Его строптивая любовь (СИ)

— Глутамат натрия делает меня счастливее, — заключила Таня, блаженствуя с закрытыми глазами.
— Это ностальгия. Тань, позови родителей и, пока они будут ехать, я быстро тебя просвещу по основным моментам.
— Ноу проблемс! — выдала подруга и довольным колобком покатилась к телефону. — Но рассказывай быстрее, а то потом мамуля будет меня тискать и договорить не получится.
У нас было минут пятнадцать, так что я не стала откладывать в долгий ящик разговор и сразу перешла к делу.
— Сегодня я была в Цитадели и подслушала разговор, после которого все полученные за время пребывания в Эрмиде сведения сложились в единую картину. Я до сих пор немного в шоке. Не то, чтобы я не подозревала, что меня держат в неведении специально… Но всё равно неприятно.
— Ближе к делу.
— Ты уже читала про Исход?
— Ага, — промычала Таня, продолжая набивать живот пиццей с ананасами. — Но я пока учебники читаю, ты говорила, там информация подкорректированная, так что лучше говори сразу правильную версию.
— Точно. В общем, смотри. Огненные тёмные жили обособленно, не входя в союз двенадцати основных рас, но считаясь в некотором роде главными — к их мнению прислушивались, их привлекали в качестве судей, без них не принимали важных решений.
— Хорошо устроились, — прочавкала подруга, не заботясь об этикете.
— Да. Сами огненные тёмные не ограничивались союзом двенадцати, путешествовали по мирам, расширяя зону влияния, находя интересные для сотрудничества миры и расы, некоторых приглашали к себе, кого–то спасали от верной смерти, переселяя на Луцан. Для комфортного проживания иномирцев на Луцане огненные тёмные строили специальные сферы жизни. Это такие прозрачные шары, в которых воссоздана часть чужого мира, вот прям с гравитацией, нужным составом воздуха и так далее. Затем они научились извлекать небольшую часть чуждого мира, например, поместье с садом, храм, замок… Да что угодно, даже кусочек моря, если нужно. А затем всё просто: уменьшили, упаковали в сферу, доставили на Луцан, выбрали место, установили и увеличили. Так послы могли жить в комфортных условиях на чуждой им планете, не пользуясь артефактами и не истощая магический резерв.
— Круто! — Таня одобрительно закивала. — Ощущение, что я голливудский блокбастер смотрю или что–то в этом роде. Только здесь интереснее, потому что не выдумка.
— Да. Но не всё так здорово. Оказалось, части чужих миров конфликтуют, как антивирусы на компьютере, и то, что они заключены в сферы, к сожалению, никак не защищало саму планету. Луцан начал погибать, только заметили это не сразу — столько всего происходило, что тёмные упустили момент, когда планету можно было спасти. Затем начался Исход.
— Про это я читала, но так и не поняла, почему все переселились на Эрмид. В учебнике написано так… вообще не ясно, что к чему. Потому что потому!
Я невольно рассмеялась. Лучше и не скажешь.
— Стихийные драконы — не милые создания, Тань, и переписали историю в своём неповторимом стиле, том самом «потому что потому» или «догадайтесь сами», при этом они ни в чём совершенно не виноваты.
— Страшно бесит. Мне в целом нравится Эрмид, люди, расы, магия, но система образования у них — полный отстой.
— Есть такое, — согласилась с подругой. — В общем и целом история выглядела примерно так: драконы пришли в этот сектор неспроста, были знакомы с огненными тёмными и запросили помощи, им её оказали.
— А они в ответ предали⁈ — воскликнула Таня.
— Не беги впереди паровозного дыма, — пожурила подругу. — Предполагаю, что драконов временно приютили на Луцане, их сила его и добила. Когда для их расы создали отдельный мир, когда они переехали и освоились, активизировались сайрены. Я тебе не рассказывала подробности, но моя биологическая мать была женой прапрапрадедушки Рагнара. Временно. Мы не родственники с ним, если что.
— Фух!
— Ага. У меня есть лишь отголосок её дара, Гранад же обладала уникальной способностью управлять драконами, полностью подчинять их своей воле, и, пробившись к власти, сделала всё для того, чтобы рассорить расы. Точнее, её целью было полное уничтожение и огненных тёмных и стихийных драконов. Сайрены планировали остаться единой древней расой, со всеми вытекающими последствиями. Миленько, да?
 
