Вершители порядка (СИ)

Кажется, миг отвлечённости подходит к концу. Движение впереди выводит меня из полусонного состояния, и я поднимаю меч. Кажись, нужно что-то сказать… что-то подбадривающее и вдохновляющее.
— Воины, — полурыком я обратился к горстке солдат, вздев меч. — Сегодня вы покажите, что такое встретиться с избранными ратниками Эндерала. Вы — соль своей родины. Рвите и мечите, но не дайте этим подонкам осквернить вашу землю!
Враги подходят всё ближе. Я вижу их броню — длинные кольчуги, на которых тряпье раскрашенное в чёрный и жёлтый, знаменоносцы несут изображение одноглавого геральдического орла.
— Артиллерия! — я отдал команду. — Обрушьте на них гнев небес!
Батарея позади меня «ахнула» в один голос. Пять стволов оглушительной канонадой, выдав пламя и оделяло дыма отправили пять бомб в стан врага. Мгновенно среди чёрно-жёлтого потока одежд понялись кроваво-грязные фонтаны, крики и агония слились в одну печальную музыку смерти.
Но враг не отступает, он тем паче усилил скорость движения. Пока пушки перезаряжаются и снова командую:
— Арбалетчики! Ливень! Стрельба по готовности!
Воины подняли своё оружие и в небеса устремился свистящий поток болтов, мгновенно осевший на головы противника редким дождём болтов. Снова стрелки кладут болты на ложа орудий и готовятся к очередному залпу. Неримляне не отступают и продолжают бежать. Чуть меньше двух сотен врагов бурным потоком заполнили ущелье, и я чувствую, что пелена действия лекарства отступила. Моё дыхание участилось, а сердце забилось сильнее в предвкушении битвы.
Несущие ручницы — маленькие пушки по моей команде выставили их и когда неримляне подошли достаточно близко открыли огонь. Кусочки стали, шарики и осколки золотистого металла звёздников — поток всего этого вырвался из десяти дул и «душем» смерти окатил наступающие ряды. Три или четыре первых шеренги упало замертво — убойная сила оружия отправила снаряды с такой мощью, что они вспороли доспехи и окропили местность кровью.
Я приготовился. Стрелки отступили назад и пушки снова порадовали меня залпом, который отдаётся в ушах звоном. Часть неримцев разлетелась в стороны, разорванные и покалеченные.
— За свободу человечества! — до нас доносится клич Нерима.
В ответ я и мои солдаты кричат свой девиз:
— За Эндерал стоим до конца!
Широкие щиты ополчения и храмовников поднялись, чтобы встретить волну противников, образовав непреодолимую стену дерева и металла. Так же щит поднял, и я… враг сближается. Первое, что я ощутил, так это сумасшедший натиск, такое ощущение, что в щит въехал таран, но мои ноги остались на месте. Тут я уколол из защиты и ощутил, что мои меч морозным лезвием пробил вражескую кольчугу. Арбалеты опять напевают скорбную плачевную песнь, а стрелки с ручницами поднялись выше и опять их орудия окатили неримцев дождём из осколков металла, которые прошили доспехи, разодрали лица и опрокинули часть вражеского строя.
— Держаться! — кричу я, отбивая вражеские выпады. — не посрамим Эндерала и его предков!
Враг пытается нас взять напором — массы солдат стараются нас опрокинуть. По щитам стучит оружие, но вместо этого натыкаются на острые наконечники мечей и копий. Неримцы — это самая настоящая чума, которая сулит только смерть, а поэтому каждый захватчик будет искоренён. Закрывшись щитом я снова колю, а потом опять и так до тех пор, пока чёрно-жёлтая ткань на кольчуге врага не стала пропитана красным. Тут же его место занимают ещё двое, и я защищаясь щитом, отбиваю мечом выпад второго. Приложив титанические усилия я отталкиваю одного и широким взмахом меча отправляю в загробный мир второго через порез на шее.
— Человечество будет свободным! — кричит один из противников и врезается в меня, но я вовремя присел, чтобы не быть скошенным, а затем из позиции сидя резко встаю с колющим ударом, загоняя врагу отупленное острие меча подборок.
Враг закряхтел и упал на землю, пытаясь уползти, но какая-то «добрая» душа из моих парней прекратила его мучения, возгнав копьё в спину. Крики и вопли, выстрелы и канонада пушек — всё это стало для меня единым.
 
