Вершители порядка (СИ)
— Ты говоришь о цикле… что ж, в библиотеках пирийского храма, где мы расположились, мы нашли литературу о цикле или нечто похожем. Если тебе интересно, то мы можем и поделиться с вами ею.
— Хм, — задумался Арантеаль, приложив руку к подбородку — О цикле[11] говоришь. Но вы ведь предатели, и что мне с вами делать? Скажи, как можно предать Орден, как можно ради своих мелких целей отступиться от святого долга?
— Арантеаль, — устало начинаю я. — Мы можем вернуться сюда, дать вам наши знания о цикле, предоставить оружие, помогать вам. Или мы снова продолжим враждовать и это ни к чему хорошему не приведёт Эндерал.
— Что вы хотите взамен?
— Об этом тебе сообщит сам Велисарий. Мы придём сюда и всё обсудим. Как тебе Арантеаль?
На этот раз великий магистр ещё глубже задумался, и я даже не думаю его отвлечь. Сейчас решается судьба целого города или континента, и не дай Боже сказать лишнее слово, ибо оно может стоить нам всего этого предприятия. От волнения я начинаю про себя молиться, чтобы успокоиться:
«Творче, помоги. Убеди этого человека, дабы он внял моим словам, и принял верное решение. Творец, не попусти того, чтобы народ Эндерала сгинул».
— Ладно, давай, — соглашается неуверенно и робко Арантеаль. — Только возьми с собой свитки телепортации в Храм. Чем быстрее мы всё это решим, тем лучше.
— Нет! — кричит один из хранителей. — Этого предателя надо было сжечь или повесить!
— Арантеаль, пойми, — раздаётся крепкий голос одной хранительницы из четвёртого сигила, которая три десятка правила железной рукой Эндералом до возвращению великого магистра. — Мальфас заповедовал нам изгонять отступников. Это — продолжение его дела.
— Нет, Натара, мы не можем сейчас разбрасываться помощью, — тяжко сказал великий магистр, повернувшись в их сторону. — Нам сейчас нужна любая помощь, к тому же они… оправдали свои… подозрения насчёт Нерима.
— Арантеаль, маги из Нерима и теперь… приём этих мятежников? Это будет не слишком ли?
— Натара… я понимаю, это трудно принять. Но сейчас, мы должны объединиться перед лицом угрозы циклов.
Я опустил взгляд и увидел, как в серебряной миске покоится насыщенное красное сладкое яблоко. Долго не ев, я чувствую голод в желудке, урчание и хватаюсь за него, подтягивая к себе:
— Простите, я не ел со вчерашнего дня. На острове жевали сухари и рыбу.
— Хранители, — осторожно заговорил Арантеаль. — Сегодня наши братья вернулись на путь истины. Не будем их строго смутить за отступничество, ибо в наше время нам нужна любая помощь.
Что могут ответить хранители? Они молчаливо соглашаются с новой волей Арантеаля… проглотили и неримских магов, проглотят и это. Что ж, теперь мне пора покинуть это место и вернуться на остров, чтобы сообщить «радостную» новость. Но всё жук напоследок меня пробирает благодарность, несмотря на то, что мне плохо от новости смерти Йеро.
— Спасибо, — кланяюсь я. — Вы сделали правильный выбор.
— Этьен, — раздалось грозное обращение, и я смотрю в глаза Великому магистру, находя в них только презрение к себе, — ты не думай, что вам тут будут рады. Наша задача — остановить цикл, а потом…
— Понимаю, — киваю я.
— И у тебя железная воля, если ты сюда пришёл.
Я не обращаю внимания на эти слова, а стараюсь как можно быстрее покинуть это место. Выйдя за дверь я ощутил, как ветер бьёт в моё лицо, немного успокаивая. Теперь обратного пути нет, и мы ввязались в это… возможно, даже вопреки предначертанному.
Глава 3. Возвращение
Глава 3. Возвращение
«Святой орден — он защищает и правит с начала времен до сегодняшнего дня, твердо и нерушимо»
— Из книги «Святой орден».
Следующие сутки. Храм Солнца.
И снова я тут, только ныне не солнечное время, нет… это ночь, не беспроглядные, освещённые факелами и лампами, приятные для меня сумерки — прохладный ветер бьётся о подножья главного здания Арка, а с небе льётся дождь — ледяная промораживающая вода. Мне нравится эта картина — тяжёлые налитые облака, поливающие землю водой и холодный ветер. Всё это слишком тускло, но не темно, и поэтично, вдохновляет меня чем-то. Не знаю, может я просто расположенный к хмурой погоде человек?
