Профессиональный оборотень. Книги 1-10. Компиляция (СИ)
Кот с Мартином терпеливо ждали окончания наших разборок. Паренек, купившись на умильную внешность Пусика, по-детски присел на корточки его погладить. Естественно, агент 013, внимательно наблюдавший за нами, резко шлепнул его по руке, чтоб не мешал.
– Ай! Он меня оцарапал!
– Это самумский бойцовый кот, сарацины натаскивают их на добивание смертельно раненных христианских рыцарей.
– О-о-о… а когти у него не ядовитые?
– Сегодня вроде бы нет, – пожал плечами командор. – Ладно, я возьму тебя на службу. Делать – все, плата – по настроению, выходной – каждое второе воскресенье каждого третьего месяца каждого четвертого года.
– Ого! Еще и выходной! – С радостным криком Мартин взбрыкнул в воздухе ногами и вскинул вверх сжатую в кулак руку в знак победы.
Шустрый паренек. Может, он нам и вправду пригодится? Если покажет себя верным малым, мы из него связного сделаем, на случай если нам троим придется разделиться. Мои мысли оказались пророческими, но разделиться нам пришлось гораздо раньше, чем я ожидала.
На очередном мосту опять стояли мусульманские стражники. Опустив копья, они виновато поклонились Алексу, но дорогу нам загородили:
– Ай, нельзя с женщина сюда, балшой грех будет… Епитимий наложат, поругают, казнить могут обязатылна.
– Это правда, – обернулся наш новый работничек. – Раньше пускали, а теперь нет. Хотя, по-моему, зря! Была бы еще княжна какая, а то ведь так, рабыня…
Вот наглец! А я еще способствовала его трудоустройству. Уволю завтра же, и пусть только Алекс попробует мне отказать! Беззаботно не замечая моего испепеляющего взгляда, Мартин уже что-то показывал командору:
– Вон, вон, видите барельеф над воротами – «Рыцарь на коне»? Это как раз и указывает, что входить могут только лица мужского пола.
– Тогда уж вход только для рыцарей, а особо умные писаришки ночуют за дверями, – съязвила я, но вовремя прикусила язык. Чуть всю легенду не завалила… Однако долгого молчания я тоже не вытерплю, надо что-то придумывать.
Алекс после минутного размышления потянулся за кошельком, но стражники с явным сожалением отвели глаза.
– Мы честный стражник, еще мала-мала жить хотым, – признался один, другие закивали.
Алекс вздохнул, наклонился ко мне и тихо прошептал:
– Я не могу тебя тут оставить, пойдем в Средний замок. Дары я им и потом отдать успею. Агент 013, дальше работаешь сам!
Пока парнишка, раззявив рот, считал ворон, Профессор дунул через мост между ног стражи. Правда, наш умник Мартин не вовремя крикнул:
– А кот побежал туда! – указывая на ворота.
Стражники немного всполошились, но кот – это не крыса, эвакуированная из погибшего от чумы города, и уж никак не неприятельский лазутчик. Так что проблем никаких, в погоню никто не бросился…
– Ладно, едем. – Командор решительно развернул коня.
– Вы что, не помолитесь с дороги в костеле Святой Девы Марии?! Все прибывшие первым делом туда идут, – опять не ко времени влез Мартин.
Стражники зашептались, выжидательно уставившись на Алекса, похоже, насчет отсутствия проблем я поторопилась…
– Мальчик, если ты еще раз посмеешь меня учить, то получишь плетей!
– Я просто спросил… Думал, может, вы забыли, что костел находится в Верхнем замке, а в Среднем помолиться негде. Одна часовня Святого Варфоломея, но она сейчас на ремонте… Как же вам без молитвы?
– Тебя не спросили! – вспылил Алекс, но, опомнившись, понизил тон: – Помолюсь попозже, боевые раны заставляют меня скорее спешить в госпиталь. Надеюсь, что странствующих рыцарей там кормят бесплатно?
– В последнее время все больше картофельной ботвой да кормовой свеклой, – быстро сообщил юный писарь.
– Чем?! Кажется, раны больше не ноют, пойду-ка я лучше к братьям, побеседую, как тут и что. Давненько не был в родном Мальборке, заморские странствия отнимают кучу времени.
Мы беспрепятственно выбрались во двор Среднего замка, но там на нас начали коситься монахи. Один подозвал к себе Мартина и что-то ему зашептал, укоризненно тыча пальцем то в меня, то в Алекса.
