Его строптивая любовь (СИ)

Реакция Мейзи меня задела и разъярила. Я едва сдерживала желание сказать ей какую–нибудь гадость, но понимала, что это бесполезно. Не понимала только, как исправить ситуацию. Не хватало мудрости, житейского опыта и спокойствия, чтобы найти выход прямо здесь и сейчас.
Покусала губы, чтобы немного отвлечься от злых мыслей и ничего не ляпнуть.
— Мейзи, вы не радуетесь за сестру? — раздался вопрос в лоб от Маро.
Девушка выпучила глаза, не ожидая подобной прямолинейности. Впрочем, мы выглядели не лучше. Со стороны мужчины задать подобный вопрос — невероятно дерзко и провокационно.
— Не радуюсь. А чего мне радоваться? Не я выхожу замуж за дракона, — обиженно, но честно ответила она.
— Смотрите в даль, а не под ноги, — дал совет рыжик. — Перед вами открываются совсем иные горизонты.
Восхитилась прозорливости и дипломатичности тёмного. Он был абсолютно прав и вовремя напомнил забывшейся девушке, что к чему. В качестве родственницы древнего и сильного дракона Мейзи становилась куда более интересной партией для любого молодого человека. Кроме того, ни для кого не секрет, что драконы оберегают свою пару, а потому исполняют практически любую её прихоть. Через Нарин Мейзи может получить разрешение на выход в город или направление на интересную ей практику, быть может, с красавцами боевыми магами, ведь той будет достаточно лишь хлопнуть ресничками и попросить мужа. Другое дело, захочет ли Нарин это делать после всех разногласий с сестрой.
— Благодарю вас, — подхватив юбки, Мейзи сделала книксен и, наконец, улыбнулась. Атмосфера в коллективе была восстановлена.
— Если позволите, юные леди, я бы хотел украсть у вас Алессаль, — невероятно обаятельно и галантно раскланялся с девушками Маро, цепко захватив мой локоть.
Мы сделали буквально несколько шагов, как он установил защиту от прослушивания и перешёл к делу. Точнее, к допросу.
— Дракон вёл себя хорошо?
— В каком смысле? — опешила я.
— В прямом.
— Хорошо! — ответила, не понимая, почему вообще отчитываюсь.
— А ты? — задал он второй вопрос.
— С ума сошёл⁈
— Я вижу, что в твоём теле произошли изменения и, похоже, состав крови изменился, притом существенно. Не понимаю, что произошло, но на связь с драконом не похоже, — не прекращая шагать в сторону Хрустальной башни, произнёс Маро.
Я промолчала, хотя его речь явно должна была закончиться моими объяснениями. По его мнению. Однако я не собиралась отчитываться, прекрасно понимая, что речь о нашей связи с планетой. Она формировалась каждую секунду, каждое мгновение, и я менялась, перестраиваясь, принимая часть чужой силы, отдавая свою.
Мы поднялись на крыльцо и Маро распахнул дверь в их сектор. Я замерла на пороге, всем видом демонстрируя, что порог переступать не намерена.
— Не доверяешь? — спросил он с усмешкой.
— Рагнар не оценит, — ответила коротко. Да, я не хочу лишний раз провоцировать своего дракона.
— Рагна–а–ар! — рявкнул вдруг рыжик, просунув голову в башню. Звук взлетел по лестничным пролётам, ударился в дверь на этаже дракона.
— Что? — столь же недовольно спросил мужчина, высовываясь из окна над нашими головами. — Алессаль? И ты здесь?
— Хочу поговорить, но барышня отказывается подниматься в нашу берлогу, боится, что мы носки разбросали по углам… которых нет, — хохотнул Маро.
— Поднимайтесь ко мне, у меня порядок, — предложил Рагнар, исчезая.
Зная, что не останусь с загадочным и непредсказуемым тёмным наедине, бесстрашно прошла внутрь и первой начала подъём по лестнице. Маро бесшумно двигался следом, а затем вдруг вновь захихикал.
— Чего смеёшься?
— Так, ничего. Представил себе порядок в спальне дракона.
— Гору сокровищ вместо кровати? — предположила с улыбкой.
— Что–то вроде, — солгал рыжик.
Не стала настаивать на честном ответе, предположив, что речь о непристойностях. Маро вообще сегодня вёл себя немного странно. Создавалось впечатление, будто он сильно повзрослел за период своего отсутствия, и теперь лишь делал вид, что печаль в его тёмных глазах напускная.
