Покладистый отморозок (СИ)

— Рафаэль, ты ЖВРГ любишь?
— А что это такое?
— Это, друг мой, литературный приём, который писатели часто используют для дешёвой спекуляции. Жертва в развитие героя!
— Не понял, Олега-джан, объясни пожалуйста.
Воистину, язык мой — враг мой, сам себе на голову выпендрился, теперь полчаса нудеть придётся. А куда деться, когда сам виноват?
— Представь, что я договорюсь с нашей багирой и она завтра пойдёт в разведку. Вражеские индейцы её убьют и тогда мы примем на воспитание маленьких ягуарчиков, которые будут верны и преданны всегда и погибнут, защищая нас в критической ситуации. Заодно, появится повод устроить геноцид племени в качестве мести.
— Нет, ара, противно это и читатели не поймут.
— Вот тут ты ошибаешься друже. Многие будут умиляться нашим усыновлением котят и злобно кайфовать, читая описание жестокого расстрела целой общины. А если ещё в мельчайших подробностях опишем, как мы трахали женщин племени, то сразу попадём в лидеры виджета "Популярное".
— Извини, Саныч, но мне такая слава не нужна. Противно. Я лучше сам в разведку пойду, чем молодую мамашу посылать на риск.
— Эх, не быть нам с тобой лидерами продаж. Сейчас именно этим меряются многие.
А наутро нас ожидал сюрприз. Какая-то добрая душа притащила ночью поближе ко входу целую ногу горного барана, явно отгызенную, а не отрезанную. Пришлось Рафику шкурку срезать с конечности, как умеет, чтобы использовать мясо по назначению. А я подбил парочку индюков в лесу неподалёку. Как раз восстановил бывшее умение камнями кидаться на нехилое расстояние. Опять сюрприз — связки не потянул и артрит не проклюнулся. Значит будет экономия патронов при случае. Я не Грегори, поэтому четыре цинка с патронами для своей СВДшки затарил и на дно коляски уложил. Не тушёнкой же наполнять корзину с колёсиками.
Индейских фазанов отнёс к соседкиной квартире в качестве жеста ответной вежливости, а сам вернулся докапывать партнёра, замариновавшего мясо. Всё-таки армяне молодцы — умеют обустроиться в смысле гостеприимности. Братан, оказывается, надыбал ведёрко, завёрнутое в виде рулончика. Очень удобно и много места не занимает. Да и казанок он среднего размера тоже прихватил, загрузив в него всякой всячины, чтобы место сэкономить. Теперь живём, как белые люди, а не как чокнутые бывшие вояки, думающие только об оружии и боеприпасах.
— Ара, завтра гости придут, хочу и их шашлыком угостить.
— А шампуры где возьмём?
— Э, дорогой, я уже палочки настругал, всё пучком будет.
Во как, век живи — век учись, всё равно неучем помру. Даже не знал, что и так можно. А вдруг сгорят в процессе приготовления? Ладно, сеньоре профессоре лучше знает, не буду докучать расспросами. Кстати, нам повезло, что я практически не пью. Это Грегори припас две галлонные бытылки "смирновки". Нам до самой смерти хватит, потому что пока нет уверенности в завтрашнем дне.
Встреча обеспечила мне, как разрыв шаблона, так и когнитивный диссонанс, если я правильно такие словечки понимаю. Индейцы больше охотятся, чем кушают! То-то они все крепкие и худощавые.
— На горных баранов охотитесь?
— Да-да, обязательно. Когда те со скал падают. Не ленимся в пропасть спускаться.
— А на оленей охотитесь?
— Обязательно, если в кустарнике запутаются или сильно ногу подвернут.
Блин, живности валом, но дальнобойных средств убиения братьев наших меньших однозначно не имеется. Наконечники из обсидиана плохо шкуры пробивают, поцарапают разве что объект охоты. А загонных вариантов в горах не предусмотрено. И ещё одна проблема — транспортировка добычи. Слишком далеко от стойбища нет смысла никого убивать, когда не на чем везти тушку. Тот же горный баран тяжелее самого охготника и даже дамочка его весит больше, чем индианка. Нужны лошади, стрелялки типа "Сайга", патроны, а это всё дефицит, а то и из разряда "пока не изобрели". Мустангов, кстати, тоже добывают на мясо и шкуры, а не покататься. Плюс, вся живность пугливая и быстро-быстро убегает, хрен подкрадёшься.
