Его строптивая любовь (СИ)

Вытаращила глаза на своего мужчину. Откуда такое бесконечно доверие к действиям повелителя? Который, к слову, хотел нас разлучить.
Задумалась. А хотел ли?
Может, его целью было спровоцировать меня на признание о ветре и последующую договорённость со стихией? Так сказать, придал ускорения любимой дочурке, ни к чему не принуждая. Почти.
Очень на него похоже, да. Прямо сказать — это ведь не наш вариант, мы ведь так не умеем, не по–тёмному это.
Та же история, что с детьми. Не хочешь рожать? Запретим — сама захочешь, ещё и настаивать будешь.
И ведь я действительно собиралась об этом поговорить с папулей, а если он не разрешит, забеременеть «совершенно случайно». Потом передумала, вспомнив земное «Назло маме отморожу уши», успокоилась. Глупо рожать из вредности. Но, видимо, так меня детская тема зацепила, что я думала о ней всё больше и искренне обрадовалась, когда отец отменил запрет. Потом, конечно, разозлилась, но, опять же, ненадолго. Слишком довольна была его распоряжением.
Нет, ну что за коварство? Он так легко мной управляет!
С другой стороны, папе не одна тысяча лет, он разбирается в людях и нелюдях, его сложно удивить. Конечно, он легко предугадывает любые наши действия и может их просчитывать наперёд. Мне с ним пока не тягаться.
Но что–то меня цепляет. Очень цепляет во всей этой истории. Я вроде и довольна и недовольна, а почему — не пойму.
«Может, потому что от осинки не родятся апельсинки?» — предположил Огонёк, напомнив о себе.
«Что ты имеешь в виду?»
«А кто недавно думал, до чего здорово, что ветер будет по умолчанию любить моих детей и помогать им расти? Как это интересно и замечательно», — напомнила живая стихия.
Тёмная суть зарокотала, подтверждая слова Огонёчка и наше с ней желание поставить подобный эксперимент. Ей тоже не терпелось узнать, как это будет. А я и не отпиралась. Было такое, было. Но в своём глазу, как известно, бревна не видишь. Хорошо, у меня есть друг и соратник, который не даст праздновать труса.
«Офигеть!» — выдала земное словечко от неожиданности. — «Вот уж гены пальцем не раздавишь».
«Именно. Ты бы, кстати, дракону своему ответила. Вы про нашего повелителя говорили и про то, что он всегда прав».
Поблагодарила стихию.
С Рагнаром я была лишь частично согласна. Если вспомнить историю миров, я бы не сказала, что отец во всём прав.
— Я не разделяю твою позицию.
— А мне нравится думать, что мы не просто созданы друг для друга, но и подобраны с учётом многотысячелетнего опыта твоего отца, а значит, проживём долгую и счастливую жизнь. Пусть её начало и было запланировано, дальше всё в наших руках, — Рагнар подхватил меня на руки и быстро зашагал в сторону дворца.
— Если так посмотреть, то и мне нравится. Но всё равно немного бесит.
Обняла своего мужчину за шею и начала крутить головой, рассматривая планету. Хотелось запечатлеть в памяти каждый камешек, ведь скоро всё здесь изменится. Появятся новые дома, парки и сады, фонтаны и стихийные чаши. Улицы наводнят представители разных рас, а главное — вернутся огненные тёмные. Они поделятся с планетой частью своей силы и получат в ответ капельку нашей, заключив негласное соглашение, «прописавшись» на ней.
Но мой вид никого не обманул.
— Признайся честно, любовь моя, — целуя меня в ушко на ходу, потребовал драконище, — ты ведь не просто так согласилась на детей, верно? Что ты задумала? Какую пакость?
— Я⁈ — Состряпала удивлённое лицо. Мне ответили ехидным взглядом. — Ну ладно, тебе скажу, это ведь и твои дети будут.
— Да ты что? Не может быть! — Рагнар, подражая мне, изобразил удивлённую физиономию, за что получил по плечу. Травмированный кулачок ему тут же предъявила для поцелуя, затем уже сама обняла и поцеловала любимого в щёку. Соскучилась по нему ужасно.
— Я ничего особенного не задумала. Точнее… Это совсем не пакость!
— Разумеется, не она, — согласился мой мужчина, стараясь не смеяться.
— Тёмные ставят знания во главу угла, очень любят учиться и вообще…
— Не томи.
— Я подумала, что к появлению наших детишек, для которых они уже продумали грандиозное будущее, стоит полноценно подготовиться. Мы с тобой сходим на Землю, наберём книг по детской психологии, воспитанию и развитию, и посадим всех учиться. Или не будем оставлять им внуков.
 
