Профессиональный оборотень. Книги 1-10. Компиляция (СИ)
— Ш-ш-ш… ненормальная! Ты сама не понимаешь, что каждую секунду здесь мы на краю гибели… благодаря тебе. Я — кот, я бы выбрался, мы живучие, тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить. Но теперь мне еще и вас вытаскивать, на свою голову. Делай, как я говорю, если не хочешь получить гуттаперчевые конечности.
— Хочу! Чего-чего? В смысле… резиновые? — вздрогнула я. — Как у супергероев, что ли?
— Нет, как у мутантов. Или идиотов типа Гарри Поттера. Молчи, ни слова больше.
— Постой, куда ты нас ведешь, напарник? — вступил наконец в разговор молчавший доселе командор. — Мы вообще-то пришли за тобой. Ты нашелся, и какой же смысл нам рисковать, оставаясь здесь дальше?
— Но я еще не выполнил свою миссию… — начал было кот и прикусил язычок.
— Ничего, дома расскажешь о своей таинственной миссии. — Я незаметно подмигнула Алексу и попыталась схватить агента 013. Но он увернулся и, проскользнув у меня между ног, резко встал на задние лапки в боевую стойку ушу, стиль тигра.
— Алиночка, ты что, спятила?
— Нет, это ты спятил, а я просто хочу домой.
— Ну и иди, я-то тут при чем?!
— Не могу без тебя, котята плачут. — Но, увы, надавить на жалость не получилось, Профессор бдительность не терял и от второй моей попытки поймать его так же ловко увернулся.
— Ладно, — вынужденно сдалась я. — Давайте устроим привал и раскроем карты.
Кот переглянулся с командором и протянул мне лапку в знак примирения. С величайшим трудом удержавшись от того, чтоб не накинуть на него наручники, я тоже приняла правила перемирия и уселась на случайный пенечек, пока мои напарники собирали хворост для костра. Что сказать, рассказ Пусика был не очень связным, но, с другой стороны, очень эмоциональным, а значит, искренним…
— …Я выпил всю водку, чтобы держаться и контролировать себя.
— То есть тебя поймали в умат пьяного?
— Нет! Я был трезв как стеклышко! — по-эстонски возмутился кот, едва заметно вскидывая брови. — Водка только притупляет страх, а пьяными нас делает лишь валерьянка. Не забыла? Ну и с водкой как-то легче на «автопилоте» обходить ловушки…
— Не понимаю, — задумалась я, доставая из рюкзака Алекса шоколадку. — Неужели до сих пор нельзя было какую-нибудь карту сделать, вместо того чтобы каждый раз ходить наобум и попадать в «ловушки»?
— Сюда стараются не соваться, высадят заключенных с вертолета и скорей назад. Короче, толпы желающих картографов не нашлось. К тому же это бесполезно. Аномалии на месте не стоят, все движется, все изменяется.
Я беспомощно оглянулась на Алекса, он пожал плечами, типа агент 013 прав.
— Хорошо, я попробую объяснить вам элементарные правила поведения на Зоне, — тяжело мотая головой, решился кот. — Первое: если в ста метрах все нормально, можно идти. Второе…
— Но как понять, что в ста метрах все нормально?
— Ну… интуиция. Опыт. Пристальный взгляд со стороны. Не знаю, короче! — обрезал Профессор. — У меня есть свое, кошачье чутье, но вам, людям, этого не понять.
— Погоди, — остановила я пушистого лектора. — Но раз мы сажаем сюда преступников, как в тюрьму, значит, по всем законам гуманизма и этики обязаны обеспечивать им хоть какое-то сносное существование, так? Иначе какие же мы благородные герои…
— И если здесь не могут жить ни люди, ни животные, то как, к примеру, мы отправили сюда Заутберга? Неужели он смог чудесным образом выжить и остался нормальным?
— А вот и не остался! — буркнул себе под нос Профессор. — Я его видел. Издалека. Верхом на огромном роботе. Думаю, что он узнал Зону лучше всех и даже умудрился создать себе некий комфорт, как всегда используя бесплатный труд своих механизмов.
— Стоп. Но ты так и не сказал, ЗАЧЕМ ты сам сюда поперся?
— Да, друзья мои, причина, разумеется, есть. Теперь я — сталкер. И, кстати, не худший сталкер! У меня есть животное чутье, какое не светит ни одному человеку. Мягкие лапы, способность к мимикрии, редкий ум, два высших образования, большой опыт выживаемости, девять кошачьих жизней и…
— Пусик, не юли, — с чувством попросила я. — Скажи честно, чего тебе здесь надо?
