Скандал в Академии монстров. Жена для чудовища (СИ)

– Тоже не понял.
– Ты мне однажды таким… таким приснился.
– Что будем делать? Меня же нужно спасать? Наверное.
– Поцелуй нареченной девы? – предложила Амантис, подобравшись к самым губам и провокационно мерцая глазами.
– Да, леди Ашти, – сходу согласился Райн, уже вполне осознанно используя хвост, а также руки и другие возможности, чтобы сорвать с нежных губ сладкий стон.
Куда и в какой конкретно момент пропал змеиный хвост, Ашти не особенно заметил, главное, что все произошло в нужное время и к обоюдному удовольствию.
– Райн! – вдруг спохватилась Амантис, вскакивая на постели, – который час!? Турнир! Мы опоздаем!
Ашти доводилось быстро собираться, но сталкиваться в процессе с кем-то еще и помогать застегивать пуговки и затягивать шнуровку – впервые, и уже жалел, что отпустил мадам Фартинг вчера вечером. Мадам когда-то служила в доме, сначала в поместье в Найтфоле, потом здесь, была из семьи, хранящей секрет рода де Ка-Ашти. Но даже и без ее помощи все более или менее прилично застегнулось, затянулось и одернулось, а с волосами Амантис справилась сама, пока он приводил себя в достойный ректора вид. Задержался лишь на минуточку, подобрав с пола у постели одну маленькую, но важную деталь.
Когда вышли, экипаж, заказанный накануне к определенному времени, уже ждал. Но едва Ашти помог Амантис сесть случилось то, что Райн никак не мог запланировать заранее. Как появление змеиного хвоста. И поцелуй тут вряд ли поможет, скорее хвост бы помог. И то сомнительно. Даже змею сложно что-то противопоставить заядлой блюстительнице морали, такой же ярой сплетнице и члену попечительского комитета Академии госпоже Мутч.
– Лорд Ашти, какая внезапная встреча, – ядовито-вежливо поздоровалась дама, выныривая из тени старой сливы и пытливо заглядывая внутрь экипажа, где только-только скрылась Амантис. – И как хорошо, что это именно вы с…
– Леди, – вставил Райн без уточнений. – Доброе утро, госпожа Мутч. Почему хорошо, что я именно я?
– Ох, знаете, ведь мой дом рядом, а я мучаюсь бессонницей, по полночи не усну, так что выхожу подышать на балкон, а тут у вас в окнах второго этажа вдруг свет. Призрачный такой, колеблющийся и жутковатый, все горел, горел… Я даже совсем уж было собралась отправить дворецкого в стражницкую, как тут внезапно утро настало и я, раз уж все равно гуляю, решила посмотреть, все ли в порядке. А то вдруг воры или вандалы какие. А это вы, Райн, и леди… – госпожа Мутч сделала выразительную паузу и снова заглянула в экипаж.
Райн специально встал так, чтобы заслонять, но дама как бы невзначай в сторонку отступила, еще и шею вытянула, сделавшись похожей на хохлатую утку из парка.
– У вас есть… леди, ректор Ашти? – не выдержала она.
– Да. Есть. Это леди Ашти. Мы летом сочетались. Я как раз для этого уезжал в отпуск.
– А почему же она тогда так похожа на мисси секретаря, что работала у вас?
– Потому что это она и есть.
– А почему…
– Дорогая моя госпожа Мутч, – таинственно понизив голос, произнес Райн и бессовестно позволил своей змеиной сути распустить очарование. – Все дело в том, что влюбленные мужчины такие слабаки… – сетовал он, заглядывая грымзе в глаза. – Вот и я не устоял. Леди Ашти буквально вьет из меня веревки и руки выкручивает мановением ресничек, и я, ослепленный чувствами, не могу ей отказать совершенно, потому позволил поступить учиться. Но поскольку я все же глава семьи, мне удалось настоять, чтобы леди не бросалась с головой в омут, а начала с подготовительного курса. Ну, а секретарь… Влюбленные мужчины такие слабаки.
И вздохнул. Дама к концу речи окончательно поплыла и согласилась хранить секрет, пока сил хватит. Жаль, что продержится она максимум до завтра. В лучшем случае, до послезавтра. Да и демоны с ней. Все случилось, Амантис теперь действительная жена, а все прочее, что касается Академии можно решить. В конце концов в уставе нет ни строчки, что замужним леди запрещено учиться, а что не запрещено…
– Гони, – попросил Райн возницу, распрощавшись с удовлетворенной коброй. Теперь действительно был риск опоздать и значительный.
