Что мы натворили (ЛП)
Кейт касается серебряных волосков в своей прическе. Их количество увеличилось за ночь.
— Да ты прямо Мария Антуанетта, — говорит Кеке и улыбается при виде тарелок, с которых исчез тортик.
— Я хочу отдать ее в какой-нибудь реабилитационный центр, — говорит Кейт.
Кеке вздрагивает.
— Что? Сильвер? Почему?
— Ты чрезмерно бурно реагируешь, — говорит Сет. — Сильвер ведет себя абсолютно нормально.
— Совсем ненормально! — заявляет Кейт. — Она все время погружена в виртуальную реальность.
— Нормально, — говорит Кеке.
— Иногда она не говорит с нами по несколько дней. Забывает поесть, потому что ела в игре, а потом забывает, что и в реальности должна есть.
— Нормально.
— Вы видели, какой худой она стала? На днях она потеряла сознание, и я не могла понять, почему. А потом мы поняли, что она пару дней не ела.
— Так упакуй ей пару изопротеиновых батончиков и заставь ее дружка установить напоминалку в ее интерфейсе. И одну из тех умных сосок, которые заставляют тебя пить воду.
— Ты серьезно?
— Что? А это мысль.
Кейт прикладывает ладонь ко лбу.
— Так нельзя жить.
— Теперь все живут так, — отвечает Сет.
— Она хочет сделать себя киборгом, и я не знаю, как ее остановить. Все ее друзья такие же.
— Ты не можешь остановить ее, котенок, — говорит Кеке. От этих слов у Кейт появляется жжение внутри. — Я хочу сказать, как только технологии улучшатся, я тоже собираюсь попробовать.
— Не смей!
— И я тоже, — говорит Сет. — Сейчас непривычно, но для Сильвер и Мэлли это уже будет нормой.
Морган постоянно упрашивает Кейт поставить себе кибернетические имплантаты. Он говорит, что возможности аналогового мозга ограничены; что, если они уже скоро не станут идти в ногу со временем, то окажутся в опасности оказаться на том же уровне развития, что и домашние кошки. Развитый искусственный интеллект в настоящее время начинает превосходить человека во всем. Оба сценария вызывают у Кейт сильное предчувствие. Она не хочет быть, как домашняя кошка, и не хочет, чтобы ее мозг усовершенствовали. Так что ей остается?
— Для нас нормально сопротивляться этому, как и наши родители — появлению телефонов и электронных книг. Кроме того, разве не будет замечательно от этих линз и «косточек»?
Кеке прикасается к прозрачному передатчику, который тянется от ее уха к губам.
— Я свои уже не чувствую, — отвечает Сет.
— Просто, чтобы вы, ребята, знали, — Кейт массирует виски. — Я сейчас в диком ужасе.
— На мой взгляд, ты выглядишь спокойной.
— Годы материнства.
Что всегда говорила Арронакс? Ты не можешь остановить прогресс. Но это не значит, что он должен ей нравиться.
— Я лишь хочу, чтобы вы, придурки, знали, что, если вы попытаетесь поставить себе имплантаты, я… Не знаю. Убегу. Присоединюсь к племени Отсоединенных. Сбегу куда-нибудь…
***
Боунчейсер начинает лаять.
— Что это за звук?
Кеке оглядывается назад в направлении кинокомнаты.
— Собака лает, — отвечает Сет.
— Нет, другой звук.
Они все наклоняют головы. Это сирена, и она воет все громче. Лай Боунчейсера набирает обороты.
Что-то в лае кажется Кейт не хорошим. Лай кажется другим и с нотками свирепости в нем. Она никогда не слышала, чтобы пес так лаял. Эта сирена… раздается в этой квартире?
До них доносится громкий рычащий звук. Мэлли начинает кричать.
— Сидеть, Чейсер, сидеть! — доносится его приглушенный крик. — Сидеть!
Когда Кейт с Сетом бросаются к Мэлли, тот начинает орать.
Глава 2
Чейсер
Кейт, Сет и Кеке бегут на звуки бешеного рычания. Сирена вместе с криками Мэлли вызывает перед глазами Кейт желтые линии. Когда они вваливаются в комнату, слышатся влажные звуки, погружающихся в плоть зубов. Мэлли кричит от шока и боли, его лицо превратилось в маску чистого ужаса.
— Чейсер! — кричит Сет. — Сидеть!
