Его строптивая любовь (СИ)

Маро говорил сквозь силу. Связанный ритуалом, он не мог увиливать, а потому невероятно злился. Я кожей чувствовала исходящий от него негатив, только, как оказалось, неверно поняла причину. И была очень благодарна дракону, который догадался спросить прямо.
— Что тебя так сильно бесит? — уточнил Рагнар. — Я ведь нарочно задаю вопросы таким образом, чтобы не поставить тебя в неудобное положение, не заставить предать свою расу и её идеалы. Есть пространство для маневра.
Мои брови взлетели к потолку. Вот ведь дракон! Само благородство.
— Ей лишили семьи, не давали инициироваться, её путь к взрослению и свободе только начался. Это предательство. В древнем понимании этого слова, — добавил рыжик негромко, почти интимно, будто хотел, чтобы суть понял только присутствующий здесь дракон.
Первое, что сделал Рагнар — посмотрел на меня. Пронзительно. Остро. Жалостливо…
Я же медленно–медленно, по капле, пыталась набрать кислорода в лёгкие, осознав вдруг, что меня лишили всей родни, даже той, что досталась мне в Эрмиде — Фогрейвов. Теперь я по–настоящему одна–одинёшенька, без рода, без имени, без поддержки влиятельной семьи. Я им никто.
Носоглотку сковало спазмом, я не могла сделать вдох, понимая, что сейчас задохнусь или грохнусь в обморок. На висках выступил пот.
— Алессаль, всё под контролем, не переживай, ты не одна, я с тобой. Держись! — приказал дракон и тут же задал следующий вопрос рыжику: — Кто ты, Маро?
Голос его звучал не степенно и размеренно, а быстро и нервно.
— Пока перевес на моей стороне и вопросы должен задавать я, но нашей девочке нехорошо и потому стоит завершить ритуал. Продолжим в другой раз. Ты мне должен ответ на один вопрос, — проговорил рыжик тоже практически скороговоркой.
— Договорились, — согласился Рагнар, и мужчины опустили руки. В следующее мгновение дракон был рядом, а Тьма скользила по телу, проникала под кожу, в мышцы, заставляя их расслабиться.
— Всё хорошо, не переживай. Я рядом. Я тебя не брошу, — шептал Рагнар, поглаживая спину. — Дыши. Вот так. Умничка. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Молодец.
— Миа, — обратился ко мне Маро по истинному имени, заставляя моментально встрепенутся, кивнуть поддержавшему меня дракону. — Эти две сайрены не несут тебе угрозы, они уже… Ты их никогда не встретишь. Пожалуйста, ни о чём не беспокойся. Учись, развлекайся, взрослей, меняйся. Тренируй тело и дух. Чаще общайся с Тьмой. И помни — ты не одна.
— Одна, — прошептала, ощущая огромную пустоту внутри, но слёз в голосе уже не было.
— Нет, не одна, — резко и твёрдо произнёс тёмный, гипнотизируя взглядом. — У тебя есть живая стихия…
— Которая работает на Рагнара, — тихо ответила я, обиженная на весь свет.
— Глупость какая. Это противоречит самой связи мага и стихии, — фыркнул рыжик. — И ты это знаешь, просто сейчас чувствуешь себя самой несчастной и покинутой. А на самом деле ситуация обстоит иным образом: ты в интересном, относительно безопасном для тебя мире, поступила в лучшую академию, у тебя все четыре стихии в подчинении, одна из которых — одушевлённая и сохранившая память, ты живёшь в отдельной башне, которая в тебе души не чает и заступается перед Академией, если вдруг возникают конфликты, ты дружишь с Тьмой, настоящим стихийным драконом и, конечно, со мной. Любой маг за что угодно из этого списка убил бы, не моргнув глазом.
— В точку, — подтвердил Рагнар.
«Особенно за меня», — активизировался Огонёк.
— Кроме того, у тебя есть уникальная возможность тянуть из нас информацию. Заметь, мы не стали общаться за твоей спиной, хотя могли, — добавил Маро.
— Спасибо. И тем не менее вы по–прежнему утаиваете от меня детали. Что вы подразумевали под предательством в древнем понимании этого слова? — потребовала я ответа, почувствовав себя куда лучше после перечисления рыжиком моих сильных позиций.
Маро недовольно посмотрел на Рагнара, будто тот нёс персональную ответственность за мою наблюдательность.
