Вершители порядка (СИ)

Но ладно. Посидев и подумав о том, что было, я беру сети с рыбой, делаю глубокий вдох, чувствуя, как лёгкие наполняются солоноватым воздухом. Подойдя к столбу я закидываю рыбу, вино и мясо в один большой мешок, как слышу звук. Порхание и хлопот крыльев над головой отвлекли меня. «Неужто почта!» — радостно подумал я и действительно — в «дом» прилетела птица я успел заметить только её коричневое оперение, которое скрылось в коробе. Оставив мешок, я открываю короб и достаю птицу из него — аккуратно, чтобы её острый изогнутый клюв не пробил мне перчатку и вынимаю бумажный лоскут из крошечного цилиндра, прикреплённого к лапе. Вернув пернатую обратно, я разворачиваю бумагу и читаю сообщение, от которого мне становится не по себе. Рядом с бумагой так же был и небольшой скрученный цветок жёлтого цвета. Буквы на бумаге возвестили мне о приближении бури, которая сметёт Эндерал, а ведь я предупреждал великого магистра…
— Зараза! — выругался я от вспышки гнева, и чтобы не тратить время на бег к Храму, вынул один из драгоценных свитков телепортации; в моих руках бумага стала светом магии, приятно пронизывающим кисти. Пара взмахов, и я чувствую, как потоки энергии поднимают меня, а спустя миг вспышка света всё затопила перед глазами и образы колодного берега исчезли.
Щекотка и волнение пробежали по телу, секунда дала мне ощутить незабываемое чувство полёта, но оно отступило в том момент, когда магия вернулся меня в материальный мир и выбросила на холодный каменный пол. Наш чародей привязал магию свитка к этому месту — Залу Совещаний.
Весь комплекс храма расположен внутри скалы — древние пирийцы выбили его тут для своих поклонений, но ныне он используется нами. Зал Совещаний — центральное помещение, к которому ведёт узкий коридор от входа. Тут всё освещено маслеными фонарями и свечами, отчего отлично видно каменные скамейки и трибуну. От него исходит ещё четыре больших хода в скалу, ведущие в комнаты, где мы разбили молитвенную комнату, хранилище сухих припасов и спуск к источнику воды, мастерскую и палаты магистра. А узких путей около десятка, которые венчаются комнатами братьев и душевыми с туалетами.
Но до мыслей об устройстве бывшего Храма нет дела. Я бегу со всех ног через большой зал, где пирийцы проводили свои богослужения и натыкаюсь на одного из братьев. Он носит всё тот же анатомический доспех хранителей — с блестящим рельефно-телесным нагрудником, наручами и сапогами, только ткань вместо красного цвета Святого ордена стала оттенка светло-синей пастели, а так же спину покрывает утеплённый плащ.
— Эй, ты принёс пищу? — раздаётся его грозный вопрос.
— Да! — кричу я и тянусь к сумке, но мои пальцы находят только пустоту. — Проклятье! Я забыл её на берегу!
— Так возвращайся, — холодно приказывает он.
— Некогда! — с гневом отвечаю я и пробегаю мимо. — У меня послание для магистра!
Зараза, столько всего в последнее время, что память начинает сдавать. Понимая, что за оставление скудного припаса меня ждёт наказание, я решаюсь это сделать, ибо сообщение важнее.
Пробежав ещё двадцать метров я оказываюсь у арки, с которой начинается высокий широкий коридор, который я быстро прохожу. В ногах чувствуется боль, сердце глухо колотится в горле, и отдышка давит на дыхание. Я прохожу ещё немного и оказываюсь в покоях магистра — это просторная квадратная комната. Которая так же освещается лампами и свечами, которых магистр вместе с маслом для фонарей… «позаимствовал» вдоволь из хранилищ Арка.
Я захожу внутрь и вижу помимо каменной мебели стол с картой за которым стоит Велисарий. Это высокого роста эндералец, с карими выразительными глазами, чёрным пышным волосом и неаккуратной смольной бородкой на лице с острыми чертами. Его тело укрыла мантия тёмного цвета и меховая накидка. Он — отрёкшийся от Святого ордена человек, основавший свой Орден храмовников, сменив символику — теперь вместо красного штандарта с золотым оком, мечом и хоругвь с полотном светлого цвета на которой тёмно-алого цвета звезда с шестнадцатью лучами.
 
