Профессиональный оборотень. Книги 1-10. Компиляция (СИ)
— В смысле? Сказать, что мы из будущего?
— Не настолько правду. Я, например, представлюсь инспектором полиции.
— Милый, да он всю лондонскую полицию в лицо знает!
— Допустим, полицейского отделения графства Сассекс. А ты моя сестра, хотела, пользуясь случаем, побывать в Лондоне, сходить в шляпный салон, посмотреть новые модные фасоны платьев. Я пришел предупредить его об опасности. — Командор импровизировал на ходу. — Мы в Сассексе все знаем про Мориарти, а у Холмса информации о нем мало, он пойдет нам навстречу. По крайней мере, выслушает.
— Хорошо, я за! А агент 013? Он же будет клиентом. Как мы объясним наше с ним знакомство?
— Нужна помощь? — Кот как всегда подкрался бесшумно.
Маленький помощник Синелицего, поваренок-упыренок как раз поставил рядом с ним коробку с нашими пайками, застенчиво кивнул нам и убежал. Пусик всегда найдет кого припахать к работе, которую поручили именно ему.
— Нет-нет, помощи на надо, — дружно открестились мы.
— Как скажете, напарники. — Он флегматично отхлебнул киселя из бумажного стаканчика, почмокал губками, одобряя вкус, и отвернулся. Синелиций с недавних пор стал продавать свой фирменный кисель навынос. Попивая кисель, Пусик удобно развалился на маленьком диванчике, полный решимости понаблюдать за нашим провалом.
Мой муж, посовещавшись с костюмером по поводу викторианской эпохи, подобрал классическую тройку, полупальто и котелок, в каких обычно ходили в ту пору в Лондоне полицейские в штатском. Вэк, а ведь Холмс может догадаться по пыли на его ботинках, что она не из Сассекса, а с нашей Базы!
Кот, будто читая мои мысли, небрежно заметил:
— Гоблины могут сделать в лаборатории пыль и грязь с любой молекулярной формулой. Но смысл, когда по тебе сразу, деточка, видно, что никакая ты не англичанка.
— А кто сказал, что я англичанка? Моя мама из Удмуртии, — уверенно заявила я, хваля себя за находчивость.
— Умно. Так далеко даже его знания вряд ли простираются.
— Ладно, посмотрим, может, он еще не такой гений, как мы все думаем, — заметил Алекс.
— Точно, не будем слепо доверять фантазии автора, — поддержала его я, остановив наконец выбор на скромном темно-зеленом платье с турнюром, самое ходовое, по уверению костюмерши, для девушек среднего сословия. Чем неопределеннее вид, тем труднее великому сыщику будет докопаться до истины. А грязь и пыль доберем по ходу в Лондоне, там этого добра-а…
Последний этап перед отправлением на задание — гоблинская лаборатория, где мы получали командировочные и последние указания от главного заведующего.
— Вы готовы отправиться? Отлично. Остановитесь в лондонской штаб-квартире нашей Базы, вы там уже жили в прошлую поездку. К тому же она по соседству с вашим объектом, просто окна в окна. — Старина Фарди сверился с интерактивной картой Лондона девятнадцатого века на мониторе.
— Бейкер-стрит, 220-а? Окна в окна с 221-б? Но… это же Пустой дом! — У меня аж горло от этого озарения перехватило.
— Ну да, в основном он пустует. Командировки в Лондон недешево обходятся Базе, знаете ли, — слегка раздраженно заметил лысый гоблин.
— Вы не поняли. «Пустой дом»! Из одноименного рассказа Конан Дойла, где Холмс неожиданно возвращается жив-здоровехонек с Рейхенбахского водопада и этим чуть не вызывает у Ватсона сердечный приступ!
— Ах да, действительно, рад, что ты хоть это читала, — снисходительно кивнул Пусик. — Но в прошлый раз это был другой Лондон, более ранний. Помнится, мы еще там кочевали по временам…
— Да-да, мы были заняты Джеком Попрыгунчиком, и вообще поездка была такой насыщенной… — Я вдруг вспомнила юного и красивого Диккенса. Эх, а сейчас он уже старый, с бородой, и вряд ли мы с ним снова столкнемся, но все равно приятно вспомнить. — Я понимаю, что при Попрыгунчике Шерлок Холмс с Ватсоном еще не жили на Бейкер-стрит, 221-б, поэтому мы и не обратили внимания, что поселились в ТОМ САМОМ «Пустом доме»!
