Профессиональный оборотень. Книги 1-10. Компиляция (СИ)

— Нам обязательно надо сходить в оперу, любимый. — Я повисла на шее у Алекса, болтая ногами от переполнявших меня эмоций.
— Если время останется, непременно! — Он вдруг подхватил меня и закружил в воздухе, я смеялась и вырывалась, но мы оба живо успокоились, столкнувшись с холодным взглядом кота, и напустили на себя серьезность. Но сердце переполняло счастье! Мы в Венеции! Если бы еще не вечно ворчащий под ногами уникальный представитель семейства кошачьих, это задание могло бы стать самым романтичным путешествием из всех возможных поездок с любимым супругом.
— А это Старая Прокурация и собор Святого Марка, покровителя Венеции. Говорят, ему во сне явился ангел и сказал, что здесь он обретет покой. Однако святой умер в Александрии и там же был похоронен, но два венецианских купца выкрали его останки и привезли сюда в корзине со свининой. Турецкая таможня хотела их остановить, но осматривать свинину им было противно, так мощи благополучно прибыли в Венецию — и пророчество сбылось. Хотя, может быть, всю эту легенду про обещание ангела венецианцы придумали себе в оправдание за кражу драгоценных мощей. Но как бы то ни было, сейчас останки апостола Марка покоятся в этой церкви, самой необычной из всех, что я видел в своей жизни. Эти романские базилики в стиле ранней византийской…
Дальше я не слушала, а, глубоко вдыхая морской воздух, думала, что… Я не хочу отсюда уезжать! Да, именно так, не хочу уезжать.
Кажется, я сказала это вслух, потому что агент 013 ворчливо заметил:
— Если мы не найдем Маску вовремя, возможно, так и получится — мы останемся здесь навеки. Пошли отсюда скорей, здесь голуби даже надоедливее, чем их приставучие собратья перед собором Святого Павла в Лондоне, тех я вовек не забуду…
Помню-помню, ему там здорово досталось от птичек.
Мы вышли на набережную, прошли мимо моста Вздохов, названного так не за влюбленное «муси-пуси», а из-за тяжелых вздохов заключенных, которых по этому мосту вели в канцелярию на допрос. Мост соединял эти два места, Дворец дожей и Свинцовую тюрьму «Пьомби».
Я тоже вздохнула, бросив взгляд на зарешеченные окна. Мы завернули на ближайшую улицу, и как это мужчины сразу так легко ориентируются в новом городе? Улица была необычайно узкой. А я-то считала, что в Праге улицы неширокие, да те были просто проспектами по сравнению с венецианскими. Я вытянула руки и коснулась противоположных стен.
— Алиночка, не задерживай, хватит уж развлекаться, тебе не восемнадцать.
— Спасибо, что напомнил, — нахмурилась я и тут же задумалась. — Как только люди живут здесь без солнца?
Между шести-, семиэтажными домами едва был виден просвет наверху, а до просвета в конце улицы было еще дальше. Какие-то коридоры и казематы…
— Конечно, это удивительно, деточка, но только после твоего родного города, где от солнца не укрыться даже в тени, потому что ее нет.
— Да, теперь я понимаю, что не смогла бы здесь жить, потому как в этом городе такой свежий морской воздух, а я с детства привыкла видеть, чем дышу. А еще тут совсем нет деревьев.
— Так откуда им расти, из булыжника и цемента? Хуже всего, что здесь не найти кошачьей травы, а у меня насморк разыгрался. — Как бы в подтверждение своих слов Профессор не удержался и громко чихнул.
Я с сочувствием покосилась на него. Эх, уложить бы сейчас его в кроватку, сунуть чашку горячего молока в лапы, градусник под мышку, сиделку из хосписа, чтоб контролировала прием касторки, а самой махнуть с Алексом кататься по Каналу Гранде вдвоем!
— Не хочешь отдохнуть в гостинице? — на всякий случай поинтересовалась я.
— Еще чего, ради дела я готов пожертвовать многим, и в том числе здоровьем! О, кстати, магазин карнавальных костюмов, мне нужна другая перевязь для шпаги, та не сочетается по цвету с курточкой, — обрадовался наш суровый борец с монстрами, забегая в магазин. — Вечером же открытие карнавала!
— Вэк… чуть не забыла, мне тоже надо выбрать костюм!
