Его строптивая любовь (СИ)

— Неужели это кусочки других миров? — произнесла я с интересом, как вдруг из ближайшего ко мне дома вышла невысокая хрупкая девушка, встряхнула копной сиреневых волос, взяла корзинку и подбежала к дереву, требовательно по нему постучав. То покорно склонило ветви, разворачивая листья с пойманными насекомыми. Девушка споро сложила их в корзинку и на место одной из бабочек положила красный клубочек, будто заплатила за работу.
— Занимательно, конечно, но немного тревожно, — оценила я свои чувства. Было не ясно, с какой целью здесь находятся эти шары. То ли это пленники, то ли очередные спасённые расы, которым не подходил климат Луцана, то ли что–то ещё. — И почему, интересно, я не увидела ни одного живого существа в замке, тогда как в сферах их, судя по всему, немало?
Вопрос остался без ответа, а видео закончилось. И, как я ни пыталась запустить его ещё раз, ничего не удавалось.
Но ведь мне выдали дощечку на все выходные. Вдруг там есть ещё данные? А если она показывает не только прошлое, но и настоящее? А вдруг… Сердце дёрнулось, застучав быстро–быстро. Вдруг я смогу увидеть Маро и Рагнара!
Сон и усталость как рукой сняло. Я спрятала магический гаджет под подушку и решительно направилась в библиотеку — если можно использовать эту штуку, я это сделаю. Не могу уже сидеть сложа руки и ждать с моря погоды. Не могу.
Однако внизу меня ждал сюрприз. Лорд Фогрейв собственной персоной. Жаль, не тот, что был мне так нужен, а его отец.
— Добрый вечер, Алессаль, — проговорил Эрдрих эр Фогрейв, мой отчим. — Хотел с тобой поговорить. Извини, что так поздно. Но завтра у вас, кажется, выходной.
  
Глава 29
 
Я вежливо поприветствовала отчима, сама же впервые за всё это время задумалась, какой информацией он располагает и что думает обо всей ситуации. У него пропала жена. Более того, истинная! Я, конечно, сильно подозреваю магический обман со стороны сайрены, но он–то, по идее, уверен в истинности своих чувств.
А что он знает обо мне? Рагнар вряд ли делился с отцом своими открытиями.
До чего неловкая ситуация может получиться, если я сейчас не права, и мой дракон докладывал обо всём отцу, а я буду делать круглые глаза и врать. И начну прямо сейчас. С невинной лжи. Потому что меня явно планируют забрать на выходные в городской дом, ведь лорду Фогрейву не откажут, оттого он и прибыл лично. Придётся работать на опережение.
— У меня завтра с утра две тренировки и огромный объём домашней работы. Как вы понимаете, мне приходится учиться за пятерых — я не владею самыми обыденными сведениями, которые есть у остальных, а моя физическая форма, как оказалось, оставляет желать лучшего.
— Да, логично. И всё же я бы хотел поговорить с тобой в спокойной домашней обстановке, — твёрдо произнёс отчим. — Утром я тебя проведу в академию.
Впервые я обрадовалась настоятельному требованию Рагнара не покидать территорию академии. К безопасности я относилась серьёзно и мне проще было придерживаться чётко очерченных границ. Сейчас я знала, что за ворота мне нельзя, и не колебалась, не терзала себя размышлениями «а вдруг», «он всё–таки отец Рагнара», «драконы оберегают детей своих жён».
— Мне удобнее остаться в академии. Давайте прогуляемся по парку, а потом я пойду в библиотеку, как и планировала, — предложила я, не прибегая к главному аргументу — запрету Рагнара покидать академию. Вообще не хотела поднимать этот вопрос, как и сообщать Эрдриху, что его сын отсутствует.
Я не дала мужчине возможности и слова против сказать — развернулась и зашагала в сторону парка, он вынужден был последовать за мной, наверняка ругая про себя мои земные привычки, ведь любая эрмидская девушка и не думала бы спорить!
— О чём вы хотели поговорить? — спросила, когда мужчина перебесился и поравнялся со мной.
Молчит. Снова злится. Не нравится ему положение вещей, где юная девчонка задаёт тон беседы. А я, признаться, сама не знаю, что творю, и не понимаю, как лучше действовать. Потому «иду по приборам», как говорят на Земле. В моём случае — доверяю интуиции.
 