— А ты вся из себя такая холмсоведка, я смотрю.
— Ну мистера Шерлока все знают и обожают. Потому что он самый благородный, честный и бескорыстный из всех частных сыщиков. А еще все рассказы о нем такие увлекательные и душевные, пропитанные, по выражению кого-то из классиков, «спасительной горечью ностальгии».
— Угу, по ходу мы все его фанаты, — уныло согласился Профессор. — Но хватит заочных комплиментов, мой друг агент Орлов прав — надо еще увидеть его наяву. Ладно, довольно слов, пора приступать к делу.
Я быстренько уложила дамский чемоданчик — еда, смена одежды, зубная щетка, запасные носки, тапочки и незаряженный бластер на всякий случай. Алекс свой саквояж, как всегда, уложил заранее, плюс провизию для кота. Сам Пусик с собой ничего не брал. Его оружие — острый ум и такие же когти — всегда при нем…
— Все, парни, я готова!
Старый добрый Лондон… Начало осени, сыро, свежо, ветрено, но как-то спокойно и умиротворяюще. Мы вышли с заднего дворика пекарни, он был выбран как самое тихое место в районе Бейкер-стрит. Опускался вечер, редкие прохожие спешили по домам, видимо, в то время это был не самый людный район Лондона.
Мы свернули за угол, вышли в переулок с конюшнями, а оттуда, пройдя под аркой, оказались на какой-то довольно грязной улочке полукриминального характера. Здесь бегали оборванные мальчишки, трое спившихся бродяг играли в наперсток, на углу стояла парочка драных кебов, в ожидании клиентов мордатые кебмены болтали между собой, обсуждая вчерашний насморк королевы.
Мы перешли на другую сторону улицы, прошли несколько домов, свернули во двор и вышли прямиком к нашему дому. Вел нас Алекс, он без любого навигатора может найти место, где был только раз, десять лет назад, снежной ночью. Длинное двухэтажное здание в стиле Тюдор из красного кирпича, почерневшего от вечного лондонского смога, с темными провалами окон и долгим эхом в коридорах. Теперь я смотрела на него уже другими глазами, здание манило и завораживало. Ведь именно здесь происходили те самые ужасные события, связанные с покушением на Холмса и духовым ружьем.
— Не бойся, полковник Себастьян Моран придет сюда еще не скоро. А если мы не спасем Холмса, то ему здесь вообще делать будет нечего, — утешил меня кот, первым шагнув на ступени и откидывая старый, полуистлевший придверный коврик. Там лежал медный ключ.
— Нет, пусть уж лучше ему будет что тут делать! Ой, то есть я хотела сказать, что…
— Да мы поняли, поняли…
Алекс принял из лап напарника ключ и открыл старую входную дверь с зарешеченным и затянутым паутиной окошком. Мы вошли в холл. Судя по толстому слою пыли на полу, потревоженному только крысиными лапками, и затхлому запаху, дом действительно был нежилой, возможно, после нас сюда никто и не приходил.
Когда мы поднялись по старой скрипучей лестнице на второй этаж, эта мысль окончательно подтвердилась, по крайней мере, агентов Базы после нас точно не было — я увидела брошенную мной у кровати обертку от шоколадки. Да, здесь абсолютно ничего не изменилось. Пыль лежала ровным слоем на всех поверхностях.
Что ж, пусть еще полежит, убираться тут я не собираюсь. Хотя Пусик явно считал, что это моя обязанность. Но намеки типа «кошки любят чистоту и в грязи заболевают кашлем» я отказывалась понимать. Его устаревшие домостроевские замашки меня порядком достали. Поняв, что давить на меня бесполезно, кот бросил это дело и вспрыгнул на подоконник.
— Судя по теням на занавесках, у Холмса с Ватсоном поздний ужин. Может, и нам сходить куда-нибудь перекусить?
— У нас все с собой, — сказала я, подходя к окну с термомиской борща. — И почему мы не прилетели утром?
— Судя по рассказам, он бывает рад поздним гостям.
— Или чисто по-английски ничем не выдает свою ярость по этому поводу. Значит, это ты выбрал время прибытия? — спросила я, посмотрев на Алекса.
Он виновато пожал плечами, в смысле — ну ты же знаешь, как трудно ему отказать, тем более что, возможно, он прав. Я только хмыкнула, наворачивая борщ.