Его строптивая любовь (СИ)

Улыбнулась своим мыслям. Сейчас жизнь на Земле казалась далёкой–далёкой и какой–то… будто не моей вовсе. В той прошлой жизни я часто ленилась, занималась ерундой. Прожигала время, если говорить совсем откровенно. Здесь же каждый миг был важен и нужен, каждая локация — интересной и манящей. Хотелось наполнить свой день по максимуму. И интересными событиями, и общением с разными созданиями.
А ведь я веду себя совсем как турист, приехавший на отдых буквально на несколько дней, а потому обуреваемый желанием всё успеть посмотреть, попробовать, испытать.
Но нет, в Эрмиде я надолго. Но почему-то кажется, что не навсегда. Пятая точка всячески намекала, что нам с ней жизненно необходимо посмотреть, что ещё можно включить в туристическую программу. Раз здесь есть выходы в разные миры, сидеть ровно и не двигаться навстречу приключениям — себя не уважать.
Здравый смысл без экивоков напомнил, что сперва следует изучить один мир, обеспечить надёжный тыл, а затем уже искать приключения на различные стратегические места, и я вернулась к книгам с новым энтузиазмом.
— О, так вот, куда ты запропастилась! — обрадованно выдал Маро.
— Тишина! — рявкнула библиотекарь. Я сильно подозревала, что она вампир, но, так как некоторые расы были внешне похожи, не рискнула утверждать.
Подняла взгляд и увидела, что рядом с долговязым рыжиком степенно шествует Рагнар. Неужели эта парочка спелась? Или живут по принципу: держи друга близко, а врага ещё ближе?
— Не отвлекай её, — холодно проговорил Рагнар, и не думая двигаться в сторону библиотекаря за учебниками. Ждёт, когда рыжик уйдёт, не иначе.
— А я не отвлекаю, я помогаю! — жизнерадостно заявил огненный тёмный, просматривая выбранные мной книги. — Ой, да это всё не то. Сейчас принесу литературу поинтереснее, — пообещал он и удалился, захватив отложенную и уже ненужную стопку книг. — Это вам от вон той леди с третьей парты, — игриво заявил он вампирше, которая расплылась в улыбке и стала напоминать человека.
Может, она просто бледная и высокая, а я сразу причислила к кровопийцам? Жаль, у меня пока слишком мало опыта, чтобы сходу вычислять расу. Тренироваться ещё и тренироваться. И лучше не откладывать, пользоваться каждой возможностью. Эрмид — не то место, где можно позволить себе роскошь жить с закрытыми глазами, нужно познавать и быть начеку.
Обратилась к Рагнару, кивая в сторону заинтриговавшей меня дамы.
— Не могу понять расу. Вампир? — прошептала едва слышно, зная, что брат услышит и поймёт.
— Эльф.
— Но у неё тёмные волосы! — повысила я голос от удивления, краем глаза отметив, что библиотекарь обратила на нас внимание и её ухо, прежде спрятанное под кудрями, показалось наружу, развернувшись в нашу сторону. Теперь–то я видела его форму и точно бы не ошиблась, но было поздно — меня засекли. Делать вид, что ничего не произошло, не стала. Провинилась, так провинилась. А потому встала, прижала руки к груди и извинилась. Дама поджала губы, но кивнула, принимая извинения, а затем вернулась к разговору с Маро, который пытался выцыганить у неё книги из архива.
— И что? А у тебя светлые, — справедливо заметил братец, намекая на мою тёмную суть.
— Это потому что я милая, хорошая и добрая, — отреагировала моментально и скорчила лицо, зная, как раздражают Рагнара искусственные гримасы.
— С этим сложно поспорить, — заметил братец и тоже пошёл за учебниками.
Маро вернулся первым, положил передо мной три тонкие, с виду совершенно непримечательные книги, одна из которых была в ужасном состоянии: заляпанная, потёртая, с порванными страничками.
— Она не позволяет себя реставрировать, — уловив мой взгляд объяснил рыжик. — Её нужно разобрать, очистить постранично и перепрошить, но эта мадемуазель боится иголок и никого к себе не подпускает, чтобы не усыпили и не надругались.
— А кто их любит? — уточнила я на полном серьёзе и погладила бедную испуганную книжечку. — Не волнуйся, моя хорошая, я тебя не обижу. Я и шить толком не умею, недавно пробовала, так исколола все руки.