Рагнар остановился, в ужасе на меня посмотрев. Ответила ему дерзким взглядом.
— Издеваешься? — спросил он.
— И не думала! — солгала, не моргнув глазом. — Философия огненных тёмных — это получение новых знаний и технологий у разных рас. Земляне, конечно, не маги, но детей воспитывают в сто раз лучше любого эрмидца, серьёзно к этому относятся; им есть, чем поделиться. Согласись, что наши, такие уникальные, великолепные, одарённые собранными со всех рас дарами, детки просто обязаны расти в благоприятной обстановке.
Я старалась говорить без злорадства, но фантазия вовсю рисовала картины, как Маэстро с квадратными глазами зачитывает шокированному повелителю выдержки из земных книг, а Маро смотрит на них и изо всех сил старается не умереть со смеху.
То–то тёмные удивятся, узнав, что ребёнок — тоже личность, ему нужно оставлять пространство для маневра, уважать его мнение, прислушиваться к желаниям.
У личей, по идее, сердечного приступа быть не может, а как с ними обстоят дела у огненных тёмных? Хм.
— Э-э… Да, — спустя пару минут согласился Рагнар. Видимо, тоже представил нечто подобное.
— Вот! — Я довольно проткнула пальцем небо и улыбнулась. Через несколько секунд ошарашенного драконьего молчания, добавила: — Я не позволю воспитывать своих детей кровавыми методами. Или никаких детей не будет! — заявила, прямо глядя в огненные глаза. — И не вздумай выступать против любимой жены, поддерживая моего папочку! Ты должен быть всегда на моей стороне!
Губы Рагнара дрогнули.
— Милая, я сам с удовольствием изучу эти учебники, я ничего не знаю о детях, — постарался сказать он серьёзно, но вышло из рук вон плохо.
Подозрительно сощурилась.
— Тоже хочешь поиздеваться, читая им нотации? — моментально сообразила я, о чём думает любимый.
— Что ты! Как можно? — возмутился Рагнар абсолютно ненатурально.
Мы переглянулись и рассмеялись, а в следующее мгновение оказались в роскошной мужской спальне. Комната была обжита, я видела вещи своего мужчины, но уточнить, когда он успел, не смогла — меня поставили на пол возле кровати и начали раздевать.
— Здесь же нельзя пользоваться телепортами! — вспомнила испуганно.
— Стихийными нельзя, артефактами можно. Но мы на всякий случай извинимся перед Луцаном положительными эмоциями, — заверил Рагнар многозначительно. После чего начал расстёгивать свою рубашку. — Не поможешь мне?
Вынырнула из задумчивого состояния, посмотрела на шикарного мужчину, который бессовестно пожирал меня взглядом.
Замерла, наслаждаясь видом.
Какой же он красивый!
И мой. Весь мой.
Жар скользнул в вены, перекрыл дыхание. Сомнения и обиды отступили на задний план. Рагнар прав. Мы любим друг друга, поддерживаем, заботимся. Мы — истинная пара и всегда будем вместе. А остальное не так важно. Какие бы проблемы не подкинула судьба, со всеми справимся.
— Я люблю тебя! Очень люблю, Рагнар, — произнесла с чувством, делая разделяющий нас шаг и протягивая руки к пуговицам.
— И я тебя люблю, моё сокровище. Больше жизни люблю, — выдохнул дракон, склоняясь к моим губам.
За окном разлилась патокой ласковая и тоненькая, словно звон колокольчика, мелодия. Ветер тоже нашёл свой дом и потихоньку в нём обустраивался.
Мир впитывал эмоции, чтобы спустя время вернуть нам их сторицей.
  
Эпилог
 
Пятьдесят лет спустя
Хрустальные Чертоги, Луцан
— Мама! Мама! — эхом разнеслось по дворцу.
Я закрыла глаза, стараясь не вздрагивать от слова, которое то вызывает умиление, то в один момент доводит до нервного срыва. В нашем с Рагнаром случае актуальнее последний вариант. Детишки у нас такие, что даже повелитель огненных тёмных порой делает вид, что забывает о научных изысканиях и сматывается на край Вселенной «по очень важным делам». Но, ко всеобщему удовольствию, мальчишки–погодки давно выросли и теперь радостно его преследуют, предварительно поспорив, кто первым найдёт и как далеко от дома. Игра нравится всем, кроме дедушки, но… он сам просил внуков, так что его не жалко.