— Ладно, — устало сдался кот. — Я все скажу. Помните историю с Баюном? В свое время мы учились в одном университете, но я учился изо всех сил, а он… В общем, тот котенок, который засыпал над книгой, становился котом Баюном, а тот, который читал и отвечал на экзамене. — Котом Ученым! Догадайтесь, кто из нас кем стал, если эту скотину вообще никто не мог добудиться?!
Мы с мужем понятливо кивнули.
— Так вот, мне тут недавно поступило одно предложение, написать рассказ для сборника о Зоне в популярную серию «Сталкер». Где, между прочим, пишут не только всякие графоманы, но и титулованные авторы, под псевдонимами. Вы же знаете, я буквально хватаюсь за любую возможность заработать котятам на молоко. Все сроки уже прошли, а я даже не знал, о чем писать, как вдруг узнаю, что в проекте участвует и кот Баюн, причем он свой рассказ уже сдал! Так вот, я и решил, что должен хотя бы из принципа написать лучше, чем этот ленивый тип. Поэтому и отправился в Зону, чтобы собрать материал и победить Баюна, написав произведение, основанное на научных фактах, а не на полубредовой фантазии кота, отлеживающего пузо на дереве. Поверьте, я не питаю иллюзий насчет его литературного дара, но ему удалось меня зацепить. Однако Зона, как всегда, поменяла все наши планы…
— О чем это ты?
— Вот-вот, смотрите! — вдруг вскричал Пусик, явно уходя от ответа и указывая лапкой за мою спину.
Мы обернулись. Далеко-далеко на горизонте шла укутанная в серый туман механическая фигура. На ее плечах явственно восседал обычный живой человек с почему-то непомерно развитым затылком.
— Нефертити? — искренне удивилась я.
— Ничего подобного, — сурово хмыкнул агент 013. — Это и есть Заутберг, ученый-злодей, измененный Зоной. У него еще и хвост имеется.
— Не может быть! — завистливо вздохнула я.
Но мутировавший злодей вскоре пропал в тумане, так и не заметив нас. И слава аллаху, а то не больно-то хотелось в очередной раз вступать в схватку с этим маньяком, а уж видеть его вблизи в новом облике — еще меньше.
Ну а Пусик, уплетая за обе щеки одну банку тушенки за другой, начал рассказывать страшные истории из жизни сталкеров, нагло плагиатя братьев Стругацких, в полной уверенности, что мы не читали «Пикник на обочине». Честно говоря, мы и не читали. Но фильм-то я видела. В смысле кое-как высидела до конца. Наша преподавательница литературы в институте как-то заставила нас целых два часа смотреть «Сталкер» на видео. Ну что я могу сказать? Алиса Фрейндлих мне понравилась. Она мне всегда нравилась. А больше я там ничего не поняла. Ну вроде как все они ненормальные, интеллигентные отбросы советской эпохи и все такое… Короче, я ничего не поняла, и хвала аллаху!
— …Но вот случилось страшное, — замогильным тоном продолжал Профессор. — В тот миг, когда этот сталкер вышел из бара, то сразу встретил на пути свою девушку…
— Она ждала его в засаде? — легко догадался командор.
— Не перебивай, — досадливо отмахнулся кот. — Не в засаде, конечно, так, случайная встреча. Она ему сразу в лоб и говорит: «Знаешь, а я беременна».
— Ух ты, — равнодушно удивились мы с Алексом. — И что такого?
— Как что?! Сталкеры же не могут иметь нормальных детей! У них рождаются только уроды, мутанты!
— Ну так она пока и не родила, чего раньше времени кипешить-то? — резонно поправила я. — И кстати, даже не сказала, что от него.
— Она сказала, — трагично вздохнул кот, прикладывая лапку к сердцу.
— И справку приложила? — поддержал меня мой муж.
— Какую справку? — не понял Профессор. — Не было там никаких справок!
— Если бы с меня никто не требовал справок, — лениво зевнула я, — я бы тоже сказала: твой ребенок, и баста. Плати алименты, а не то по судам затаскаю!
— Вы циничные люди, не обладающие даже зачаточным литературным вкусом, — надулся Пусик и отвернулся к костру. — Мне не о чем с вами разговаривать. Кстати, у нас, случайно, тушенки не осталось?