того, что ты погружен, когда отключают электричество?
— Да, — отвечает Кейт. — Нет электричества ― нет сети. Нет сети ― нет возможности выйти.
Морган кивает, медленно и грустно.
— Сорок шесть минут, — сообщает Бернард.
— Ладно, — говорит Зак, — тебе пора идти.
По венам Кейт быстро бежит кровь, у нее слегка кружится голова.
— Но я не знаю, что делаю!
— Я введу тебя в курс дела.
Морган нажимает что-то на своей «косточке» и тихо говорит в нее.
— В процессе.
Кейт хватает Зака за руку.
— У тебя больше шансов найти ее. Ты ее мать.
— Но я даже не знаю, как…
В этот момент тело Кейт обмякает. Ее сознание вытягивает из тела и переносит по мерцающему туннелю из оптоволокна (Ярко-конфетный Канал), и девушку окутывает холод и тьма.
Глава 81
Подвальная головоломка
Сознание Кейт несется и несется, словно перемещается сквозь пространство и время. Ее сердце сходит с ума в грудной клетке — хотя, когда она опускает взгляд вниз, обнаруживает, что у нее нет грудной клетки (или сердца, если на то уж пошло) — пока она не достигает некоей платформы, где ощущает, будто стоит на вершине небоскреба, а затем падает — ее душа падает — вниз и снова в тело. Приземление мягкое, оно пахнет цветами розмарина и ярким мхом.
Не совсем в ее тело, а в некую версию его, где обе ее руки целы, а кожа на голове не тронута. Она встает и отряхивается. Ощущает, что это не ее настоящее тело — чувствует, что на самом деле не стоит. Это все равно, что оказаться в суперреальном сне. Как долго она добиралась сюда? Невозможно сказать. Она может лишь приступить к поискам Сильвер и вытащить ее отсюда, как можно скорее.