Я сделала глоток колы, чтобы перевести дух и перейти к самому главному, заодно улыбнулась реакции Тани. Её идеально нарисованные брови взлетели двумя птичками и спрятались под чёлкой. Выглядело это забавно. К сожалению, продолжить я не успела. В дверь зазвонили и следом мы услышали скрежет замка, а через мгновение и радостные возгласы — родители накинулись на дитятко с причитаниями и объятиями.
— Судя по виду Леси у нас не так много времени, — заметил Николай Иванович, когда первые эмоции улеглись.
Наблюдательный. А ведь я смотрела на них с умилением! Они так искренне радовались встрече и открыто выражали эмоции, что на мгновение показалось, будто передо мной обычная семья, в которой царят мир и гармония. Но нет. Тёмные расы всегда настороже, и Николай Иванович (интересно, как его на самом деле зовут?) — отличное тому подтверждение.
— К сожалению, вы правы, мы здесь ненадолго. Нам нужна информация. Вы знаете, что я хочу услышать.
Я больше не строила из себя милую и нежную Алесю, но и не могла говорить с родителями лучшей подруги жёстко, хотя, честно признаться, хотелось. А всё потому, что я не считала их чужими и потому совершенно по–детски обижалась, сообразив, что они — не самые маленькие винтики в огромном механизме древней интриги.
— А что тебе уже известно? — спросила Наталья Григорьевна с мягкими, чарующими интонациями.
Почувствовала, как невесомо скользнула по коже магия. Повела плечом, стряхивая заклинание, посмотрела на женщину удивлённо. С чего это вдруг она решила меня зачаровать, я ведь не зверушка какая? Или заклинатели могут влиять не только на двуединых?
«Разумеется, не только», — фыркнул Огонёк.
— Я пришла с миром. Не думаете, что это перебор?
Посмотрела на тёмную в упор, но сожаления или смущения не заметила. А вот Таня напряглась, притом не из–за моего ледяного голоса.
— Мам, зачем ты так? — спросила она с укоризной.
— Прости, Леся, привычка, — извинилась Наталья Григорьевна и спросила у мужа совета одним взглядом.
— Не обижайся, пожалуйста, Алеся. Ты знаешь, мы к тебе всегда относились, как к собственному ребёнку, и поддерживали по мере сил. Вот и сейчас ведём себя не так уважительно, как стоило бы, обращаясь к наследнице древнего рода. Исправимся.
Говорит красиво, а глаза цепкие, зоркие. Всё видит, всё понимает. И намёки эти… Да поняла я уже, что неспроста заклинатели оказались на Земле, ещё и в том же городе, в том же районе, что и дочь повелителя огненных тёмных. Потому и пришла сюда.
Кивнула, прокручивая в памяти события прошлых лет. А ведь мы с Таней вели себя в доме её родителей, что называется, образцово–показательно! Выходит, нас с детства придерживали магией. Может, и силе не позволяли развиваться.
Последняя мысль заставила сжать зубы.
Вспомнила слова Рагнара, что во время сражения главное — выключить эмоции и включить голову. Зажмурилась на мгновение, собирая волю в кулак, призывая магию на помощь. По венам мягкой карамелью заскользила огненная тьма, выжигая сомнения и неуверенность в себе.
— Я желаю услышать правду, — напомнила о первоначальном требовании. — Время ограничено.
Сидевшая в обнимку с мамой Таня поднялась и заняла место рядом со мной, прижавшись бедром к бедру, показывая, что мы выступаем единым фронтом и вместе желаем услышать рассказ.
— Мы желаем услышать правду, — ещё и устно поддержала она меня. — Я очень хочу снова начать вам доверять, очень. Хоть немного.
Родители подруги побледнели. Видимо, поняли, что увильнуть или сказать часть правды не выйдет. Дочь с характером, ни за что не простит.
  
Глава 46
 
Луцан, первая планета от звезды Соодокан