Но рычащая собака продолжает атаковать Мэлли. Получив еще один сильный укус в верхнюю часть бедра, мальчик падает на пол. Когда собака набрасывается на лицо Мэлли, Кейт кричит: «Нет!» и раздается такой громкий взрыв, что ее ослепляет. Она не может увидеть, что происходит, до нее доносится запах пороха и скулеж Боунчейсера. Ее зрение возвращается в виде разноцветных фигур: четыре человека перемещаются вокруг нее, собака лежит, умирая, на полу. Мэлли держится за свою раненую ногу, смотрит, как его штанины окрашиваются лепестками малинового. Кейт бросается к нему, опускается на колени и берет его за плечи.
— Ты в порядке! — восклицает она, будто выкрикивает приказ.
Бледные губы Мэлли дрожат.
— Ты с ума сошел? — кричит Кейт на Сета, который смотрит вниз на свой пистолет, будто не может вспомнить, что это. — Ты мог застрелить Мэлли!
Сет поднимает на нее взгляд.
— А ты бы предпочла, чтобы твоего сына загрызла робо-собака?
Кеке не двигается. Они все смотрят вниз на Боунчейсера, чей скулеж превратился в тихие стоны, собака задыхается и машет хвостом, в ее черепе зияет огромная дыра.
Кейт трясет.
— Что, черт возьми, произошло?
— Боунчейсер сошел с ума, — отвечает Вега, пугая Кейт.
Она совсем забыла о девушке Мэлли. Вега, как всегда, абсолютно спокойна.
— Нам нужно отвезти его в ветлечебницу «ПетТех».
Мэлли вытирает слезы. Они с Боунчейсер были неразлучны, пока не появилась Вега.
Кейт печально смотрит на собаку. Поначалу Чейсер пугала ее до жути, но со временем они привязались друг к другу. По сути, теперь больше, чем когда бы то ни было, ведь дети стали подростками, похоже, что Чейсер стала единственной, кто всегда рад видеть Кейт. Собака пытается встать на ноги, и Кейт инстинктивно тянется, чтобы помочь ей, но Сет перехватывает ее руку и качает головой.
«Я просто хотела попрощаться», — думает она, глядя, как К9000 выключается. Одна лапа бьет по полу в смертельной агонии.
— Мэлли нужна медицинская помощь, — говорит Вега.
Сет включает свой «Скрайб».
— Я вызову амбудрон.
— Нет необходимости, — сообщает Вега.
— Конечно же, чертова необходимость есть, — не соглашается Кейт, вкладывая в свои слова больше яда, чем хотела. — У него ранена нога. Он в шоке.
— Я провела сканирование тела, — говорит девушка Мэлли. — Его раны поверхностны.
— Ну, я все еще хочу отвести его к доктору.
— Нет необходимости, — возражает Вега. — У меня есть все нужное оборудование, чтобы помочь ему прямо здесь.
Она расстегивает свою блузку, открывая виду идеальную грудь третьего размера в кружевном пуш-ап. Из верхней части ее грудной клетки выезжает небольшой отсек. Вега достает изнутри набор первой помощи и, отсек закрывается. На ее коже не остается и намека на него. Из ее виска появляется осветительный прибор и, когда он включается, она им улыбается.
— Могу я воспользоваться вашим кухонным столом?
Вега поднимает на руки Мэлли, будто он ничего не весит, несмотря на то, что он ростом почти с Сета, и относит его на кухню. Аккуратно кладет его на стол и открывает аптечку. Кейт маячит рядом, пока Вега разрезает ножницами его джинсы и опрыскивает его раны дизеинфецирующим анестетиком.
— А, — произносит он со вздохом. — Уже лучше.
— Не шевелись, — приказывает Вега, — будет немного больно.
Она стягивает края раны вместе и проходится вдоль хирургическим автостеплером, оставляя позади миниатюрный железнодорожный путь из стежков цвета кожи. Кейт волнуется, но она заворожена процессом. Вега будто застегнула его на молнию.
— Они растворятся через пару дней, — говорит Вега. — Будешь как новенький.
Робо-девушка накрывает меньшие порезы тромбоцитарными пластырями и убирает аптечку обратно в грудную клетку. Передает Мэлли ингалятор.
— Чтобы уменьшить боль.
Сет звонит Арронакс. Сопровождаясь звуком всплеска, появляется ее аватар.
— У нас проблема.