Нас медленно оттесняют назад, я вижу, как кого-то из моих солдат опрокидывают, выдёргивают из стройного ряда и забивают мечами. Тактика Велисария — сражаться плотным строем стеной щитов с широкими щитами эффективна, но всё же у нас очень мало солдат для такого. И место раненного занимает воин из второго ряда, не давая противнику прорваться.
Арбалетчики стали пристреливаться всё ближе к нам, как и стрелки с ручницами — чтобы у нас появилось место для маневра, но насколько это эффективно, когда враг, прикрываясь редкими треугольными щитами толпой прёт на нас. Болты вязнут в защите, а
— На поле боя чародей-офицер! — кто-то диким криком обозначил обнаружение вражеского командира.
Я посмотрел и увидел, что этот маг в одеждах свето-жёлтого цвета стоит посреди вражеского потока. Он выпускает в нас магический болид. Огненный шар пролетел над нашими головами и ударил по позиции батареи. Одна из пушек мгновенно «подпрыгнула» и приземлившись, охваченная огнём разалелась на части.
— Уничтожьте чародея! — приказываю я; немедленно единый огонь пушек и стрелков с ручницами переместился на его позицию, но успел переместиться и десяток неримцев, стоящих там, превратились в противно-кровавые брызги на траве.
Но и маг совершил фатальную ошибку — в порыве поспешной телепортации он выбрал не самую удачную позицию. Я воткнул меч в землю и упёрся двумя руками в щит, раскидывая врагов, а когда предо мной освободилось место я одним поставленным движением вытащил огневицу у меня на поясе и протянул её в сторону мага, который стоит напротив меня. Громовой выстрел оглушил близко стоячих противников и свинцовый шарик быстро пролетел десять метров до врага. Из шеи брызнула кровь, маг тотчас повалился на землю и стал биться в конвульсиях. Пуля из второго оружия заставила его упокоиться навсегда.
Но врагов едва ли становиться меньше — они прут словно крысы. Ступая по окровавленным и разорванным телам товарищей, наступая через пороховые и дурно пахнущие облака дыма, под град болтов и картечи, они неумолимо наступают, а ополченцев дух падает, когда они видят, как их товарищей выдёргивают из строя и пронзают ударами десятков мечей. Я уже думаю, что все мы тут и поляжем. В мой доспех воткнулось что-то — неримский меч обошёл меня, но завяз в броне. Я одёргиваю врага и нисходящим ударом погружаю клинок в броню врага, рассекая табард и кольчугу, а затем ещё одним ударом ломаю ему ключицу.
Едва ли это что-то поменяет… врагов всё равно больше. Подняв на секунду голову к хмурым небесам я взмолился о помощи, и она пришла… краем глаза я заметил, как на вершинах, которые образуют пики ущелья наверху, кто-то пробирается в мешковатых одеждах и зерцальных доспехах. Спустя пару секунд на неримлян обрушился дождь стрел — сверху открыли огонь кочевники-мародёры, подкупленные нами ранее.
— Отлично! — крикнул я. — Вот и подкрепление!
Стрелы со свистом, подобно дождю обрушились на голову наших врагов. Пушки снова «ахнули», снося бомбами ряды противников, арбалетчики и стрелки с ручницами практически отстреляли боезапас, но всё ещё продолжают посылать ливень смерти в противника.
Я чувствую, что враг дрогнул — они смотрят по сторонам и видят, что большинство их товарищей лежат мёртвые или умирающие, стонут и кряхтят, а ущелье ранее тёмно-зелёное от количества растительности стало мерзко-красным, вместо травы всё завалено телами их сослуживцев, оторванными конечности и грудами разверченной плоти, а запах цветов сменился железным ароматом крови, горьким амбре пороха и вонью смерти.
 
Неримцы не ожидали подмоги, их сердца одолел страх и немногие выжившее стали бросать оружие, а затем и все оставшиеся полсотни противников бросились в паническое бегство… что стало смертельной ошибкой. Лучники не знают пощади — теперь стрелы летят в спину врагам, а пушки бьют по удирающей толпе. Встретив врагов лицом к лицу, я отворачиваю лик, чтобы не видеть, как при попадании бомб мелкие кусочки металла отрывают руки и ноги от тел, как тела, брызжут кровью и разлетаются кусками плоти и костей при попадании.