Его строптивая любовь (СИ)

— Добро пожаловать домой! — поприветствовал нас глава рода Эрдрих эр Фогрейв собственной персоной, когда дверцу кареты открыл слуга.
— Сюрприз! — протянула мама и даже трижды хлопнула ладонями, показывая, как счастлива снова меня увидеть. — Вы подружились. До чего замечательно! Я безумно переживала! Выходите же скорее, дети, дайте на вас посмотреть.
Огонёк свернулся в груди и спрятался за сердцем. Рагнар посуровел, вышел первым и подал мне руку, не позволив это сделать ни слуге ни отцу.
— Ваше поведение недальновидно, — известил он родителей. — Я приложил немало усилий, чтобы дать Алессаль передышку и не представлять ко двору. Своим прибытием вы поставили нас в неловкое положение. Приглашение во дворец уже получено? — завершил от таким тоном, что родители вытянулись по струнке смирно, да и я, признаться, тоже.
— Да, — тихо ответила мама. — Я очень хотела увидеть Алессаль и её первый бал.
— Прежде, чем думать о собственных желаниях, леди Фогрейв, думайте о дочери и её интересах. А ты, отец, не потакай истинной бездумно. Или ты не получил моё сообщение? — потребовал от отчёта, тогда как мы все прекрасно знали ответ — получил.
— Прости, сын.
Суровый и огромный, как скала, Эрдрих эр Фогрейв понурил голову, руку мамы при этом не отпускал. Поддерживал.
Выходит, они истинная пара. Надо же, а я думала, это выдумка авторов любовных романов. Приятно ошибиться, пусть и в столь неудачных обстоятельствах.
— Извинений недостаточно. Вы предали интересы детей, — жёстко сообщил Рагнар и взял меня за руку. — Завтра с утра жду варианты решения созданной вами проблемы. Пойдём, Алессаль.
Я кивнула родителям и первой сделала шаг в сторону дома. Похоже, семейная чета Фогрейв прогуливалась по аллеям парка, когда мы приехали, и нас высадили не у парадной лестницы. Я была рада прогуляться и прийти в себя после встречи. И едва держалась, чтобы не прижаться к брату в попытке найти в том дополнительную поддержку.
Как так вышло, что он стал надёжнее родной матери?
Почему ему я доверяю, а ей нет?
— Рагнар, можно задать тебе вопрос?
Я пошла медленнее и остановилась, когда мужчина приноровился к моим шагам и тоже сбавил скорость. Посмотрела на него.
— А что ты сейчас сделала? — ехидно изогнув бровь, поинтересовался брат, склонившись ко мне.
Мы стояли в трёх шагах от небольшого фонтана и вечерний воздух был насыщен прохладой. Я вздрогнула, Рагнар тут же снял пиджак и завернул меня в него. Простой жест вежливости, а я неожиданно таю и теряю нить разговора, приходится выдавать то, что пришло в голову прямо сейчас.
— Ты выглядишь так, будто всё хорошо. Мне бы хоть часть твоего умения держать себя. — Сильнее развернула плечи, добавила во взгляд уверенности, подражая ему. — Так лучше?
— Несомненно. Но есть один момент, моя прелесть: я чувствую твой страх. Если хочешь забраться ко мне на ручки и…
— Нет! — сказала, как отрезала я, ещё и зло на него посмотрела. Ведь этот гад совершенно точно уловил моё желание. Мою слабость! Зато мозг протрезвел и напомнил о первоначальном вопросе. — Я не собираюсь идти на поводу у детских страхов, Рагнар. Вообще, хотела тебя спросить, почему тебе подчиняется отец, но сейчас важнее понять, как ты улавливаешь мои чувства, и могут ли так же делать чужие? Очень бы того не хотелось.
И вновь загадочное выражение лица. У него совершенно точно улучшилось настроение. Я в буквальном смысле кожей чувствовала — если Рагнар злился, она покрывалась пупырышками, сейчас же, как пели в известной советской сказке: «В Багдаде всё спокойно». Рядом с ним окутывает уютное и надёжное тепло.
— Сейчас я представлю тебя слугам, затем нам придётся спуститься к ужину, после поговорю с отцом и только перед сном зайду к тебе, поговорим.
— Если бы ты добавил в конце вопросительное «хорошо», фраза звучала бы приятнее, — намекнула на его гадкую привычку принимать решения без согласования со второй стороной.
— А ты ответила бы отрицательно?