  
 Глава 4 
У меня даже времени не было как следует принять, переварить, перемечтать и передумать о том, что со мной произошло.
Сорвав быстрый поцелуй в экипаже, Райн оставил меня, только выйти помог, наплевав, что нас увидят вместе. Что уж теперь, раз нас прямо на пороге дома застукала, по словам Райна, одна из первых сплетниц Декая.
– Что будешь делать? – спросила я.
– Признаваться, – сияя улыбкой ответил… муж.
– Скандал.
– Скандал, – еще шире улыбнулся Ашти. – Будете подыгрывать моей команде, дорогая?
– Нет! – возмутилась я. – Это нечестно!
– Вот и чудесно.
Кто бы знал, что фраза о подыграть станет ключевой для сегодняшнего дня?
– Мо! Где тебя демоны носят?! – набросился на меня Ллойд, с грохотом скатившись с лестницы и едва не уложив меня лопатками на траву, когда я добежала до домика. – Я уже весь седой с головы до ног! Все сбились тебя искать. Я в дверь стучал, так там у тебя тварюка какая-то скребет и воет, как оглашенная, на каждый шорох и шипит. Кот что ли?
Парень выглядел сурово и очень эффектно в совершенно чумовом костюме, как у боевиков, только еще и с нашитым на груди и рукавах номером команды.
– Ага, кот. Дракот.
– Хватит в уши лить, ты в рюшах на полигоне прыгать будешь? Нет? Давай бодрой стрекозлой в штаны лезь, – напирал он, пихая мне в руки ком с одеждой, – иначе я сам тебя прямо тут из платья вытряхну, ледь такую.
Гогоча и повизгивая, потому что Терси подпихивал меня под нижние рюшики, я ворвалась в квартиру, чуть не растоптав бросившегося ко мне Чешуйку. Оставила этих двоих знакомиться и восторгаться друг дружкой, а сама побежала в ванную, чтобы переодеться в притащенную Ллойдом форму.
Тело все еще приятно ныло от ночных и утренних “упражнений”. Я, выгибаясь и жалея, что не обладаю гибкостью змеиного хвоста (мр-р-р, мурашечки), кое-как выбралась из платья и упаковалась в штаны, рубашку и облегающую курточку. Бросила взгляд в зеркало и снова обмурашилась. У меня в волосах чуть светился цветок карликовой лилии. Райн, целуя меня на прощание не просто по волосам погладил, а вернул цветочек. Чем-то он ему важен. Не менее важен, чем обручальное кольцо. Я решила не искушать судьбу и оставила две дорогие сердцу, нашим сердцам, вещички дома. Еще потеряю во время состязаний.
Я даже как-то особенно не нервничала. Времени не было. Сначала неслись на полигон, потом Ллойд волочил меня к месту, где уже стояла, в числе прочих, наша команда, слушая торжественную речь Р. Ашти, невероятно привлекательного в турнирном костюме. Затем все наши на меня поочереди пошипели, а капитан, адепт выпускного курса, стихийник Рой Клауд, дважды.
Райн под пожирающими взглядами женской половины Академии спустился к своей команде, куда вошли Эль-Силь, Вариор, Хелер, Кифери и, неожиданно, Кристл. Крупноватая, но подтянутая профессор недурно смотрелась в брюках и явно получала удовольствие от происходящего безобразия. Впрочем, удовольствие читалось и на лицах других участников команды преподавателей, несмотря на то, что они значительно ограничены в возможностях. Если среди соперников на состязание заявлен первокурсник, преподаватели не имеют права использовать заклинания сложнее, чем для первого курса. Если самый нижний второй, значит потолок по программе для второкурсников и так далее. И мне кажется, капитаны сговорились не давать профессорам особо резвиться и так распределить игроков, чтобы на каждое состязание было по младшекурснику.
А Корпс был в числе судей.
Команда номер восемь, в которой был Сайлер, находилась в метре от нашей. Когда прозвучал аккорд, предваряющий начало турнира, Гатто послал мне воздушный поцелуй и не слишком громко, но достаточно, чтобы Рой и Нимбли, стоявшие рядом, услышали, сказал:
– Играй за своих хорошо, крошка Аме, а за близких еще лучше.