 
А вдруг… Вдруг я ему действительно нравлюсь и он расстроен, что наши с Рагнаром отношения вышли на новый уровень? Но ведь он не ревновал. Кажется.
Задумалась. Нет, ну точно не ревновал. Он подтрунивал над нами, развлекаясь. Относился ко мне снисходительно и заботливо. Я совершенно уверена, что он не влюблён в меня. Но отчего–то я ему не безразлична, как и моё поведение.
— Почему тебе так важно было узнать, как мы себя вели? — спросила, останавливаясь и разворачиваясь. Нечеловеческие глаза рыжика сверкали в сумраке плохо освещённого участка лестницы ночными звёздами. — Скажи мне честно: ты мой родственник, да?
— Почему ты так решила?
— Не знаю. Я странно к тебе отношусь. Ты мне словно родной и близкий, свой. При этом ты настаивал на нашем обручении и в первый день не узнал… Это странно. К другим тёмным я тоже немного расположена, но не так, как к тебе. Предложение обручиться — уловка? — прямо задала я вопрос, который давно тревожил, рассчитывая на такой же честный прямой ответ.
— Ты нетерпеливое и любопытное дитя, — с усмешкой заметил Маро. — Топай наверх, говорить будем. У меня совсем немного времени, пока проход не закрыт.
— Ты был у сайрен? — спросила, вытаращив глаза.
— Поговорим наверху!
Я заспешила по лестнице, хотя видела в словах и действиях рыжика противоречие. До этого момента он никуда не торопился: спокойно ждал меня, затем неспешно беседовал с девчонками, вникал в их проблемы выражал искреннюю заинтересованность. Скорее, таким образом хотел увильнул от ответа.
Дверь на этаж Рагнара была распахнута и я с интересом зашла внутрь. И едва не расхохоталась, потому что паршивец Маро наколдовал иллюзию груды золота и обнимающего её чёрного дракона. Не хватало только виртуальной надписи: «Моя прелесть», но я её дофантазировала и тихонько хихикнула.
Рагнар закатил глаза, но развеивать магию рыжика не стал, оставив элемент дизайна на месте, и я с любопытством прошла через золотую груду, ничего не почувствовав.
— Выходит, иллюзии совсем невесомые, — проговорила сама себе под нос.
— Иллюзии бывают и осязаемыми, но это требует немало силы и времени, — сообщил Рагнар, чтобы я не сделала неверные выводы. — Маро, рад видеть. Располагайтесь.
Нас пригласили занять уютные кресла у небольшого столика, на котором стояли чашки с дымящимся кофе и ваза с конфетами, при виде которых у меня дрогнуло сердце. Невесомые, обсыпанные кокосовой стружкой шарики с нежным кремом и миндалём захватили всё моё внимание, даже аромат кофе не так кружил голову.
Желание забрать вазочку и слопать её содержимое было настолько сильным, что я, признаться, пропустила добрую часть разговора. Осторожно, словно не доверяя своим глазам, протянула руку к вазочке, взяла рафаэлку. Пальцы привычно развернули упаковку… Хруст… блаженство. Я закрыла глаза и наслаждалась любимым с детства сочетанием вкусов и текстур. Моя идеальная конфета! Само совершенство!
— Миа, — позвал Маро.
Я вынырнула из сладкого забытья и в ужасе посмотрела на гору фантиков на коленях. В вазе лежала одна–единственная конфетка. Пришлось сжать руку в кулак и с силой прижать к бедру, чтобы сохранить её для остальных.
— Я случайно. Извините, — выдохнула, глядя на мужчин виноватым взглядом, не сразу сообразив, что меня позвали не для того, чтобы пожурить, а для участия в наверняка важном и суперсекретном разговоре, о предмете которого я ни слухом ни духом.
— Я не люблю сладкое, — галантно солгал Маро.
— А я люблю, — тоже приврал дракон, чтобы добавить: — Так что ты мне должна по поцелую за конфету.
— Рагнар! — Посмотрела на него возмущённо, всё же мы не одни и подобные выходки неуместны.
— После его подарка ничего не имею против, — добродушно произнёс рыжик и расплылся в довольной улыбке.
— Вы о чём? — спросила, непонимающе переводя взгляд с одного на другого.
— Миа, у тёмных не должно быть слабых сторон. Ты вообще понимаешь, что из–за конфет потеряла голову и всё прослушала? — с тяжёлым вздохом спросил Маро, выпрямляясь. От его расслабленного состояния не осталось и следа.