Мой любимый Напарник (СИ)

Слишком размыто, едва угадывается образ. Но это явно человек, ребенок! Я напряглась до боли, пытаясь уловить то, что мне было показано, но не смогла.
«Кто это?» - прошептала устало, вытерев со лба пот.
«Не знаю, - удрученно прошелестел искин. – Но… сейчас к этому изображению испытываю странные чувства – боль, тоску, печаль и понимание, что всё кончено…»
Я встрепенулась.
«Вот!!! Именно об этом я тебе толкую!!! Вот так точно, только в тысячу раз сильнее, чувствуют себя ваши пленники и их родные!!! Это так ужасно, правда??? Мо, ты должен помочь и им, и мне! Твой хозяин сошел с ума или же у него нет сердца! Впрочем, его раса — это вообще не люди, и совести у них нет…»
Мо молчал. Я чувствовала, что внутри него что-то отчаянно борется, и он никак не может решить, как же ему поступить.
Вдруг послышался щелчок открываемой снаружи двери, и я испуганно вздрогнула, выныривая из общения с искином.
На пороге появился Ошшар: бледный, с искаженным страшным лицом. В руках у него поблескивал нож, и я поняла, что пришёл он по мою душу.
Вскочила на ноги и приготовилась к схватке, а «марионеточный» тотчас же ринулся на меня с бульканьем вместо яростного крика.
Двигался по-прежнему неуклюже, но был силен. Я отпрыгнула в сторону, но камера была настолько мала, что мне едва удалось увернуться. Ошшар развернулся ко мне довольно резво, словно нарастил темп, а потом немедля ринулся в повторную атаку.
Я поняла, что долго уврачиваться не смогу: как только устану, он повалит меня на пол в два счета. Дверь он за собой предусмотрительно закрыл, так что у меня два выхода: или телепортироваться отсюда (чего я вообще не умею), или… ударить его ментально, как учил меня Нэссиль.
Отпрыгивая от вездесущего лезвия и извиваясь ужом, я напрягла все свои силы. Подстегиваемые адреналином и желанием жить, они подключились быстро и осветили мое тело небольшим голубоватым свечением. Однако, когда я направила ладони в сторону противника, из них вырвалась такая мощь, что его снесло с места и ударило об противоположную стену. Кажется, нечто подобное некогда совершил Нэссиль с тем самым ягиром на Шакре.
Когда парень распластался на полу изломанной куклой, я подскочила к нему, ногами пригвоздила его тело к полу и выхватила из ослабевших рук нож.
Однако ни агрессии, ни ярости на лице «марионетки» не было. Он смотрел на меня неистово печальным умоляющим взглядом, после чего прошептал:
- Пожалуйста, добей меня! Умоляю!!! Я больше не хочу… так жить!!!
Меня обдало горячей волной его боли и жуткого страдания. На мгновение я погрузилась в его ментальное поле и поняла: парень намеренно меня спровоцировал, чтобы погибнуть и наконец-то избавиться от этого плена. Прочувствовала всё его отчаяние и ненависть к саалонцу. Оказывается, он жил вот так уже больше семи лет и давно мечтал о смерти.
По моим щекам непроизвольно покатились слезы.
«Смотри, Мо! – закричала я мысленно. – Вот что делает твой ненаглядный принц!!! Вот, что потом происходит с душами живых разумных существ!!! Разве это может быть оправдано???»
«Не может… - выдохнул искин трагичным голосом. – Не может...»
__________
*Подробнее о парабощении цвиннов написано во второй части цикла "Мой любимый Метаморф"...
  
Глава 46. План искина...
 
Юлия
Мо снова исчез. От него остался отчетливый шлейф ужаса и полнейшей растерянности, а я до сих пор нависала над Ошшаром, в глазах которого всё больше таяла осмысленность, каким-то образом прорвавшаяся сквозь пелену ментального рабства.
Наконец, глаза парня окончательно потухли, и он перестал сопротивляться мне. Руки опустились, тело обмякло, а безучастный взгляд уставился в потолок и замер.
Я с трудом сползла с него, чувствуя, как в груди перестаёт гореть сила, а вместо неё приходит глубокое опустошение. Кажется… я сейчас свалюсь в обморок! Но мне нельзя! Ведь я могу не успеть!!!
Однако остановить беспамятство не удалось.
Очнулась я через длительное время, причем, меня явно кто-то разбудил.
 