— Ты изменилась, Алессаль, — тихо произнёс отчим.
— Мне непросто в Эрмиде. Если честно, безумно тяжело. Я на индивидуальном обучении и меня гоняют в пять раз больше, чем остальных. Сплю урывками. Вот вы зовёте меня в городской дом, а я специально вечером немного поспала, чтобы полночи учиться в библиотеке, затем в планах ещё один короткий сон, тренировки и вновь целый учебный день. Некогда с подругами пообщаться, не то, что куда–то выйти. Сейчас погуляем, подышу воздухом и за работу, — закончила я нарочито бодро, потому что от усталости неожиданно не столько объяснила своё положение, сколько пожаловалась.
— Может, забрать тебя домой? Год проведёшь в Харраде, без спешки подтянешь необходимые знания, а в следующем году поступишь заново, — предложил Эрдрих.
— Спасибо большое за предложение, вы очень добры. Возможно, так и следовало поступить с самого начала, но уже поздно. Я подружилась с девочками, да и Эрмид узнаю здесь куда быстрее и полнее, чем это возможно на домашнем обучении.
«О, да! Что есть, то есть», — протянул ехидно Огонёк, впервые за долгое время проявляясь. — «Ни одного дня без приключения — вот твой девиз!»
Не стала отвлекаться и отвечать ему.
— И всё же подумай. Дом опустел, — с тоской проговорил мужчина.
Мы прогуливались по узким тропинкам меж деревьев, притом его светлость не мелочился и освещал наш путь сотней небольших магических сфер. От них шло ровное спокойное тепло, и я потихоньку расслаблялась, настраивалась на мирный лад.
— Ничего, летом мы с Рагнаром вернёмся и дома будет так шумно, что вы будете с грустью вспоминать тихие и уютные вечера без нас! — подбодрила отчима. — Как у вас вообще дела? Вы переехали в городской дом или ненадолго в столицу? — завела я светскую беседу, понимая, что готова болтать на любую отвлечённую тему, лишь бы не обсуждать то, что действительно важно.
— Твоя мама пропала, — вместо ответа и без предисловий сообщил лорд Фогрейв, останавливаясь и разворачиваясь ко мне, чтобы хорошо видеть эмоции на моём лице, но мне не нужно было играть — я так удивилась внезапной смене темы, что стояла с ошарашенной физиономией.
Спустя несколько мгновений дёрнулась, приходя в себя.
— Но вы ведь её чувствуете по этой вашей связи, да? Она жива–здорова? — напряжённо уточнила я.
И снова играть не приходилось. Не могла я к сайрене относиться холодно или безразлично, не могла воспринимать врагом на эмоциональном уровне. Слишком много противоречивых чувств. А разум… он всегда подключается чуть позднее. И это сработало в мою пользу. Его светлость поверил, даже головой кивнул неосознанно.
— Она в другом мире, как мне кажется, — тихо признался он.
— Я думала, портал на Землю открывается раз в пять лет или около того, — припомнила разговоры в Харраде, не желая выдавать, что уже владею куда более полной информацией о различных способах перемещения между мирами. Мало ли, чем чёрт не шутит, вдруг он с «матушкой» заодно. Ну, мало ли!
— Надеюсь, она в безопасности? — Голос зазвенел. Я переживала. Сильно переживала. И его светлость вновь кивнул своим мыслям, видимо, убедившись, что я ни о чём не знаю, искренне беспокоюсь о судьбе лжематери. Я же беспокоилась о своей безопасности, потому и разнервничалась.
— Надеюсь, да. Я не чувствую прямой угрозы. Большего, к сожалению, сказать не могу. Она слишком далеко, — со вздохом произнёс Эрдрих.
Моя подозрительность вновь подняла голову. Что–то слишком много эмоций для страшного–ужасного высокого лорда. Дракон, конечно, считает меня своей семьёй, но я всё же младшая, а значит, он должен подавать мне пример безукоризненного поведения — и владения своими эмоциями в том числе.
«Я становлюсь параноиком», — подумала, испытывая страстное желание закатить глаза. Огонёк тут же посчитал, что это хорошая идея продолжить беседу.
«И неспроста. Я уже и сам не знаю, что думать. Фогрейвы — благородное семейство, и Эрдрих наверняка достоин и высокого положения в обществе, и доверия. Однако с твоим прибытием в Эрмид всё перевернулось с ног на голову. Веришь, не веришь, но я нахожусь в состоянии глубокого шока от того, что тёмные столько лет спокойно себе жили среди эрмидцев, ничем себя не выдав!»