— В магических мирах женщины издревле охотились за сильными магами, чтобы понести от них дитя. Не для свадьбы, а для своего рода, — объяснил дракон. — Предполагаю, что твоя мать… Это только предположение, Алессаль!
 
— Я поняла.
— Предполагаю, что твоя мать поступила подобным образом, встретив огненного тёмного, однако её род по какой–то причине не принял её дитя, и она была вынуждена отдать тебя нянькам. Возможно, этим она спасала твою жизнь, — добавил Рагнар, прилагая все усилия, чтобы история не выглядела совсем печально.
— Но загнала в рабство, — закончила я горько.
— Ненамеренно, — сказал дракон, но тут же честно уточнил: — Наверное. Как бы то ни было, твою маму предала её семья.
— К слову, — вступил рыжик в наш разговор, — нянек обычно назначают старшие родственники. Так что это двойное предательство и месть в одном флаконе.
— Ладно, вопрос о моей матери пока остаётся… — Посмотрела на Маро и передумала. — Ты говорил, что можешь её найти, если я дам согласие на обручение. Ты действительно можешь это сделать или думал, что она живёт на Земле и достаточно лишь попасть туда? Я ведь правильно понимаю: когда ты брал у нас с сайреной по капле крови, тогда и понял о нашей с ней связи?
— Могу. Если бы ты не стала упрямо называть её тётушкой, я бы сообщил тебе о реальной расстановке вещей ещё тогда, — язвительно выдал рыжик.
От неожиданного обвинения застыла на мгновение, выпучив глаза и приоткрыв рот, однако вспомнила обстоятельства беседы. Я натуральным образом тогда отмахнулась от его попытки всё объяснить, посчитав себя самой умной. А ведь чего стоило дождаться его «лабораторного анализа» и задать один–единственный вопрос? Правду говорят на Земле: поспешишь — людей насмешишь.
— Я была неправа. Извини.
Пока рыжик театрально прижимал руку к груди, пока расхваливал мой замечательный характер и восхищался способностью признавать свои ошибки, я подошла к столу и извлекла из ящика дневник. Вопрос, кому можно доверить провести экспертизу, не стоял. Вариантов не было — я не желала показывать Рагнару мои мысли и чувства, ведь большинство страниц были посвящены именно ему.
— Мне? Серьёзно? — спросил Маро, протягивая руку. — Не уверен, что прилично читать о девичьих мечтах, но…
— Хватит паясничать. Я заметила, что кто–то внёс изменения в мои записи, а заодно подправил мне память. И хочу, чтобы ты…
— Память? — возмутился Маро и, выхватив раскрытый на нужной странице дневник, засунул в него нос. — Да, подделка налицо. Но память! Ты уверена? Это очень непросто сделать. Почти невозможно.
Он уставился на меня своими невозможными глазами, затягивая в их тёмные глубины. Я послушно замерла, не видя смысла в сопротивлении.
— Мне нужно предпринять какие–либо шаги, чтобы ты прочитал мои мысли? — уточнила, демонстрируя готовность к сотрудничеству. В присутствии Рагнара я не опасалась демарша со стороны юркого и хитрого тёмного.
— Я не умею читать мысли, но могу увидеть чужое вмешательство в работу мозга. Просто стой ровно, — немного раздражённо велел рыжик.
Стараясь моргать как можно реже простояла добрую четверть часа, но шея начала затекать из–за неудобного положения — приходилось сильно задирать голову.
— Скоро уже? — произнесла не шевелясь.
— Заканчиваю, — едва ли не прошипел рыжик, виски и лоб которого были усыпаны бисеринками пота. — Меньше думай, отвлекаешь.
— Ты ведь не читаешь мысли, — предъявила ему.
— Ни о чём не думай! — рявкнул Маро, не прекращая вглядываться… Уж не знаю, что именно он делал, но я себя чувствовала так, будто попала в вертикальный аппарат МРТ.
Не думать было удивительно сложно. Прежде я могла целый день заниматься ерундой, не включая мозг. Видимо, за время в Эрмиде совершенно разучилась валять дурака. Здесь ленивые и глупые не выживают. Или живут по чужим правилам.
— Миа!
— Молчу–молчу.
Кстати, интересно, ему Тьма подсказала моё истинное имя или…
— Ласси Миа Нанд! — рявкнул рыжик грозно, но всё же капельку устало. — Я работаю! Или ты хочешь оставить всё, как есть? Помочь ведь хочу.