Ладно, оставив мысли я взираю на тяжёлые ворота Храма Солнца и представляю, что с ними будет, если бы Нерим брал штурмом их… вряд ли бы они сумели даже повредить их. Слишком они толстые и массивные.
Но ничего, я надеюсь, что Нерим не станет угрозой для Эндерала. Велисарий, когда услышал, что Арантеаль готов их принять, не сказать, что был слишком рад, но всё же доволен результатом. И после того, как я вернулся он отдал приказ собираться в путь — мы возвращаемся, чтобы послужить Эндералу.
Рад ли я этому? Да, ибо теперь есть шанс того, что великий магистр к нам прислушается, и мы сможем предотвратить гибель родины. Я ведь не могу её просто так оставить. Я давал клятву Ордену, я шёл защищать Эндерал, защищать моих родных и друзей, защищать обычный народ от всякого отребья и нечисти. И мне было тяжко смотреть на то, как Орден предаёт это призвание, превращаясь в группировку противодействия надуманному апокалипсису. Что ж, теперь то он вернётся хоть отчасти к своему истинному предназначению.
Я прохожу дальше и ступаю на первую ступень, как слышу глас презрения от одного из хранителей:
— О, мятежник. До сих пор не могу поверить, что Арантеаль вас так легко простил. Вас надо было вздёрнуть.
— И тебя рад видеть, — говорю я, чувствуя, что сейчас в меня может полететь меч, но он остаётся в ножнах, а вместо него только слова, ранящие сердце:
— Ты предал клятву хранителя, ты — паршивый мятежник и нечего тебе делать на Святой земле, как и твоим дружкам.
— Тогда, почему ты меня терпишь?
— Так приказал Арантеаль. Если он считает, что вы нужны, значит так тому и быть… вас не тронут. Но только оступись.
Я не обращаю внимания на это и иду дальше. Теперь для Святого ордена мы — собаки, которых можно пнуть. Иронично, мы всего лишь хотели выполнить роль защитников отечества, а нам за это обвиняют, потому что мы не стали слушать мифы и россказни, а хотели заниматься реальным делом.
И снова опустив голову, я приложив максимум усилий отворяю эти ворота и прохожу за них, тут же уткнувшись в высокого роста девушку. Пылающий огонь факелов бросает на её слегка смуглую кожу, показывает из темноты одежду — кожаное одеяние, состоящее из зелёной короткой обтягивающей куртки, выражающей её грудь, ремень с сумочками, высокие сапоги и несвободные штаны.
— О, как же вас… Лишари Пегаст, — вспоминаю я имя девушки, посмотрев в её слегка круглое лицо, обрамлённое чёрным промокшем волосом, — как поживаете?
— Ох, сначала наёмники в Решенграде, потом вы… что за дерьмо творится вокруг? Кто же дальше к нам явится — чёрный страж?[12] — явно девушка недовольна мне. — Только вашего возвращения для полной картины…, - я умело проступил нецензурную брань, вставленную под конец речи.
Сейчас я ни хочу не с кем сориться. Вначале, когда она пришла вместе с Юсланом и Константином в храм я негодовал и часто на совместных совещаниях высказывал своё недовольство по поводу их присутствия, называя дикими и противниками порядка, но разве кто-то прислушается к хранителю первого сигила, которого ещё поставили следить за парой агентов?
Да и время, проведённое в изгнании за изучением Предания не может не изменить сознание. Раньше думал, что эндеральцы это какая-то, заслуживающая признания нация, но что в итоге? Арантеаль, как великий магистр тронулся, хранители в его безумии последовали за ним, а люди — «богоизбранные» даже не почесались, чтобы хоть самую малость предотвратить тот ужас, который мягкой поступью приближается к Арку. И присутствие этих неримцев может нам помочь как-то… но это не отменяет того, что они невыносимые.
— Знаете, а я передумал, — выпаливаю я. — Вот теперь я вам действительно рад, — то ли от усталости, то ли от ещё чего-то я убираю маску серьёзности. — Вот реально. Теперь великий магистр может не трогать нас, а полностью заняться изучением цикла с вами.