Профессиональный оборотень. Книги 1-10. Компиляция (СИ)

— Столько же здесь кошек, это просто чудо! — поразилась я при виде отдыхающих на руинах представителей грациозного племени лентяев всех мастей и шерстистости. Но по их презрительным взглядам было ясно, что они, как древние римляне, ни в грош не ставят иностранцев, а поскольку это еще и кошки, то вообще всех людей. Мой восторженный выдох погас втуне…
Профессор холодно посмотрел на меня сквозь полуприкрытые веки, совсем как эти уличные патриции, и, отряхнув каменную крошку с лап, начал:
— Я тебе все объясню, дорогуша. Впервые кошки появились в Риме в первом веке до нашей эры, во времена правления Юлия Цезаря. Клеопатра подарила ему нескольких во время его визита в Египет, в знак благодарности за то, что помог ей вернуть и укрепить власть. Цезарю сначала понравились кошки, пока он не обнаружил, что у него на них ужасная аллергия, и тогда он их выгнал из своего дворца под зад коленом.
— Ага! Да это же я тебе говорила! А ты сказал, что это дешевая завлекалочка для туристов! — возмущенно воскликнула я. — Алекс, скажи ему! Чего он?!
— Кошкам ничего не оставалось, как захватить Рим, — наглейшим образом игнорируя мой вопль, лекторским тоном продолжал разглагольствовать Пусик. — То есть его главные объекты — Колизей, Форум, Цирк Максимуса, где проводились состязания на колесницах и театрализованные постановки с похищением сабинянок, улицы, театры и все остальные достопримечательные и не очень места. Все они с тех пор принадлежали котам, включая внутренние дворики, крыши и, разумеется, главное — сердца римлян!
— Так вот почему они смотрят на нас как на плебеев…
— Само собой. В Древнем Риме нас почитали почти как в Египте, по крайней мере, так же уважали. Кот для римлянина был символом свободы и независимости. И к тому же в две тысячи первом году римским муниципалитетом был принят закон, который объявил уличных кошек частью исторического наследия города и присвоил им статус «свободных граждан». В благодарность за то, что мы защищаем Рим от крыс и мышей, живущих в многочисленных подземных коммуникациях города, римляне даже поставили нам памятник и платят отдельный налог на содержание моих римских собратьев.
— Похвально, — отметил Алекс, проверяя территорию датчиком, а мы ходили за ним. Пока кнопка горела красным, то есть — ничего не обнаруживалось.
— Только вот их кастрируют, — скорбно опустил голову кот. — Если поймают, конечно. А вот в Неаполе…
Пока Профессор вещал, к нам незаметно начали подтягиваться мрачные котики. Пользуясь случаем, я осторожно наклонилась и самым вежливым образом попыталась погладить ближайшего черного кота. У меня получилось, но…
— Да он, оказывается, совсем не черный, а серый!
— Они идут к туристам, когда пора помыться, — честно предупредил меня Пусик.
— Вот наглецы. Хотя на них невозможно сердиться. — Я так же, от всей души, потянулась к другому. Тот тоже милостиво разрешил себя погладить, в результате чего моя рука приобрела ровный черный цвет.
— На них, значит, невозможно, а на меня постоянно сердишься, — ревниво заметил агент 013. — Хотя я сам моюсь, у меня даже ванна есть.
— Кис-кис-кис. — Алекс попытался подозвать остановившегося неподалеку рыжего кота, глядевшего на него с явным интересом, с продуктовым интересом, само собой. Но на попытку протянуть к нему руку равнодушно отвернулся.
— Надо говорить «миш-миш-миш», — поправил его наш толстун. — На «кис-кис» к тебе тут ни одна собака, вернее кошка, не подойдет.
И просвещенный агент 013 важной вихляющей походочкой направился к ближайшей группе котиков, недобро глядевших в нашу сторону. Он остановился рядом с ними и начал что-то втюхивать на своем языке. Ну в смысле на кошачьем, было понятно, что он хотел что-то спросить. Однако, видимо, Пусик выбрал не тот подход, потому что его римские собеседники зашипели и угрожающе выгнули спины. Пораженный такой грубостью Профессор сначала просто остолбенел, а потом вынужденно отступил и вернулся к нам с опущенной головой.