В магазинчике мы застряли надолго и в основном из-за меня. Каюсь, я непозволительно долго выбирала между оливково-зеленым с серебристым отливом платьем из шелка и бархатным цвета увядшей чайной розы.
 
— Это самые модные цвета в этом сезоне, синий был в прошлом году, когда дамы хотели подчеркнуть бледность лица, даже пользовались голубой пудрой, чтобы создать эффект прозрачности кожи, — объяснял услужливый продавец.
В конце концов я остановилась на первом. То есть меня убедили, Алекс и кот, умоляя, опустились на колени и не вставали до тех пор, пока я не определилась. Нашего хвостатого казначея не остановило даже то, что это платье стоило в полтора раза дороже. Кот был готов на все, лишь бы я выпустила их из магазина! Мужчины в этом смысле капризны и беспомощны, как дети.
Это было платье Коломбины, а как запасной вариант я взяла еще костюм амазонки, выдержанный в золотисто-коричневых тонах, в придачу к нарядам две бархатные полумаски с узорами из золотистой нити, веер у меня уже был, и две пары туфель под цвет платьям. По стенам висели костюмы и маски Ангела и Дьявола, Арлекина, Пьеро, Панталоне, Фантески, Бригеллы, Капитана, Пульчинеллы, Скарамуша и Влюбленных, черное домино с длинноносой баутой — маской с куском черного шелка понизу. Кринолины, ленточки, кружево (венецианское, французское, испанское, брабантское и готическое), раззолоченные платья с пышными рукавами из итальянского газа, плиссированные косынки-шали, пунцовые чулки, яркие шелковые пояса и расшитые камнями кошелечки. Этот магазин был одним из самых чудесных мест, которые я посещала в жизни. Я никого не утомила?
Алексу подошла маска Капитана. Командор же с улыбкой показал сидевшему под прилавком напарнику маску Кота. Тот скорчил рожу и возмущенно отвернулся.
— Какое уродство, неужели люди так нас себе представляют?! — возмутился Профессор, когда мы вышли из магазина. — Я не выбрал для себя маску вовсе не из шовинистических принципов, а из практических соображений. Мой костюм позволит мне минимальными средствами перевоплощаться в героя Шарля Перро!
— Тебе бы еще подошел костюм чертенка, — подыграла я. — Ему тоже не надо прятать хвостик, но, с другой стороны, на твой роскошный пушистый хвост уйдет очень много геля, чтобы он стал тощим, как положено чертенячьему. Это неэкономично, так что ты, как всегда, прав!
Обедали мы у себя в гостинице, спагетти, чесночный хлеб, пицца и кофе. До выхода в общество оставалось несколько часов.
— А теперь ты нас замучаешь, советуясь, какое из двух платьев надеть первым, и мы точно опоздаем на открытие! — ныл агент 013, при полном параде фланируя под дверью в мою комнату.
Но я еще в магазине решила, что это будет оливково-зеленое, поэтому всего полчаса потратила на макияж и завивку волос щипцами с аккумулятором. Согласитесь, это рекордная скорость, потому что я сама хотела успеть к началу мероприятия.
— Ты неотразима, — восхищенно признал командор, нежно целуя мне руку, когда я предстала перед ними во всей красе венецианского шелка. А кот даже подавился сушкой, которую грыз в нетерпеливом ожидании. Что, съел?!
На улицах Венеции было полно народу. Все в ярких костюмах, мишуре и явно поддатом, праздничном настроении спешат на карнавал к площади Святого Марка. Должна признать, что наша троица привлекала внимание — на нас стоило посмотреть. Может быть, это действительно наше самое «нарядное» задание, и я гордо шла под руку с блистательным мужчиной, а шлейф моего платья нес гордый малый в костюме Кота в сапогах! Ах, сказочная страна, волшебный город, чудесное время…
Опускались фиолетовые сумерки, мы прибавили шагу, но вдруг на перила одного моста прямо на наших глазах влез какой-то человек. Просто так пройти мимо и деликатно «не заметить», что кто-то собирается покончить с собой и этим чудесным миром, было бы просто не по-человечески. По крайней мере, я так считала…
— Тихо, не будем ему мешать, это знаменитый Горбатый мост, мост самоубийц, — шепотом сказал кот, являя наглядный пример аморального типа. И прежде чем Алекс, второй аморальный тип, схватил меня за руку, попытавшись поскорее увести с этого места, я с мольбой обратилась к самоубийце, одетому прилично, как аристократ: