Его строптивая любовь (СИ)
Приблизила губы к губам и вместо поцелуя потребовала: «Скажи прямо, что значит белый ауромо!»
— Это не только оберег, но и обещание, которое девушка даёт любимому мужчине, — проворковал страшно довольный Рагнар и, пока я ловила ртом воздух, добавил: — Совершенно не страшное, честное слово.
— К-какое? — прокашляла я, не в состоянии сейчас комментировать упомянутую влюблённость.
— Я же откуда знаю, о чём ты думала, когда его искала? Может, о свадьбе? — сделав круглые глаза, предположил Фогрейв.
Облегчённо выдохнула.
— Нет, я просила полезный для тебя ауромо, — сообщила с улыбкой. Затем замерла, выпучив глаза. Вспомнила, как думала о том, чтобы доставить ему удовольствие. Мысли ушли в горизонтальную плоскость, стало жарко. Тёплая вода совершенно не охлаждала ни тело ни разум, потому пришлось справляться с эмоциями самостоятельно, убеждать себя, что удовольствие бывает не только сексуального характера. Я могу порадовать его успехами в обучении тому же фехтованию, например. Ещё чем–нибудь…
— Люблю, когда ты краснеешь, — прошептал Рагнар.
— Это местный закат, — моментально сориентировалась я. — И вообще, я хочу плавать.
— А я — целовать тебя, — выдохнул мужчина, недвусмысленно прижимая меня к своему обнажённому телу. Нас разделяла только тонкая ткань намокшей рубашки, и я подрагивала от осознания столь недвусмысленной ситуации и собственных желаний.
Да что я за тряпка такая? Таю и таю в его руках!
— Нет уж, — произнесла твёрдо. — Поцелуи — только за ответы на вопросы! — выпалила вдруг, хотя и в мыслях того не планировала.
— Договорились! — серьёзно ответил Рагнар и моментально разжал руки, позволяя сделать шаг назад. Он поцеловал белый ауромо и зажал его в кулаке, будто клятву какую дал. — Все вопросы — ночью, нас рассудит Тьма.
— В каком смысле? — не поняла я.
— Ты ведь уже знаешь, как в Эрмиде заключаются магические договоры. Недавно мы с Маро показали тебе ритуал «Момент истины», здесь те же условия, только ставки другие, — объяснил мужчина и нырнул в воду, чтобы в два гребка удалиться на приличное расстояние. — Наслаждайся водой до темноты, — крикнул он.
Я не видела ничего страшного в поцелуях, хотя подозревала, что буду должна дракону, как земля — колхозу. Если мы не переступим черту… Грудь налилась жаром.
— Спокойствие, только спокойствие, — пробормотала себе под нос, погружаясь в воду. — Огонёк за нами присмотрит. И я… я ведь могу остановить его, если вдруг…
Рагнар обернулся и помахал рукой с зажатым в ней ауромо, показывая, что он всё отлично расслышал.
Поджала губы и даже не покраснела. Хватит уже, не то голову сломаю. Плавать надо, а не думать о поцелуях. Да и что о них думать? Лучше буду вспоминать потом. И долги отдавать…
Глава 20
Рагнар плавал в отдалении, не делая попыток приблизиться, и я смогла полностью расслабиться, подрейфовать на солёной воде, ни о чём не думая, не анализируя, лишь наслаждаясь ласковым тёплым покачиванием, тихим плеском и приятным горьковатым ароматом местного моря. Но стоило солнышку скрыться за горизонтом, как дракон бесшумно приблизился, подхватил меня на руки и вынес на пляж с мелким, будто мука, песочком, поставил возле пышущего жаром Огонька, обсушил магией.
Я не двигалась. Стояла в ожидании, пока он оденется, не решаясь обернуться. За спиной царила подозрительная тишина, будто кое–кто коварный и хитрый надеялся, что я не выдержку и полюбопытствую, а там он во всей нагой красе.
Размечтался! Мне уже надоело краснеть.
«Тебе хорошо?» — спросила у Огонька, чтобы убить время.
«Н-да!» — коротко ответил он, не желая выныривать из нирваны и отвлекаться на разговоры.
«Балдей!» — хмыкнула добродушно. Постояла ещё немного, не выдержала и обратилась к Рагнару: — Ты оделся?
— К сожалению, да, — великомученически вздохнул мужчина.