 
— И куда дела кровь? — шёпотом уточнил Маро.
Посмотрела на тёмного. Он выглядел встревоженным и даже… испуганным?
— Уничтожила, — ответила, многозначительно поиграв бровями.
— Прикормила, значит, — Маро кивнул своим мыслям и сел рядом, пододвигая к себе одну из принесённых книг.
— Что ты имеешь в виду? — уточнила, кусая губы.
Огненный тёмный снял с пальца перстень с плоским чёрным камнем и положил его на стол, активируя купол или нечто подобное. Воздух словно немного уплотнился, но ни привычной ряби, ни магических пунктирных линий я не видела. Лишь знала, что мы отрезаны от мира, хотя внешние звуки не исчезли.
— Капля Тьмы работает здесь недолго, имей в виду, — предупредил Маро скороговоркой и тут же перешёл к сути: — Я подозреваю, что тебе дали живой огонь временно, Миа, а ты привязала его к себе и не отдаёшь.
— Кто? Леди Фогрейв? Ты её допросил, к слову?
— Она не в Эрмиде и сюда без моего позволения не вернётся, не опасайся с ней встреч, — произнёс Маро вместо ответа на заданные вопросы. И я чувствовала, что настаивать бесполезно.
— Огонёк на моей стороне или нет? — не скрывая озабоченности уточнила я.
— Если он тебя принял и подружился с твоей Тьмой, значит, на твоей. Всегда на твоей. По умолчанию. В Огне, как и в Матушке можешь не сомневаться, — успокоил меня рыжик.
— Матушкой ты называешь Тьму?
Маро посмотрел на меня, пытаясь сообразить, не шучу ли я сейчас. Пожала плечами, показывая, что не играю, ничего из себя не строю, действительно не знаю.
К нам повернулся Рагнар, и я принялась листать страницы древней книги, что принёс рыжик. Вроде как мы ни о чём и не говорим вовсе, тебе показалось, дорогой брат, учимся изо всех сил. Мой собеседник тоже имитировал учебный процесс, притом выходило у него куда более натурально. Что значит — опыт! Он облокотился на руку, прикрываясь таким образом от Рагнара и прочих возможных зрителей, вроде как активно и увлечённо читает, сам же раздумывал над моими словами.
Но время действия артефакта поджимало, так что мне не пришлось долго ждать.
— При всех своих способностях я едва узнал в тебе нашу, Миа. И то уточнил у Тьмы, не обманывают ли меня рецепторы. Ты недавно инициировалась? — потребовал он ответа.
— На днях, можно сказать, — не стала артачиться и ответила честно.
— Но… Когда приняла Тьму? Обычно она приходит в детстве, ты растёшь с ней, привыкаешь, неспешно сливаешься, учишься пользоваться силой под её контролем. К твоему возрасту уже проходит не одна инициация. Некоторые происходят во сне и наутро ты чувствуешь, как ломит суставы, ноги и руки слабые, весь день ты роняешь предметы и ведёшь себя заторможено, следующей ночью всё это проходит — Тьма подлечивает. Другие более заметные — бешено бьётся сердце, но тело при этом остывает, иногда критично, до предельно допустимых значений, затем следует резкий приступ жара, но через пару минут отпускает, — объяснил тёмный, кажется, сообразив, что я совсем новичок и более того — не знаю азов.
— И тьму и огонь приняла в Эрмиде не так давно, а остальные стихии — вообще на полигоне академии при поступлении, — призналась, понимая, что без должного уровня откровенности не получу информации. Кроме того, Маро — единственный огненный тёмный, который может… научить меня быть тёмной, грубо говоря.
— Мне нужно это переварить, — прочистив горло, сказал рыжик и вернул артефакт на место, лишая нас защиты от прослушивания.
Признаться, его реакция насторожила. С другой стороны, у него больше информации. Неудивительно, что ему требуется время обработать её с учётом изменения вводных. А мне сейчас нужно не голову ломать, а читать с трудом добытую рыжиком книгу, вдруг возможности больше не представится.
Я рассуждала разумно и правильно, но сказать — одно, а сделать — другое. Переключиться удалось не сразу. Более того, углубиться в чтение книги было невероятно сложно из–за различия особенностей речи. Я словно взяла учебник, написанный с «еръ», «ять» и прочими давно исключёнными из алфавита буквами. Вроде бы читать можешь, понимать тоже, но времени отнимает с непривычки ого–го сколько.