«Вставай, Юля! Поднимайся!» - настойчивый голос в голове заставил поморщиться и медленно присесть. Огляделась. Ошшара уже не было, да и входная дверь была закрыта. Я всё это время лежала на полу, а в ментальном поле пребывал очень возбужденный искин Мо.
«Юля! Надо торопиться! У тебя всего одни стандартные галактические сутки, прежде чем Шейхед займется тобой лично. Он очень силен в ментальном искусстве и способен перекроить тебя необратимо!!!»
Я слушала эту пылкую речь и с каждым словом в груди всё сильнее расцветала надежда.
«Неужели, Мо, ты все-таки решился мне помочь? – изумлённо прошептала я. – Спасибо!!!»
Искин смутился совсем человек.
«Я… всё взвесил и проанализировал... – проговорил он печально. – И я понял, что ты права. Порабощение других существ не является добром. Это зло. Это несправедливо и приносит очень много боли. Просто… я столько лет жил этой мыслью и целью, столько лет ломал живые души, что… - искин замолчал, а в меня полилось его отчаянное раскаяние, - я устал, Юля! Ты не представляешь, как я устал!!!!»
И было в этом беззвучном крике столько страдания, что мое сердце встрепенулось в ответ.
«Всё ещё можно исправить… - попыталась я его утешить. - Когда мы освободимся, я хочу забрать с собой и тебя. Где мне найти твою системную плату?»
«Прямо под центральной лабораторией находится блок управления. Там в небольшом хозяйственном помещении хранится мое сердце. Как оно выглядит, я не знаю, но хозяин не раз обещал уничтожить его, если я буду плохо работать. Однако… я не уверен, что хочу уходить. Какой в этом смысл? Я не живое существо, а всего лишь машина. И я сделал много зла. Лучше всего... отключить меня.»
«Нет, нет, - искренне возмутилась я. - Ни за что! И ты живой, Мо! Я не знаю, как и почему, но ты точно живой!!! Искусственный разум не может быть таким эмоциональным!!!»
Мо усмехнулся.
«Спасибо за попытку утешить, но то, о чем ты толкуешь, невозможно…»
«Тогда откуда у тебя воспоминания о каком-то малыше, по которому ты тоскуешь? Я уверена, что ты нечто большее, чем просто искин…»
Мо не захотел продолжать этот разговор. Ему было отчетливо больно. Вместо этого он изложил мне свой план.
Убивать Шейхеда искин отчаянно не хотел.
«Он мне как… родственник, понимаешь? Мы столько лет провели вместе. Да, его идеи нехороши, сейчас я это понимаю, но у него такой пытливый и живой ум! Он единственный из всех братьев в семье императора, который считает иные расы побратимами. Да, своё происхождение он явно превозносит. Даже предтечи в глазах саалонцев – это немного недоразвитый вид, хотя они и считаются предками всех живых существ. Сотни тысяч лет мутаций привели к тому, что саалонцы стали сильнее, могущественнее, крепче. И эта тенденция растет!!! Если возможно, пусть он останется жив…»
Мне эта идея не нравилась. Если Шейхеда не остановить, он всё начнет заново. Найдет себе иного Мо и запустит эксперименты опять.
Но на самом деле возможностей для полной победы у меня всё равно не было. Я ему не ровня. И моя задача просто спастись.
План Мо был дерзок, но полон дыр. Так как искин полностью управлял безопасностью на этом корабле, то мог скрыть на какое-то время мои передвижения. В этот срок я должна была посетить как можно большее количество узников и кое-что провернуть. А ещё Мо пообещал отослать сигнал кому-то из наших. Он считал, что когда Шейхед попадёт в окружение, то решит скрыться в одиночку, и узники окажутся спасены, а он сам не пострадает.
Я возразила, что из окружения как раз и не скроешься, на что искин ответил, что Его Высочество Шейхед уникален том, что способен одной только силой мысли создавать мощные портальные переходы в любой точке пространства. Это его дар и особенность, которые не унаследовал никто из императорской семьи. От способности к телепортации это в корне отличалось тем, что порталы открывались для любого количества людей, техники и предметов.