Песнь ворона (ЛП)

Я стиснула челюсти, борясь с необходимостью защищать свою семью. По правде говоря, я не знала, на что был или не был способен мой дед, особенно более сорока лет назад. И история нарисовала его не в очень хорошем свете. Дрю, возможно, был прав, что то, что сказал дедушка, нападая на него, пришло прямо из его памяти. Честно говоря, мне нечего было возразить против этого обвинения.
— Ты собираешься бросить мне в лицо все личные вещи, которые я тебе сказала? — Поскольку я не могла защитить свою семью, то решила защищаться сама. Это было нехорошее чувство — сожалеть о том, что поделилась с кем-то личными подробностями своей жизни, только для того, чтобы это использовали против меня.
— Мне нужно идти. — Парень полностью проигнорировал мой вопрос и оттолкнулся от ступеньки.
— Что, сейчас? Ты не можешь ехать обратно в такое время. Солнце вот-вот сядет, а до курорта несколько часов езды. Если не хочешь разговаривать, это нормально, но, по крайней мере, останься на ночь и возвращайся утром, после того как немного поспишь.
И снова он проигнорировал меня и продолжил идти к своему грузовику, который припарковал у обочины перед домом.
— Дрю! — крикнула я ему вслед, практически преследуя его по переднему двору. — Не уходи.
Он остановился как вкопанный и повернулся. Я наполовину ожидала увидеть гнев в его глазах или поймать его пристальный взгляд в мою сторону. Но ничего этого не увидела. Вместо этого мужчина, стоявший передо мной, казался потерянным и озадаченным. Неуверенным.
— Прости, я не хотела затевать ссору.
Дрю покачал головой и нежно обхватил своими длинными пальцами мои бицепсы, удерживая меня перед собой и заставляя смотреть ему в глаза.
— Дело не в этом, Кенни. Мне просто нужно о многом подумать. Я пришел сюда, чтобы поговорить с вами о собственности, и узнаю, что в этой истории есть гораздо больше, чем я когда-либо осознавал. И в довершение всего на меня напал старик, который признался в убийстве моего дедушки.
— Я действительно не думаю, что он это сделал. Может быть, они знали друг друга, но на этом все и закончилось. Это не мог быть он. И я говорю это не потому, что думаю, что он отличный парень или что-то в этом роде. Твоя бабушка сказала тебе, что его поймали на драке с ребенком Беннеттов из-за девушки. Мой дедушка не Беннетт. Не говоря уже о том, что он и моя бабушка были вместе со средней школы, что не делает ее девушкой, о которой идет речь. — Я не была уверена, кого пыталась убедить больше — его или себя.
Я могла сомневаться до посинения, но это не стерло бы слов в дневнике моей бабушки. Я читала ее историю. Запутанную историю о девушке, пытающейся уйти от своего бывшего, безжалостного болвана, который отказывался терять надежду снова быть с ней. Душераздирающий рассказ о молодой женщине, которую бросила любовь всей ее жизни накануне их вечности.
Я читала ее эмоциональное путешествие о том, как она влюбилась в мальчика, которого она с любовью называла ЭК. Что, по совпадению, были теми же инициалами, что и у Эндрю Кроу. С другой стороны, у миллионов людей были эти инициалы. Единственное, что удерживало меня от признания, было имя Беннетт.
— И подумай об этом, Дрю, каковы шансы? Если то, что ты говоришь, действительно правда, тогда, черт возьми… давай купим лотерейный билет. Я понимаю, если бы мы жили в одном районе, но это не так. Или если бы я знала о земле моего деда, и именно поэтому осталась на курорте, но ведь я случайно наткнулась на «Черную птицу». Так что это тоже не тот случай. Я понимаю, о чем ты говоришь, и согласна, что трудно игнорировать то, что он там сказал. Но ничто не объясняет, как мы здесь оказались.
— Я не могу ответить на этот вопрос, — сказал он со вздохом. — Все, что могу сказать, это то, что ничто другое не имеет смысла.
