Из убийцы в мечника: Начало (СИ)

— Мне нечего терять, — фыркнул я и бросился на нее однако она была не так проста из неоткуда появилось копье и добавило к моему и без того покалеченному телу еще одну дыру в плече.
— Ничтожество, — вся красота улетучилась и на лице была лишь безудержная ярость.
Два выпада и две дыры в брюхе боли не было, и движения не были скованы я стоял спиной к ее лошади, что отнюдь не радовало, ибо только дурак посчитал бы этого коня обычным. Я оттолкнулся от него и в кувырке рубанул ее мечом, однако лишь порвал плащ, я уж было начал ругаться, но порванный плащ заставил ее беситься еще больше.
— Я уничтожу твою жалкую душонку человек, — проорала она потусторонним голосом и бросила в меня копьем. Однако яростные атаки это атаки глупцов я принял удар грудью. Копье прошло на вылет, но я не замедлил свой шаг. Я с разбегу вонзил меч ей в сердце, если оно у нее было.
— Думаешь, убил меня презренный? — у нее на лице застыла насмешка.
— Не из моей груди льется кровь, — я улыбнулся и выдернул меч.
Она засмеялась будто безумная.
— Глупец сам подставивший свою душу под атаки моего копья, — она сплюнула кровь. — Теперь ты обрек себя на судьбу хуже смерти, — мне было плевать, если это значило, что я не умру сейчас-то так тому и быть.
Глаза застелила пелена, и я увидел богиню на кошачьей упряжи. Мы стояли в поле из прекрасных цветов, которые были всех известных и неизвестных мне оттенков.
— Ты поступил глупо, однако никто не вправе осуждать твой выбор, — сказало она таким же тоном, как и всегда.
— Как я смогу жить без души? — спросил я.
— Как и многие до тебя смерть не будет искать тебя покуда ты сам ее не найдешь, — загадки как я не люблю загадки.
— Не пояснишь?
— Ты не состаришься и не погибнешь как обычные смертные, — она вылезла из упряжи.
— Стало быть, я теперь бессмертен? — звучало отлично.
— Ты не жив, ни мертв ты посередине чему я неимоверно сочувствую, — в голосе почувствовалась искренность. — После того как тело падет от меча тебя ничего не ждет лишь пустота.
— Это меня не пугает, — если я уже не жив, не мертв, то пустота не страшна пустота станет избавлением после столетий скитаний. — А как ты пришла ко мне? У меня же нет души.
— Я в грезах, а грезы видят даже мертвецы, — пояснение было более чем понятным. — Однако ты встал на тропу, которая более не видна Норнам, а посему мой последний тебе дар это совет.
— И какой же? — что могла посоветовать богиня тому, чью судьбу не разглядеть.
— Если будешь существовать, во время Рагнарека не попади под копье или меч сестер убитой тобой валькирии, — она рассеялась как дымка поутру за ней поле, и я очнулся.
Каменный полоток и такой же могильный алтарь. Меня готовили к похоронам, почему то эта мысль вызвала у меня смешок. Я поднялся, оглядел тело струпья потрескались и посыпались на пол. Раны давно зажили, тело было омыто, подле алтаря были устеленные шкурами лавы. Я укутался в одну из шкур и с трудом вышел из комнаты. Суставы ныли, как и мышцы. Сколько же я пролежал вот так? Однако ответа на вопрос не было, да и откуда он у меня.
— Эй люди есть кто? — проорал я но из-за того что горло пересохло, вышел невнятный хрип.
Ответа не последовало, я пошел, по коридору опираясь на стену и, заглянув, в несколько дверей там так же были тела но уже иссохшие. Выходит меня не готовили к похоронам, а уже похоронили, а это нечто вроде склепа.
— Умер, я умер, а теперь я не жив, не мертв, — почему то это заставило меня гоготать, как ту валькирию перед смертью, однако мой смех прервался кашлем. — Дьявол нужно выбираться или пустоте не придется меня долго ждать.
Спустя пять этажей я навернулся со ступеней, в результате чего сломал несколько ногтей, но это было не самым важным, ибо я увидел, что в волосах появились седые пряди. Только этого еще не хватало теперь, я как чертов старик. Пока я кряхтел, пытаясь подняться, из-за угла показался парнишка лет, пятнадцати он выронил из рук, какие-то банки и они с треском разбились.
— Подняться поможешь? — спросил я, переворачиваясь на спину.
 