— Что такое? Не хотят делиться информацией? Не расстраивайся, может, они вообще не в курсе происходящего. По мордам видно, не блещут интеллектом, не то что ты.
 
Кот поднял на меня благодарный взгляд.
— Нет, они точно что-то знают. Но у них есть условие!
— Какое?
— Я должен сразиться с их лидером в гладиаторском поединке. Какое варварство, правда?!
— Что ж, похоже, тебе придется драться. Потому что у нас пока больше не за что зацепиться, — сказал Алекс, подходя к нам. Пока кот «вел переговоры», он обошел триумфальную арку, но, видно, безрезультатно. — Датчик еще ни разу не сработал, — констатировал он.
— Так, а где нашли тела?
Командор достал из кармана карту.
— Здесь, здесь и еще двоих здесь, за аркой Тита. Одного нашли как раз тут, где мы сейчас стоим, и одного за аркой Севера. Я проверил, но пока ничего, ни малейшей, даже слабой флуктуации.
Мы оба посмотрели на кота. Он опустил глаза, слегка поджимая хвост…
— Что ж, если надо, я готов пожертвовать собой. Конечно, я давно не дрался, а этот бугай, что у них главный, явно ни дня не живет без драки.
— Ничего, ты победишь его в честной дуэли!
— Дуэль — это поединок аристократов, — напомнил мне Профессор. — А где ты здесь видишь аристократов? Это же просто уличные бандиты!
— Чего-о? Это же Италия, здешние коты не бандиты, а мафиози. Коза ностра! Ладно, я сама с ними разберусь. Который из них тебя вызвал?
— Вон тот, бурый. Сегодня в полночь. Но не стоит волноваться, милочка, я сражусь с ним! Только не дайте мне истечь кровью, доставьте срочно на Базу, в больницу.
— Ты забыл, что у нас нет переходника.
Агент 013 окончательно приуныл. Этот здоровущий местный котяра, похоже, его основательно запугал.
— Вспомни, что ты суперагент! Ведь ты сам обучал меня искусству боевых котов.
— Да! Но оно бессильно против котов. Хотя я, конечно, в совершенстве владею восточными единоборствами, в особенности цигун и тай-чи, но…
— Ну вот видишь, ты точно справишься! Хотя для гарантии проще взять кого-нибудь из них в заложники. Кис-кис… тьфу ты, миш-миш-миш! У меня есть для тебя вкусняшечка, — заискивающе пообещала я, не обращая внимания на протесты агента 013 и медленно приближаясь к сидящему ближе всех белому коту.
На свое несчастье, он слишком поздно почуял угрозу, я уже схватила его и, несмотря на яростное царапанье и бешеные вопли, после короткой схватки прижала к земле, удерживая за шкирку.
— Синьорина! Руки вверх! А ну немедленно отпустите бедное животное!
Я нервно обернулась — в меня целился карабинер. Из настоящего пистолета! И откуда он тут взялся?! Алекса не было рядом. Похоже, далеко ушел со своим датчиком. Я послушно выпустила кота, который из мести все-таки еще раз царапнул мне руку, прежде чем удалиться. Хотя я и так была вся в царапинах, а ведь вроде ничего такого уж чрезмерного ему сделать не успела…
— У нас даже за устное оскорбление кота предусмотрена уголовная ответственность! — Карабинер тоже был в шоке, похоже, подобного садизма он еще не встречал за все время службы. — А вы применили физическое насилие! Вас ждет самое суровое наказание.
— Но он первым напал на моего котика, — попыталась выкрутиться я.
— А вот это уже их личное дело, у котов здесь ежедневно идут бои за право стать новым центурионом, — отрезал он, убирая пистолет. — Вон тот бурый, кажется, у них действующий вожак. Скольких великолепных котов-атлетов он разорвал на клочки, я пару раз сам лично был свидетелем.
Встретившись с мрачным взглядом этого кота-мафиози, я поежилась и поняла всю глубину опасений Профессора. А кстати, где он?
— Что случилось, офицер? — К нам подскочил Алекс с агентом 013 под мышкой.
— Форум закрывается, вам пора уходить. А эта синьорина проследует со мной.
— Это недоразумение, уверяю вас. Давайте все уладим штрафом и разойдемся мирно.
Карабинер угрюмо уставился на нас. Командор с вежливой улыбкой, но глядя на него твердым взглядом, полез в карман. И тут нервы Пусика не выдержали.