— Разумеется, нет, я ведь не хочу умереть от любопытства, — проговорила, задрав нос. — Ладно, пойдём в дом. Пиджак, наверное, забери, а то слуги подумают…
 
— Что из дикаря я превратился в хорошо воспитанного молодого мужчину? — закончил Рагнар, отлично скопировав моё выражение лица.
— Мне нравится, когда ты шутишь. Удивительно видеть тебя таким… цивилизованным, — заметила с улыбкой. — Я на тебя хорошо влияю.
Подмигнула и первой зашагала в сторону дома, наслаждаясь приятным вечером и красотой величественного строения из рыже–розового камня.
— Э–э–э.
— Что? — спросила, оборачиваясь к брату. — Чистая правда!
«Он и не спорит с тобой. Осознал, что ты права», — подсказал Огонёк.
— Ты невыносима, Алессаль, — пробормотал мужчина.
— Я великолепна и неподражаема, — похлопав ресничками, сообщила брату. — Так уж и быть, дам тебе время привыкнуть к мысли, что ты меня зауважал и даже немножечко полюбил, и теперь прислушиваешься к своей милой младшей сестрёнке.
— Кхе–кхе! — Поперхнулся братец ядом.
— Говорю же: забирай пиджак, простудишься! — быстро проговорила я, снимая тёплый и уютный предмет одежды и пытаясь накинуть на широкие плечи. — Надень немедленно! — потребовала строго. — И не спорь со мной!
От такого моего поведения Рагнар в прямом смысле слова остолбенел. Замерли и шокированные слуги. Родители не посмели подойти и стояли поодаль, ожидая, когда мы уйдём в дом.
— Здравствуйте, — самостоятельно поздоровалась я со слугами против всех правил приличия. — Я — Алессаль Фогрейв.
— Хозяйка дома, — закончил Рагнар так, как умел лишь он — без особого выражения, но с таким весом каждого слова, что никто не посмеет ни усомниться ни воспротивиться. — Стивс, подготовьте оружейную к приёму артефактов и пригласите на завтра мастера Грувиса. Также отключите фонтаны во внутреннем парке и поставьте там чаши с маслом и дровами.
«И травы пусть добавят», — вклинился Огонёк.
— Добавьте в них, пожалуйста, ароматные травы и листья, — озвучила я общественности террористические требования стихии–гурмана.
— Будет исполнено, хозяйка, — с поклоном ответил дворецкий, при этом слово «хозяйка» произнёс с таким особым почтительным выражением, что у меня мурашки по коже побежали.
— Благодарю вас, Стивс, — ответила с улыбкой и небольшим поклоном. По этикету не полагалось, но мне показалась, так правильно, и я не ошиблась. Слуги посмотрели с такими восторгом и любовью, что я вновь расцвела улыбкой. — Рада с вами познакомиться. Думаю, для вас не секрет, что я прибыла из другого мира, и пока не освоилась в Эрмиде. Надеюсь, вы мне поможете. Пожалуйста, не бойтесь и не стесняйтесь обращать моё внимание на ошибки. Исправляя их, я быстрее приживусь в новом мире. И да, я знаю, что сейчас нарушила все мыслимые и немыслимые правила. Но не раскаиваюсь.
Вновь коротко поклонилась и посмотрела на Рагнара. Тот подал мне руку и провёл в дом, не ограничившись фойе. Рука об руку, мы поднялись на верхний этаж.
— Тебе понравился стеклянный потолок в Ургране, но здесь такой только у меня, — заявил братец, останавливаясь у широкой двойной двери с позолоченными ручками.
— Предлагаешь поменяться спальнями? — Я вновь похлопала ресничками, как заправская кокетка. — Или хочешь вогнать меня в краску, предложив неприличное? — закончила, состряпав шокированное выражение лица.
— Меня пугают твои нескромные девичьи желания, придётся спать в полглаза, дабы защитить свою честь, — в том же тоне ответил Рагнар, ещё и руку прижал к груди. Бедный–испуганный громила, да–да, так я тебе и поверила. До смерти испугался поползновений юной леди в свою кровать. Вот трагедия–то! Я уже приготовилась ехидничать, но не успела открыть рот. — Можешь читать в моей гостиной, — закончил он с ухмылкой, открывая дверь в комнату с прозрачным потолком.
Проглотила заготовленную колкость, заглянула в чудесную гостиную, в которой наверняка действительно удобно и комфортно читать. И не только.