— В башне мертвец! — проорал он, так что я обеспокоился за судьбу барабанных перепонок.
— Не спорю, на живого я не очень похож, но уверяю, убивать тебя сил у меня не хватит, — прокряхтел я.
На его вопли сбежались несколько человек.
— О боги даже в башне, — сказал высокий темнокожий мужчина в серой робе.
— Значит, заклятие становиться сильнее и отсюда нужно уходить, — сказала девушка в синем платье с дивными черными волосами до пояса.
Еще один в такой же серой робе хотел, что-то сказать но я его опередил.
— Ага, и сжечь меня не забудьте, — мои слова заткнули их пуще любой магии.
— Мертвец заговорил? — будто не веря своим ушам, спросила девушка.
— Я мало похож на живого, — и это было, так кожа была серой, и тело было иссохшим. — Но можешь пощупать пульс, чтобы убедиться, — обратился я к девушке.
— Он действительно говорит, — констатировал чернокожий и склонился надомной. — Ты знаешь свое имя? — спросил он.
— Айдан, — максимально выразительно сказал я.
— Интересно Айдан а ты помнишь свою смерть? — выговор моего имени у него был откровенно странным.
— В ущелье подле ледяного озера, — это далось мне труднее.
— Я доставлю его к старшей, — вклинилась девушка.
— Да это разумно, — согласился темнокожий.
Она магией укутала меня в шкуру, и я полетел по воздуху, что радовало, ибо не приходилось ходить. Однако молчание напрягало.
— Где я нахожусь? — спросил я, дабы развеять молчание.
— В башне цитадели, — коротко ответила она.
— Как тебя зовут? — меня бесила ее молчанка.
— Мертвецу это знание незачем, — фыркнула она.
— Я говорю разве это не доказательство жизни?
— В тебе нет души, а значит, ты мертв, — сказала она и ускорилась.
— Жить значит осознавать себя и душа тут не причем, — это я узнал из учебника по философии, ибо он был единственным не по алхимии в доме Парацельса.
— Глупая софистика, — такой же короткий ответ.
Далее весь путь мы провели в тишине.
Спустя четверть часа мы прибыли в дорогую комнату в ней буквально все кричало о своей цене от позолоченных стен до позолоченных столов окантовкой из драгоценных камней.
Она усадила меня на стул, который по цене не уступал небольшому дворцу.
— Жди здесь, — сказала она.
— А то я собирался бежать, — съязвил я.
Она что-то фыркнула себе под нос и вышла из комнаты.
Я сидел и заприметил на одном из столиков бутылку из зеленого стекла. С трудом я доковылял туда и откупорил бутылку. И оказался разочарован, внутри была игристая мерзость.
— Сука! — сказал я и продолжил пить, ибо выбора то не было.
Спустя полбутылки в комнату вошла статная женщина средних лет с пепельными волосами и глазами старухи.
— Интересно, — сказала она, остановившись в метре от меня.
— Не будет ли чего не игристого, — я показал на нее бутылкой и продолжил пить.
— Интересно давно я не встречала банши, — сказала женщина.
— Банши? — спросил я, отряхивая опустевшую бутылку.
— Отринутый смертью, — сказала она и была далека от истины.
— Осмелюсь, поправить не меня отринула смерть, а я ее.
— Это невозможно, — сказала она слегка недоверчиво.
— Я убил валькирию, что явилась за мной, однако моя душа была уничтожена в процессе, — пояснил я.
— Звучит как наглая ложь! — возмутилась ведьма.
— А мне то что до того как это звучит, — отмахнулся я. — Мне интересно другое сколько времени я был мертв? — это был самый насущный вопрос.
— Как твое имя? — спросила ведьма и вокруг ее рук начал собираться воздух.
 
— Айдан.
— Ты не был магом, не так ли?
— Нет, — по-моему, это было очевидно.
— Тогда не знаю, я не могу прочитать твою ауру, — однако ее не удивляло это.
— Почему ты не можешь прочитать мою ауру? — я не знал, что за аура, но больше интересовало, почему ее не может прочитать столь могущественная ведьма.