Вечный путь (СИ)

— Предположим, я поверю тебе. Тогда почему именно я?
В его голове промелькнула мысль об иллюзиях, о вещих снах и о снах-кошмарах, о том, что к снам можно прислушиваться, но нельзя верить. И все же Килар задал Самый Главный Вопрос. Он должен знать, почему именно его предназначили на роль Странника. Килар догадывался, что выбор не случаен. С недавних пор эта мысль прочно засела у него в голове. Какая-то скрытая особенность: оттенок глаз или сочетание генов, делала его уникальным, незаменимым. Кассандра не может избавиться от него. Она вынуждена терпеть его дерзость. Поэтому он будет спрашивать, а она — отвечать.
Холод рассеялся и на его место ворвалось пекло.
— Я отвечу тебе, когда круг замкнется, — изрек голос Кассандры, как показалось Страннику, с некоторым сожалением, — Мне приходится играть по правилам. Но я больше не могу скрывать от тебя правду. Не могу и не хочу. 
Голос внезапно стал человеческим: тихим, усталым и полным горькой иронии:
— Думаешь мне самой не надоело играть в богиню? Жар уверен, что с ним говорят духи. Ты, будучи агностиком, почти поверил в божественное вмешательство. Я прячусь под маской, чтобы не вызвать коллапс раньше времени. Кажется, в твоем мире люди уже знали, что такое квантовая механика. Она в основе всего. Пространственно-временная матрица двигает слои действительности, но может порваться от легкого дуновения ветерка. Если я сейчас вмешаюсь, все усилия пропадут даром. Мы окажемся там, откуда начали —и ты и я. А декогеренция не позволит отмотать события назад. Потерпи еще немного. Колесо совершает последний оборот. Ты уже почти все понял. Осталось сделать еще шаг. Ступай смелее!
На миг перед глазами Килара повисла свинцовая пелена, а потом он обнаружил, что Крест останавливается. Вращение колоссальной махины быстро замедлялось. Поднятый ей вихрь стихал, пыль оседала, фигуры вновь разделились и стали простыми каменными изваяниями. Десны ныли от скрипа трущихся друг о друга многотонных известковых глыб, но звук становился все слабее. Килар решил, что сейчас наступит пробуждение. Он почему-то приготовился к боли, но сну было суждено продолжаться и продолжаться. А может он и не спал вовсе?
— Ты славно поработал, Странник, — Жар по-прежнему стоял рядом и утомленно вздыхал, — Я не думал, что Оракул так много тебе расскажет. Откровенно говоря, я был уверен, что она прихлопнет тебя как жука. Кассандра говорит с духами, а ты был непозволительно груб. Духи могли разгневаться и убить тебя.
— У нее не осталось выбора. Мы зависим друг от друга. Ей придется терпеть меня и даже оберегать до тех пор, пока я ей нужен.
Кассандра. Женщина с голосом ребенка и лицом эльфа. Это по ее вине он оказался здесь? Немного разочаровывает. Не Бог и не дьявол. Просто какая-то тощая девчонка с замашками предсказательницы. В голове Странника роилось множество догадок — одна чуднее другой. И все они в итоге оказались несостоятельными. Кассандра владеет огромной силой. Она сумела приручить физику элементарных частиц и заставить квантовые законы действовать на макроуровне. Но это какая-то продвинутая технология, а не магия. У Жара спрашивать бесполезно. Он тоже находится во власти иллюзии и по-прежнему верит в то, что им руководят высшие силы. Его знаний и широты восприятия недостаточно, чтобы преодолеть типичные ошибки мышления. Но он единственный, с кем можно поговорить.
— Что она хочет от меня, Посредник? 
Жар искривил губы в принужденной усмешке:
— Зачем спрашиваешь меня? Лучше задай этот вопрос самому себе. Уверен, тебя ждет потрясающее открытие! Тебе осталось сделать еще одно усилие и шагнуть через порог в новую жизнь. Так шагай же смелее, Странник! Ступай смелее!
Он развернулся на каблуке и начал удаляться. Килар старался не отстать, но чем больше усилий он прилагал, тем стремительнее возрастало расстояние между ним и Посредником. Вскоре он совсем потерял Жара из виду. Он остановился и посмотрел на закат — уставший, растерянный и опустошенный. На его глазах Пальмира села за горизонт. Странник опустил глаза и увидел, как волнуется перед ним воздух, превращаясь в водную поверхность, покрытую слоем серебра толщиной в одну молекулу.