— Есть много вещей, которые могут это объяснить. Мой дед владеет этой землей, так что, возможно, он слышал истории о Кроу и о том, как они растворились в воздухе. Возможно, он пытался разгадать тайну, придумывая разные способы объяснить их исчезновение, что в итоге заставило его поверить, что эти выдуманные сценарии действительно произошли. Видишь? Более логично, что он просто знал об этих вещах, потому что владеет землей, которая окружала Чоган, а не то, что наши жизни были замысловато переплетены на протяжении последних трех поколений и судьба привела нас именно к этому моменту, когда секреты, похороненные десятилетиями, выкопаны. Давай, Дрю. Ты должен признать, что именно такой сюжет можно легко найти в книге. В одном из этих дурацких любовных романов. В реальной жизни такого не бывает.
 
Парень кивнул, когда на его лице появилось разумное сомнение.
— Кто знает… Может быть, мы никогда не узнаем правду. В любом случае, для меня это не имеет большого значения, потому что я никогда не думал, что смогу так близко подойти к выяснению того, что на самом деле случилось с моей семьей.
— Хорошо. Так ты останешься?
Дрю словно пнул меня в живот, когда покачал головой.
— Я не могу, Кенни. Мне действительно нужно идти. Мне так много нужно обдумать, и лучший способ сделать это — сесть за руль. Долгая поездка позволит мне разобраться во всем, что я услышал сегодня.
Я мало что могла сделать, чтобы остановить его. Так что у меня не было выбора, кроме как стоять у себя во дворе и смотреть, как он уезжает, не зная увидимся ли мы когда-нибудь снова. Хотя Дрю был прав… За последние пару часов многое произошло. Потребовалось бы гораздо больше, чем одна ночь, чтобы найти ясность.
Я слышала, как мама пришла где-то после полуночи, но была в постели и слишком погружена в свои мысли, чтобы встать и узнать, что сказали врачи. И к тому времени, как встала утром, она уже снова ушла. Я беспокоилась, потому что это означало, что, скорее всего, случилось что-то серьезное.
Наконец, после того как ее не было весь день, мама вошла в парадную дверь сразу после пяти вечера, выглядя так, словно ее сбил поезд, а затем переехал грузовик. Я несколько раз разговаривала с ней по телефону, но ничто не подготовило меня к этому.
— Все в порядке? — спросила я, когда она опустилась на диван рядом со мной.
— Я даже не знаю, с чего начать, Маккенна. Сейчас все так перевернуто с ног на голову, и я понятия не имею, как все исправить. — Она закрыла глаза руками, что не помогло скрыть дрожь в ее нижней губе.
— Поговори со мной. Расскажи, что происходит.
Мама глубоко вдохнула и на мгновение задержала дыхание, прежде чем выпустить все это одним долгим вздохом. У мамы никогда не было привычки вовлекать меня во взрослые дела, особенно, когда дело касалось моего дедушки и его здоровья. Тот факт, что она поделилась тем немногим, что я знала о получении доступа к завещанию, был огромным шагом. Поэтому я не ожидала, что она сейчас откроется, хотя и надеялась на это.
Война, которая бушевала внутри нее, пылала в ее глазах. Было очевидно, что ей нужно было поговорить об этом, но это противоречило бы ее личным границам. На этот раз я просто хотела, чтобы она забыла о моем возрасте и доверилась мне. Мне было восемнадцать, и я вполне могла слушать. Сомневалась, что она хотела моего совета, но это не означало, что я не могла быть внимательным слушателем или плечом, на которое можно опереться.
К моему удивлению, мама смахнула одинокую слезу, скатившуюся по ее щеке, и взяла меня за руку.
— Твой дедушка скончался сегодня утром. Прошлой ночью в этом хаосе у него случился еще один инсульт — на самом деле очень тяжелый. И он не пришел в себя.
— Ты в порядке, мам?
Она пожала плечами, что застало меня врасплох. Я не ожидала, что она так отреагирует на смерть собственного отца.
— Честно говоря, я не знаю. Конечно, мне грустно. Технически я сирота — у меня нет родителей. Но если посмотреть сквозь это, то мне будет трудно расстраиваться из-за его смерти. Он не был хорошим человеком.