 
Вопрос: а как же Гойко Митич и его последние могикане? Нет, Великий, такого не знаем, не смотрели. Да, мало ли что в кино показывают. Как только с голоду не померли? Померли, все померли, брат ягуаров и дядя котят. Вот и яна с хороших земель выперли какие-то "моно", а тех с их угодий нагнали ещё кто-то, которых подвинули мексы. Причём последние привели чернолицых для обработки захваченных земель и теперь совсем плохо стало.
— Ну-ка, расскажите мне про этих яна, какие у вас отношения с ними сейчас.
Совсем плохие отношения. Неправильные индейцы имеют много лошадей, три мушкета и в два раза больше охотников. Но скоро тоже уменьшатся в количестве, потому что из громо-палки стрелять сложно. Пока бабахнешь — вся еда сбежит куда подальше от неприятностей. Конечно, у них есть металлические наконечники, но из предыдущей жизни, когда с испанцами торговали. Хрен набегаешься за каждой стрелой.
— Рафа, может оба племени на пинках на равнину спустить?
— Олег Саныч, так там свои ёкуты и яна имеются, не подпустят.
Чёрт, хоть отбирай лошадок у янесов и бегом в Монтерей или на Скраменто-ривер. Куда подальше от местной безысходности.
— Ладно, угомонитесь, сделаю вам одолжение. Сначала пойдём и баранов с оленями вам настреляем. Потом с янами встретимся. Я сказал "потом", а не прямо сейчас.
Индейцы ушли готовиться и выпрашивать у вождя лошадок, чтобы было на чём добычу везти в стойбище. И сто раз поклонились, когда мимо ягуариной пещеры проходили (метров за сто от неё). Дети природы, итить-колотить.
— Олег-джан, я ночью проснулся, а ты… твой перстень почему-то светился.
— Ярко или так себе?
— Наверное средне, но я же не знаю как ярко у тебя.
Вот и я не знаю. У меня изредка по ночам сновидения бывали с голосами, видимо от переутомления от активности в первой половине жизни. Якобы я (как бабушка выдумывала в своё время) какой-то наследный яджуджа. Ну и в Русском Музее, в Ленинграде, хранится перстень нашего рода. В перестройку, чтоб ей пусто было, я вообще-то хорошо зарабатывал, даже очень хорошо. Нестандартным аналитикам хорошо платят за прогнозы.
В общем, двоюродный братец, партийный функционер, помог в 1989 году выкупить его. Бардак-то был страшенный в то время, так как Горбачёв совсем контроль над ситуацией в стране потерял. Прикольно, но об этом перстне в Питере и Москве ходили слухи, якобы он огромную власть даст тому, кто наденет. Как раз, в 89-ом, один секретарь ЦК КПСС решил присвоить, надел и… помер от сердечного приступа. Ну и до него, ещё в советское время, тоже погибали. Суеверия меня не смутили, а такую редкость, да ещё и древнюю, я и решил прибрести. Брат договорился где надо, мы с ним съездили и всё тайком провернули.
Вот, когда я его надел на средний палец правой руки (так положено согласно ночным глюкам), камешек синего цвета и подмигнул легонечко. Несколько раз за последующую жизнь такое наблюдал, но лишь на руке. Когда он в шкатулке лежал, то никак себя не проявлял. А теперь почему-то возбудился, раз Рафик-джану спать не дал. Может учуял что поблизости или перстню делать нефиг, вот и чудит. Я такой фаталист и диалектик, что считаю по-простому. Если чего-то непонятно, то это не чудо, а лишь пока необъяснимое явление.
— Братка, не обращай внимание. Может статическое электричество балует, не биг дил.
На следующий день десяток охотников прибыл с лошадьми и мы отправились по их намёткам по местным кушарам. Подельник остался на хозяйстве, а переводчик Игнасио (оказывается его так католики крестили) обеспечил мне испано-попугайский перевод. В принципе, первое стадо мы заметили уже после обеда, на полянке в небольшой рощице. Издаля, ясен перец, метров с трёхсот. Два индейца впереди шли, ну и просигналили вовремя. В горной местности не везде "горно", местами очень даже "предгорно", а то и "равнинно". Я из-за пригорка посмотрел под углом вниз, углядел два десятка олешек с чёрными хвостами, а дальше дело техники. На охоту взял АК-74 от Грегори, чтобы свои трёхлинейные патроны не тратить. Выставил планку, перевёл на одиночный и очень даже быстро и метко отстрелялся. Восемь выстрелов — четыре жертвы: молодой олень и три самочки. Кто-то убит, кто-то ранен, стадо сбежало, а мои охотники помчались к добыче, как будто сами олени. Видимо побоялись, что кто-нибудь отберёт.