– Что им нужно? – высокомерно выгнул бровь мой любимый.
– Говорят, женщинам сюда тоже нельзя, но…
– Что значит «но»?
– Открыто нельзя. Тайно, по вечерам, за определенную плату вашу рабыню вполне можно провести. Платить надо вон тому главному монаху, – громко доложил Мартин, показывая на толстого священника.
Бедняга отчаянно пытался сохранить значимый вид, притворяясь, что он тут ни при чем. Хотя, чтобы не перепутали те, кому нужно знать, что это он при чем, а не кто-то другой (я совсем запуталась, но вы поняли…), монах пару раз подмигнул нам.
– Ничего не поделаешь, судьба против нас, – вздохнул Алекс. – Мне придется найти тебе временное пристанище где-нибудь в хозяйственных постройках.
– Вэк?! Ахмахан сих мада! Кирэмаха!
– Вижу, тебе это не нравится, о привыкшая к роскоши дочь Востока?
– Что вы с ней церемонитесь, господин, пусть спит под телегой!
– Ах, синэ мамарджан! – возмутилась я, от души давая подзатыльник наглецу.
Теперь, когда у меня прорезался голос, я чувствовала себя гораздо увереннее и могла распускать руки.
Парнишка ойкнул и полез мстить, он бы получил сполна, но монахи резво взяли меня в кольцо.
Потом, всей толпой, вежливо, под локоточки, сопроводили на постоялый двор. Ни брыкания, ни ругань не помогли, вырваться не удалось. Неспешно подъехавший Алекс расплачивался с хозяином, довольный Мартин продолжал меня поучать:
– Тебе здорово повезло, сарацинка! Твой господин очень щедрый и снимает для тебя комнату на постоялом дворе. Никто из рыцарей так бы не поступил, рабы и пленники должны спать в грязи, на скотном дворе или… Ой, хватит драться, а?!
Ногой я до него все-таки дотянулась… Хотя и зря, вдруг кто-нибудь догадается, что, раз дерусь, значит, понимаю их речь?! Но мальчишка этот ничем не прошибаемый, скоро я действительно махну на него рукой… или убью! Второе ближе…
Алекс поехал отмечаться в госпиталь, а я с тоской оглядела свои апартаменты. Комнатка была грязной, предназначалась для простого люда, снабжавшего Мальборк провиантом и всем необходимым. Впрочем, народ здесь был непривередливый и за ночлег платил охотно. Для более знатных гостей в Среднем замке была куча гостевых палат, а мне досталась классическая клетушка с клопами, которые напряженно ждали, когда я лягу, чтобы начать пировать.
На маленькой кухне мне дали бигос – национальное мясное блюдо польских охотников. Я даже посмеивалась вначале: что это там Мартин плел про картофельную ботву? Потом обнаружила, что сухожилия какие-то подозрительные, соус пахнет дегтем, да и капуста больше похожа на заячью…
Через часик уже соскучилась и вышла во двор, в надежде, что Алекс увидит меня из окошка замка и прибежит обнять. Угу, как же… Котик тоже не появлялся, видимо, наш пушистый лазутчик трудится активней всех.
Я вдруг вспомнила, что в Средневековье кошек считали «ведьмовским отродьем», верными помощниками для занятий черной магией, и впервые испугалась за его шкурку! Других котов здесь тоже не было видно, может, их всех уже сожгли, утопили, закопали живьем?! Какой ужас…
Я стала лихорадочно настраивать микрофон, чтобы выйти с Толстуном на связь, просто удостовериться, что с ним все в порядке. Микрофон молчал, как командир партизанского отряда… Вскоре я забыла о котике, разговорившись с каким-то крестьянином о видах на урожай.
– Совсем цены в этом году упали, даже навоз не окупается.
– Киркилик, марджяб фикалу? Вах, вах, вах…
– Нет, конечно, свой, не покупной. Но вот если б этот навоз продать, как делают франки, в Голландию. Тамошние оранжерейщики, которые цветы в горшках выращивают, хорошо за него платят.
– Вай, мин дармия нух бастурма!
– Да уж, а то и так голодать приходится, а за землю вовремя платить надобно. Одни поборы! – Здесь мужик перешел на шепот: – Эти тевтонцы у нас уже вот где! Им бы только война, а мы все платим, платим, платим…