— Что ты хотел, Этьен? — оторвав голову от карты вопрошает магистр.
Я делаю робкий шаг вперёд и протягиваю послание, которое переходит в руки командиру, а мне хочется объяснить его содержание:
— Господин Велисарий, — мой голос дрожит от волнения, — наш агент, которого мы отправили год тому назад в Нерим сообщает, что тамошние власти готовы к ведению войны против Эндерала. Последние корабли не так давно оттуда отплыли и Коарек, глава Вольного народа Нерима, начал кампанию против Эндерала.
— А Арантеаль ещё говорил, что разведка — это дело пустое. Ладно, чего вспоминать прошлое — нужно начать предпринимать действия.
— Господин магистр, но что мы можем сделать? — спрашиваю я. — Десяток человек против целой армии?
— Во всяком случае первым пойдёт штурмовой корпус, но с учётом как построена оборона Арка, ему не составит особой сложности слёту пройтись по улицам города победным маршем, — грузная речь Велисария не вселяет в меня уверенности. — Нам необходимо сообщить Арантеалю о том, что его грёзы могут быть нарушены самым неприятным образом.
— Но как? Мы для них — радикалы, которых они не послушают. Господин, разве орден когда-то жаловал предателей вроде наших?
— Понимаю, но Арантеаль должен понимать, что случиться с ними, если они не вонмят нашим предупреждениям.
— Ладно, но кто отправиться к ним?
— Ты, мой друг, — лёгкая улыбка тронула губы Велисария, — кто ещё из нас хорошо подкован в праве и языкастее? Если я пойду туда, то мы снова поссоримся с Арантеалем, если туда пойдёт наш проповедник, то он уйдёт в вероучение.
— А, ты об Исаиле? Но ведь у нас есть ещё Гаспар? — Спрашиваю я, лишь бы не идти в Арк; после ухода как-то дискомфортно туда возвращаться; слишком много было выплеснуто, да и если Арантеаль рассказал об этом страже, то в меня могут полететь стрелы, а мне не хочется этого.
— Ты о том механике? Он конечно хороший учёный, но он слишком замкнутый. Среди нас только воины или делатели науки и веры. Пойдёшь ты, Этьен.
— Хм, смешно, — опускаю голову я смотря на ладонь, оттянутую перчаткой. — Теперь только от изгнанников и мятежников зависит судьба целого континента. От «радикалов», которые отреклись от Ордена.
— Ты отправишься вместе с посланием, — Велисарий отдаёт мне бумагу. — Тебе нужно только немного подготовиться.
— Хорошо, господин, — тяжело выдыхаю я, и чтобы хоть как-то переключиться от темы, спрашиваю. — Господин магистр, а что с другими планами? Мы же не зря год морозились здесь?
— Нет, не зря, мой друг. Как видишь, наши связи с Неримом дали свои плоды. К тому же Гаспар практически доделал конструкцию нового оружия на порохе. Говорит, что им легче обращаться чем с луком. Исаил продолжает изучение Предания и пирийских текстов, которые тут остались.
— А вы? — спрашиваю я. — Мы же пришли сюда не только ради нового оружия и веры? Я до сих пор думаю, что вы выбрали этот Храм только из-за отдалённости.
— Этьен, понимаю. Отчасти это так, но тут я нашёл много интересного, — Велисарий взмахом руки подзываем меня к себе, и я подхожу.
Я смотрю на карту, и он показывает мне карту Эндерала, на которой есть несколько отметок красным цветом. Мне непонятно что это и задаю вопрос:
— Господин, что это?
— Один из культистов, которые были тут полвека назад отметил в своём дневнике несколько тайных мест жительства скараггских[7] воинов.
— Эти дикари? Но зачем они нам? — возмущаюсь я. — Мне кажется, что они нам не нужны.
— Знаю. Это так, для начала. Храм оказался скуден — не пирийской экипировки, не чего-нибудь технического. Только тонны табличек и манускриптов на пирийском языке. Но даже среди этого удалось найти ценное.
 
— Вы о чём?
— Я говорю о томах магических книг. Судя по всему, жрецы пирийцев тут держали ещё и магические тома.
— Неплохая находка.
— Ладно, сейчас нам всем нужно подготовиться, — Велисарий посмотрел на свой щит, который стоит в углу. — Наступают тяжёлые времена и кажется, что вскоре всё примет совершенно страшный оборот.