Развернулась на пятках и удивлённо изогнула брови, увидев, что на пляже горят магические огни, словно сотни расставленных в произвольном порядке свечей, неподалёку от белой кромки воды постелена циновка, на ней — корзина для пикника с выглядывающей из приоткрытой секции бутылкой шампанского. По всей видимости, земного!
Хлопнула ресницами, приглядываясь.
— Как? — только и спросила у застывшего с букетом цветов полуобнажённого красавца. Затем уловила аромат любимого кофе. — О–о–о, — простонала, вновь опуская взгляд на накрытый импровизированный «стол», где стояла маленькая чашечка с дымящимся содержимым. — Как? — вновь повторила, не в силах справиться с эмоциями.
— Итого ты задала три вопроса: «Ты оделся?» — один раз и два раза «Как?», — неожиданно ухмыльнулся драконище и протянул мне цветы. — Вопросы плёвые, так что обойдёмся небольшими поцелуями, так сказать, по степени значимости и… глубины.
В следующее мгновение меня звонко чмокнули в обе щёки и кончик носа, а затем отпустили. А я настолько оторопела, что не сопротивлялась, ещё и букет забрала, машинально засунув в него поцелованный нос.
— Приятный аромат. Ты его здесь собрал? Никогда не видела подобных цветов, немного похожи на земные пионы, если бы были не зелёными, а розовыми…
— Ещё один вопрос — это замечательно! — обрадовался дракон и поцеловал меня в щёку, не делая попыток обнять и притянуть к себе.
— Договор! — очнулась я. — Ничего себе, морюшко! Размягчило мозг до состояния желе, а ты и рад! — предъявила дракону, отходя от него на несколько шагов. — И раз уж я расплатилась за ответы, жду их!
— Отвечаю в обратном порядке: да, цветы нарвал здесь, пикник организовал с удовольствием. Так, это на одно «как» ответ, а на второе — с помощью своей способности перемещаться между мирами. Про одежду уже отвечал, — скрупулёзно перечислил хитрец.
Очень хотелось узнать, откуда он узнал про земной пикник с шампанским, но интуиция подсказывала, что лишние поцелуи нам ни к чему, я и так взбудоражена одним лишь его видом и тем обстоятельством, что мы находимся наедине и в романтической обстановке.
«С ним тебе и у некрасивой каменной стенки романтическая обстановка», — съехидничал внутренний голос.
Крыть было нечем. Я с первого взгляда заинтересовалась мужчиной и, как он меня ни бесил, то и дело думала о нём. Держалась из последних сил, можно сказать. Напоминала себе по тысяче раз в день, что мне нужно вернуться на Землю, домой, что Рагнар — мой сводный брат, с ним нельзя крутить романы. Но и эта притянутая за уши отговорка постоянно истончалась. Сперва мыслью, что драконы — это вообще другой биологический вид и брат и сестра мы — разве что по фамилии. Затем, с раскрытием тайны сирены–няньки, исчезло и мнимое родство. Со временем и желание окончательно вернуться на Землю растворилось, как дым. В гости к Танюшке — да! Но не более. Магические миры — ни с чем не сравнимый наркотик. От магии невозможно отказаться, она слишком…
Почти так же притягательна, как Рагнар в свете огней.
Сердце дрогнуло, в горле застыл ком. Неловко сглотнула его, откашлялась, приняла строгий вид.
— Я бы хотела услышать более полный ответ на вопрос, как ты организовал пикник — откуда узнал про шампанское, как достал и перенёс сюда дымящийся кофе, что это за мир и почему именно он, — произнесла нервно.
Я начинала поддаваться романтическому настрою и нужно было как–то переключиться. Сказать, сделать что–нибудь, только не пялиться, как помешанная, на рельефный, красиво подсвеченный магическими огнями торс. Пальчики буквально дёргались от желания прикоснуться к нему, обвести каждый кубик, спуститься вниз…
Мамочки! О чём я думаю?
Что вообще происходит?
Безумие! Наваждение.
Отступила, напуганная разгорающимся внутри пожаром, заполняющим каждую клеточку, воспламеняющим кожу, выжигающим к чертям и сомнения и здравый смысл. Сжала букет так сильно, что сломала несколько стеблей.
В глазах дракона вспыхивают огни. Он делает шаг навстречу, а я… я вновь отступаю. Краем сознания понимаю, что действую неправильно, неверно. Не так, как надо. Но делаю шаг назад. Ещё один. И ещё.