 
То было Озеро Грез.
— Тебе осталось сделать последний шаг. Ступай смелее!
Килар сдвинулся с места, миновал серебряную мембрану и оказался о колодце и вращающихся зеркал. Голубые огоньки неслись по кругу с непостижимой скоростью, сливаясь в пульсирующее кольцо. Яркий свет ослепил его.
Он сунул руки в карманы куртки и ощутил на лбу капли дождя. 
Холодно и сыро.
Странник протер лицо и несколько раз моргнул, чтобы избавиться от пятен перед глазами. Крест все еще торчал позади него, но теперь он чернел на верхушке низкой колокольни опутанной строительными лесами. И это был совсем другой крест — с двумя перекладинами и полумесяцем у подножья. Странник шел по тротуару. Справа от него за ржавым железным забором темнел голый сад, пересеченный бесконечно-длинными вечерними тенями. Между мокрых деревьев садилось солнце.
Алексей Гранецкий вернулся домой, и одиннадцатое ноября 1993 года на долготе Москвы должно было превратиться в двенадцатое менее чем через семь часов...
Он в Москве, и он остается Странником. Прошлое и будущее стали единым целым. Временная матрица… или как там ее назвала Кассандра… в очередной раз перемешала слои действительности, перетасовала их как карты в колоде Таро. 
Он старался подавить неприятный озноб и перекатывание в коленных суставах. Прямой, как струна, солнечный луч пробивался сквозь ветви деревьев. По близости не было ни души, но из-за поворота доносился шум уличного движения. Это сон? Наверняка это очередной сон! Он чувствовал повышенную влажность. На лице оседала мелкая водяная пыль. В свете уличного фонаря морось теребила поверхность лужи. 
Килар сунул руку в карман и нащупал тяжелую связку ключей.
«Невероятно!»
«Вернусь ли я когда-нибудь в свой мир?»
«Ты уже на пути к нему... уже в пути... уже...»
Килар изо всех сил сжал в кулаке ключи и сморщился от резкой боли, когда латунь врезалась в кожу. Он разжал пальцы и поднес руку к глазам, осмотрел вмятины на ладони. Сердце забилось сильнее, к горлу подкатил комок. Значит он все-таки здесь. Он не спит. Он перенесся назад во времени, чтобы замкнуть круг.
Странник медленно пошел вдоль ограды сада, уронив голову на грудь. Он лихорадочно соображал. Мозг приходилось перенастраивать на ходу. Он готовился разгадывать библейские шарады, заставил себя поверить в мистику, даже разглядел вдали фигуру Господа Бога. А теперь он блуждает в дебрях передовых областей знания. 
Квантовая механика. При нем это направление физики только начинало развиваться. Некоторые идеи больше походили на измышления фантастов, чем на серьезные научные доктрины. Параллельные миры, квантовые ансамбли, теория струн, пилотные волны. Сложно, запутанно, непонятно. Но главное — все это относилось к миру элементарных частиц и никак не влияло на классические объекты. Или все же влияло? В бездне космоса размер любого твердого тела превращается в ничтожно-малую величину. По сравнению с Великой стеной Геркулеса, состоящей из сверхскоплений галактик протяженностью в миллиарды световых лет, человек кажется меньше атома водорода. С другой стороны, что такое живой организм, если не сгусток элементарных частиц, собранных в определенной последовательности?
Стоп! Все это конечно интересно и заслуживает самого пристального внимания. Но сейчас загадки мироздания никак ему не помогут… Эффект наблюдателя. Слышен ли звук от падения дерева в лесу, если рядом никого нет? Существует ли Луна, если мы на нее не смотрим? Может ли процесс наблюдения менять реальность? Долгое время это были философские вопросы, и физики всерьез за них не брались. Но квантовая теория все изменила, наделив наблюдателя поистине невероятными способностями.
Кассандра и есть тот самый наблюдатель. Не важно, какие продвинутые гаджеты она использует: квантовый процессор или позитронный устроитель частиц. Как бы эта штука не называлась, она позволяет оператору на ходу менять физические законы, состояния частиц и объектов, сворачивать и разворачивать пространственно-временной континуум как бумажную ленту. А значит, девчонка не просто играет в бога — она и есть бог для тех, кто попал под воздействие ее чудо-машины.